Слепые чувства (СИ)
Рассматривая их, он пропустил мимо ушей предупреждение о грядущем взрыве. Пол килограмма взрывчатки сделали в одной из стен круглую дыру, впустив в тёмный офис толстый луч солнечного света. Придя в себя после секундного замешательства и бросив взгляд на лестницу, которую уже окутало плотным белым дымом из дымовых гранат, Олег приказал всем отступать к пролому, где их уже поджидал знакомый автомобиль.
Отстреливаясь и уходя последним, Олег бросил случайный взгляд на вечноголубое Марсианское небо и обомлел: прямо над ними, двигаясь с востока на запад пролетел десяток метеоритов, которые с яркой вспышкой упали где-то за городом. Но времени думать не было — под прикрытием вспышек светошумовых гранат враг уже вынырнул на него из клубов дыма и открыл огонь. Олег запрыгнул в десантную машину, которая унесла его прочь.
XII — Повешенный
— Вороба, Вороба… — Костя зажёг спичку, подняв её на уровень своих глаз, — какой же ты всё-таки… меркантильный. У тебя евреев случайно в роду не было?
— Ага, то есть ты хочешь сжечь нашу машину, на которой мы проехали полстраны, а крайний в итоге я? Классная логика!
— А зачем нам две тачки? Тем более, ты, единственный из нас троих, не умеешь водить, а лично мне на эту вишнёвую развалюху абсолютно наплевать. Пятёрка, которую подарил батя, значит для меня гораздо больше, чем этот гнилой металлолом.
Костя бросил спичку на пропитанный бензином снег, и огненная дорожка побежала к припаркованному в пятидесяти метрах от парней автомобилю. Как только пламя поднялось к бензобаку, раздался оглушительный взрыв, взметнувший в воздух огромный огненный шар и растопивший весь снег вокруг машины. Вороба вздрогнул от неожиданности и отскочил назад, когда его лицо обдало волной жара, а Костя лишь улыбнулся, закуривая сигарету.
— Всегда мечтал это сделать. Кто бы что не говорил… — протянул он, выпуская на холодный воздух клуб сигаретного дыма, — а эффектно взорваться наши машины умеют. Не жалею, что мы пригнали её сюда, хоть на что-то она сгодилась.
— Избаловал тебя твой батя, Костян, — сказал Вороба, поправляя свалившуюся с его плеча СВД, — совсем уже вещи не ценишь…
— Да? А что мы могли сделать с этой ненужной тачкой? Продать? Сдать в металлолом? Подарить её Олегу в качестве жеста извинения? Но с тем, что батя меня избаловал я действительно согласен. Уже не припомню, сколько раз он делал нам царские подгоны и вытаскивал из неприятностей. Обещал даже бэху подарить, когда диплом получу.
— Что-то на мажорском. Моя не понимать. Слишкам сложна для деревенского дурачка.
— Да ладно тебе, я ведь никогда не понтовался, да и сейчас во всех этих подарках уже нету смысла. Вот когда обретём всемогущество, то сможем наколдовать себе целый гараж бэх… Сядем в одну из них с братаном и Крысой и уедем в закат…
— Мне, простому беспризорнику с родителями алкашами, воспитанному фанатичной бабкой такое будущее даже и не снилось… — Вороба опустил голову, — поскорее бы оно настало.
— Для этого нам надо выполнить ещё кучу пунктов, — Костя достал из кармана письмо из нескольких листов, написанное его крупным почерком, и нашёл нужную страницу, — готов немного попутешествовать?
— Чего? Куда это ещё ты здесь собрался «путешествовать»? Решил сигануть за тот обрыв?
— Не-а. Заметил, что возня на севере затихла? Те парни в скорпионах, кем бы они не были, перебрались на ту сторону своего портала и освободили проход. Теперь он даже не охраняется, хотя здесь можно было бы организовать неплохую тыловую базу, но кто я такой, чтобы судить об этом. Короче, нам надо на туда, в огромный город будущего.
В ответ Вороба лишь уставился на него, раскрыв рот от удивления.
— Димас, хлебальник закрой, а то все слюни растеряешь. На той стороне грядет нечто грандиозное, и без нашего… так скажем, участия там не обойтись. Да, понимаю, для тебя всё это как снег на голову, но эта хрень, — он потряс письмом в воздухе, — не врёт, и только она приведёт нас к всемогуществу. Так что хватит сидеть на одном месте и бухать, пора отправляться в будущее!
***Сверля недоверчивым взглядом своего собеседника, Аня сидела на табуретке у кухонного стола, скрестив руки на груди и облокотившись спиной к стене. Перед ней стояла полная кружка чая, которая перестала дымиться ещё десять минут назад. Она внимательно и с максимальным скептицизмом вслушивалась в каждое слово Андрея, который рассказывал ей свою историю. Девушка всё ещё отчётливо помнила его лицо, каким он смотрел ей в глаза, гневно схватив её за горло, но с тех пор в Андрее явно что-то изменилось. Голос, мимика и даже манера держаться — они стали мягкими и лёгкими, прямо как до его сделки с тёмными силами. А ещё парень извинялся, и делал это очень часто и при любом удобном и неудобном случае, чуть ли не через каждую минуту. Аня отвечала на все эти извинения лишь лёгким кивком головы, но по Андрею было видно, что ему вполне достаточно даже этого.
— …оказавшись в том городе, я, ведомой той неведомой яростью, которую сейчас мне удалось взять под контроль, решил старые счёты и поквитаться с Ваней за то, что тот наговорил про меня и тебя. Я знаю, что это звучит как докапывание на пустом месте, прямо как тот спор, что мы затеяли с Антоном, но в тот момент мною двигали лишь внутренние чувства, а не разум. Даю тебе слово, что такого больше никогда не повторится, и я не дам тьме вновь взять надо мной верх, — ещё одни молчаливый кивок от девушки последовал в его сторону, — ну так вот, мне почти удалось добраться до него, но Женя, как всегда, появилась в самый последний момент и спасла этого анимешника. Мы подрались, она, естественно, победила и я вновь сбежал, поджав хвост. После этого покушения Ваня засел на дно и я перевёл свой взгляд на его ближайшее окружение. Самой лёгкой и доступной целью был начальник полиции — я залез к нему в дом, чтобы вытянуть информацию о местонахождении Вани, но переборщил с пытками и убил его. Боже… Мне не искупить эту вину, посвяти я хоть весь остаток своей никчёмной жизни борьбе со злом. Эх… — после тяжёлой секундной паузы Андрей продолжил, — Ну так вот, на следующий день после этого было объявлено о новой речи президента. Это сейчас я понимаю, насколько примитивной была та ловушка, но тогда, когда чувства взяли верх над разумом, я даже не заподозрил ничего не ладного. В общем, там нас с Женей и поймали… Меня обездвижили и заперли в каком-то подвале, а её, насколько я понял, Ваня заставил служить себе, пригрозив, что убьёт меня, если она откажется подчиняться.
— Ужас… — Аня вступила в разговор, — только вот почему ты не помог Жене, как только сбежал. Ты ведь «исправился», а значит вы больше не враги.
— Если честно, до этого момента я даже не думал о ней. Только ты и желание вернуться к тебе позволило мне взять контроль над своими чувствами и силой.
От этих слов Аня смутилась и отвела свой взгляд от ярко-зелёных зрачков своего собеседника. Она не могла так просто взять и поверить в искренность его намерений, а перед лицом девушки всё ещё стояла та искривлённая злобой гримаса, с которой он смотрел на них после того, как убил мистера Стивенсона.
— Вижу ты мне не веришь… — опустив голову сказал Андрей, — и правильно… Я — ужасный человек, даже если все эти злодеяния были совершены по воле Паразита в моём теле.
— Ты прав, — от беспрерывно штурмовавших её воспоминаний в глазах Ани заблестели слёзы, — ты — ещё тот мерзавец… Даже сейчас, когда разговор зашёл о Жене, которая осталась одна в этом чёртовом городе, в твоём голосе не промелькнуло и нотки сострадания к ней. Ты всё ещё слепо следуешь за своими чувствами, только теперь тобою движет не ненависть и прошлые обиды, а желание искупить свою вину передо мной. Впрочем, Женя не особо сильно отличается от тебя, ведь ради своего брата она была готова продаться в рабство… Знаешь, я искренне верю в то, что даже такие ужасные люди, как ты могут измениться в лучшую сторону. Ты не представляешь, как мне сейчас плохо без моей последней подруги, да и она наверняка тоже тоскует по мне и… — Аня проглотила подступивший к горлу ком, — Келу… Андрей, если твои намерения действительно искренне… давай спасём Женю. Мне очень, очень, ОЧЕНЬ тоскливо и одиноко.