Слепые чувства (СИ)
Туман окончательно застелил его разум и оставшийся путь до домика он прошёл отключив способность мыслить. Но иногда, совсем на короткое время, какая-то неведомая сила насильно возвращала его в реальность и такие моменты откладывались в памяти Олега отдельными вспышками: он помогает Ане сложить костёр из большей части дров, что была в сарае за домом; она, в порыве отчаянного гнева, рвёт недавно взятые в библиотеке книги на маленькие клочки для растопки; они молча стоят возле тела Кела: уже стемнело, но Аня по прежнему заливается горькими слезами и уже еле стоит на ногах от бессилия, а Олег кладёт свою фотографию возле правой руки шамана. Очередная вспышка и вот он уже стоит в пятнадцати метрах от пылающего костра и бросает последний взгляд на стоящую на коленях Аню. Новые друзья и мирная жизнь — после того выстрела всё это навсегда осталось для него за железным занавесом. Теперь впереди есть лишь одна дорога: на север, где он сможет найти лишь заслуженную месть, тяжёлый груз прошлого и желанную смерть.
***Чёрт возьми, как же тут красиво! И почему Женя никогда до этого не забиралась на крыши пятиэтажек? Разумеется, днём, под ярким солнцем и ледяным ветром смотреть на постсоветские пейзажи однотипных панелек вперемешку с новостройками, военными укреплениями и теми халупами, которые на скорую руку буквально за пару часов сколотили люди Вани, было ещё скучнее, чем играть с глухими бабушками в лото. Но сейчас, когда ночь, опустившаяся на город, скрыла от неё большую часть мёртвого и заброшенного города, зрелище из скучного стало великолепным. Где-то под её ногами, которые Женя свесила с края крыши, в свете прожекторов по своим туда-сюда бегали делам люди и Скорпы. Они постепенно обустраивали базу на этой стороне портала и укрепляли свои позиции баррикадами и пулеметными точками, но девушке на крыше было всё равно на эту суету. Она смотрела в даль, пыталась вглядеться в эту непроницаемую тьму и разгадать её секрет. Где-то там Женю ждут два последних дорогих для неё человека, и они обязательно дождутся…
Она опустила свою правую руку и нащупала ножны. Они никуда бы от неё не делись, но Женя всё равно проверяла их наличия каждую минуту. Коснувшись мягкой тёмно-красной ткани своими пальцами, девушке тут же становилось легче на душе, и она подкрепляла это чувство недолгой эйфории горстью солёных орешков из лежавшей рядом пачки. В её левом ухе фоном были слышны все переговоры командования, чтобы Женя, не дай бог, не пропустила ничего важного, но она всё равно игнорировала эту пустую болтовню, вслушиваясь в неё лишь в моменты подкрадывающийся скуки.
— Говорит третье сапёрное подразделение. Нашли ещё две скрытые камеры, направленные на портал, в близлежащих домах.
— В общей сложности уже тридцать четыре… — задумчивым тоном ответил Егор, — продолжайте поиски. Что с пропавшими разведчиками?
— Первый разведэкипаж до сих пор не выходит на связь.
— Когда в последний раз они давали о себе знать? — спросил главнокомандующий.
— Пять минут назад, где-то в полукилометре к северу.
— Через пару часов мы установим радары и просканируем местность, а пока считайте первый экипаж без вести пропавшим.
«Ещё три бессмысленные жертвы этой идиотской войны», — едва ли не про себя шепнула Женя, чтобы гвардеец, приставленный к ней, ничего не услышал. Справа, где-то в паре километров от их позиций вдруг вспыхнула небольшая огненная точка. Женя выпрямилась от удивления, вновь прислушалась к радиоэфиру и начала отсчитывать про себя секунды до её обнаружения.
— Это третий наблюдательный пост, — пять секунд, — вижу какие-то огни в западной части города.
— Говорит третий разведэкипаж. Мы находимся примерно в трехстах метрах от них. Идём проверять.
Женю заинтересовал такой неожиданный поворот событий. Кто это мог быть? Те гопники или Аня с Келом? Она достала из своего кармана передатчик и прибавила звук.
— Это снова мы, — после трёхминтуной паузы продолжил командир разведэкипажа, — Источником огня оказалась старая машина, которую поджёг находившийся неподалеку парень. Он был в каком-то полу-трансе, не оказывал сопротивления и послушно сел в спасательный отсек. При себе у него был лишь меч.
— Принято, — ответил Егор, — возвращайтесь на базу и доставьте его целым лично мне в руки.
Парень с мечом? Однозначно не Кел, он не признавал такого оружия. Значит, один из гопников. Надо будет потрещать с ним, если её «повелитель» позволит ей сделать это. Женя вернула громкость на прежний уровень и опустила левую руку в пакетик с орешками. Она убрала звук как никогда вовремя, ведь в следующую секунду радиоэфир буквально взорвался десятками голосов:
— Это первый наблюдательный пост! Вижу огни, много огней на севере! Это Скорпы!
Женя в удивление поднялась на ноги, повесила ножны себе на пояс и посмотрела в противоположную сторону. С севера к ним приближалось около тридцати тусклых огней, растянутых ровным фронтом-кулаком.
— Чёрт, видимо это и был их план, — с легким волнением в голосе сказал Егор, — дождаться, пока мы перебросим большую часть сил и напасть на плохо укреплённые позиции. Всем подразделениям: боевая тревога. Занять оборону на северном участке плацдарма.
Главнокомандующий выдохнул, а затем…
«Раскрыв глаза, на небо с надеждой я гляжу:Серебряные точки повсюду нахожу.То тут, то там сверкают, пронзая чёрну тьмуИ город защищают, даруя свет ему.Построившись в созвездия, несут они дозор.И нас благословляют, давая нам свой взор.Мы, словно эти точки среди бескрайней тьмы,Сверкаем, защищаем, даём надежду мы.Но вот наступит утро, тьмы пелена спадет.Лиловый луч рассвета победу принесет.Точки исчезнут с неба, чтобы вернутся вновь,А город одинокий укроет их любовь.»«Их силы ничтожны и даже без тяжёлого вооружения мы обязательно победим этих мятежников-самоубийц», — добавил он в конце.
Настало время действовать. Уже завтра всё закончится, а пока… хоть и против её воли, но надо применить силу. Женя вытащила меч, разрезала пространство и прыгнула в разлом.
***— Эй, пассажир! — сказал чей-то голос из динамиков его капсулы. Она была рассчитана на трёх человек, но даже ему одному было очень трудно пошевелить руками, не ударившись попутно обо что-то локтем, — тут ЗОА на нас бычат и намечается небольшая заварушка, но мы обязательно доставим тебя в штаб. Просто по пути может немного потрясти, но ты не обижайся, мы не специально.
ЗОА… Почему три эти буквы кажутся ему знакомыми? Почему у солдат, которые его подобрали была нормальная зимняя форма, в отличие от тех оборванцев, что он встречал ранее? И почему они не обыскали его и даже не отобрали меч, хотя с Петей он расстался при достаточно… щекотливых обстоятельствах. Неужели это не…
Его размышления прервал оглушительный грохот, а вслед за этим Олега резко подбросило вверх и начало кидать по стенкам капсулы, словно в барабане стиральной машины. Уши парня пронзил резкий звон целой кучи разнообразных сигнализаций, а его голова то и дело билась об какой-нибудь угол. Однако таких как он смерть не спешит забирать раньше положенного срока. Олег отделался лишь синяками, шишками и разбитой губой. Как только капсулу перестало болтать, её люк автоматически открылся, позволяя ему выйти наружу.
А там творился настоящий ад, все оттенки которого можно было в полной мере рассмотреть в свете прожекторов и взрывов. Хаос, пальба, грохот, крики раненых и стоны умирающих, отряд солдат, пробегающий где-то вдалеке, половина которого разом полегла от пулеметного огня Скорпа. Олег, сжав покрепче меч Антона, спрыгнул на землю и в растерянности огляделся по сторонам. Вокруг взлетали в воздух земля и огонь, и, казалось, что его вдруг забросило в самый центр преисподней… И тут он заметил бревно в своём глазу — Скорпа, который стоял буквально в десяти метрах от него. Тот уже раскрыл свои клешни, обнажая пулемёты, готовые в любую секунду растерзать чудом выжившего врага, показавшегося из подбитой машины неприятеля. Видимо настал долгожданный час конца…