Слепые чувства (СИ)
***Пока Антон творил задуманные им чёрные делишки, Олег всё размышлял над его словами, и эти размышления продолжались даже после успешной реализации их плана. От их пятёрки остался лишь обгоревший кузов: ребята отогнали её подальше на пустырь и сожгли, налив бензина внутрь салона. На новой чёрной девятке, для верности сменив на ней номера, парни покинули Лихославль и взяли курс на Ленинград с мешком налички, сумкой еды и полным багажником оружия. Испуганный бывший владелец трясущимися руками отдал им свои ключи, и Олегу больше не приходилось мучатся с замыканием контактов. По пути им попалась целая куча милицейских постов, но они высматривали лишь пятёрки зелёного цвета, не обращая на остальные автомобили никакого внимания.
В их новой машине была точно такая же магнитола, как и на старой, но парни не слушали свои кассеты — новости были гораздо важнее. В любой момент их жертва могла заявить о нападении в милицию, и тогда по радио непременно бы объявили о том, что преступники поменяли свою машину, но похоже угрозы Антона сработали. Радиоведущая по прежнему призывала всех добросовестных граждан докладывать о подозрительных зелёных пятёрках. Если до завтра ничего не изменится, то они благополучно доберутся до своей цели, вот только…
За эти дни Олег спал чертовски мало и его нещадно клонило в сон. Сил парня хватило лишь до поворота на Мурманск после Великого Новгорода, и, остановившись на заправке, он сказал Антону:
— Мне надо отдохнуть хотя-бы часов пять, иначе я не выдержу. Предлагаю порулить тебе.
— Что? Да я ведь даже ни разу…
— Ой, да ладно тебе! Это гораздо легче, чем убивать людей. Тут, на трассе, даже правила знать не надо: рули прямо и поглядывай иногда на знаки. Волочёк мы уже давно проехали, так что непредвиденных сложностей уже не предвидеться. Или ты хочешь остановиться, и потерять пять часов впустую?
— Уговорил. Надеюсь ты хотя бы объяснишь, где газ, а где тормоз?
— Конечно.
Антон сел на водительское кресло, неуверенно взявшись за руль, а Олег развалился на заднем сидении.
— Крайняя правая педаль, — начал он свой инструктаж, — это газ. Центральная — тормоз, а левая — сцепление. Теперь делай то, что я говорю. Для того, чтобы поехать, сначала надо полностью выжать сцепление.
— Ага, — Антон нажал на левую педаль до упора, — есть.
— Теперь переключи коробку передач на первую скорость. Там всё подписано, так что не запутаешься.
Он посмотрел на длинный рычаг и перевёл его в верхнее левое положение.
— Готово.
— Теперь самое сложное, — Олег тяжело вздохнул, в неприятном предвкушении того, что сейчас произойдёт, — Медленно поднимай ногу со сцепления и параллельно плавно нажимай на газ. Когда почувствуешь, что машина начинает ехать, то ненадолго замри, а как она наберёт скорость, то можешь полностью отпускать сцепление и газовать.
Антон попытался сделать так, как сказал Олег. Ключевое слово — попытался. Он нажал на газ слишком сильно, двигатель заревел и напугал его, заставив резко сбросить сцепление. Девятка дёрнулась на месте и заглохла.
— Ничего, со всеми бывает. Выжми сцепление, переключи на нейтралку, заведи тачку и попробуй снова.
Вторая попытка тоже оказалась неудачной, так же, как и третья.
— Всё, не сдал, — саркастично прокомментировал Олег, — приходите на пересдачу в следующий раз.
— Да иди ты! Сам, наверное, в первый раз только раза с пятого поехал.
— Я катаюсь один за рулём с двенадцати лет. Разумеется на первом занятии я тронулся с первого раза. Давай ещё раз.
Четвертая попытка с горем пополам, но оказалась успешной. Антон поехал прямо и выехал с парковки, поворачивая к трассе.
— Хорошо, теперь выжми сцепление и переключись на вторую. Там уже не нужно такой плавности движений. Можно быть немного грубым — прямо как ты любишь.
Он выполнил указания своего инструктора и машина поехала быстрее. Они вырулили на трассу и Антон начал переключать передачи и набирать скорость, косясь на спидометр: 50, 60, 80, 90. Он ехал уже на пятой скорости, и, высунув руку в открытое окно, крикнул:
— Я еду! Сам! Это так круто! Как будто новую песню подобрал!
— За дорогой лучше следи, Шумахер!
Сначала Олег боялся за своего неопытного ученика: уж слишком резкими были его манёвры и перестроения, но через час, когда его веки буквально слипались сами собой, а Антон набрался уверенности и уже спокойно опережал грузовики, он заснул со спокойной душой.
***За эти пару дней в его теле накопилась очень много недосыпа и усталости, которая наконец-то вырвалась на свободу. Олег провалился в глубокий сон, наподобие тех снов, что приходили к нему в лагере. Ему снилась Лена в своём красном платье в белый горошек. Они стояли на краю обрыва и плакали. Она дала ему свой золотой крестик на серебряной цепочке и вновь попыталась сброситься вниз, но Олег вовремя схватил её за руку и притянул к себе, а дальше… Дальше влюбленная пара слилась в поцелуе, а впереди у них была хоть и недолгая, но наполненная эмоциями и очень счастливая жизнь, которая будто в ускоренной перемотке пролетела перед его глазами. Ему удалось различить лишь её отдельные фрагменты, но даже по ним было очевидно, что они счастливы проводить время друг с другом.
Его разбудило резкое перестроение в правый ряд после обгона очередного грузовика. Из динамиков доносились звуки аккордеона, а Антон на водительском месте бодро двигался в такт, стуча ладонями по рулю.
— Проснулся? Я уже говорил Тебе, что обожаю водить так же сильно, как и играть на пианино? Чувствую себя настоящим дальнобойщиком. Давай, подпевай: Трасса E-95!
— Что происходит? Где мы?
— Сейчас уже где-то около полуночи. Ты вырубился часов на восемь и тебе было пофиг даже на тридцатиградусную жару, ну а я, тем временем, добросовестно рулил. Первый час было страшно, но потом я освоился и начал получать от этого целую кучу кайфа. Это время пролетело как по щелчку пальцев.
— Проблемы были?
— Нет, я даже останавливался пару раз чтобы заправиться и немного отдохнуть, но тебя это не разбудило. Костя с дружками всё ещё едут за нами, но, похоже, их план накрылся медным тазом: дорога тут безлюдная и за всё время я повстречал всего один пост.
— Отлично, хоть какие-то хорошие новости, — Олег поднялся и посмотрел в окно, — сейчас точно около полуночи? Почему так светло?
— Мы подъезжаем к полярному кругу. Как только мы пересечем его, солнце вообще перестанет садиться.
— Красиво же тут, — он оглядел живописный пейзаж с бесчисленными водоемами, который открывался из окна.
— Карелия… Это ты ещё проспал Петрозаводск, Онежское озеро и Белое море.
— Петрозаводск?
— Ага, мы проехали его пару часов назад. Думаю нам осталось километров шестьсот и к утру мы уже будем на месте, если у нас ничего не сломается или эта троица не решит выкинуть что-нибудь ещё.
— Не каркай. Ладно, давай поменяемся. Мне не хочется этого признавать, но ты отлично справился.
— Перекуси сначала. Ты целый день не ел, а я, хоть и устал уже, но ещё смогу немного порулить. В том городке ничего толкового не было, поэтому взял всё, что мог найти.
Он порылся в сумке с продуктами и достал оттуда пол-литровую бутылку кефира с классической крышкой из фольги и домашние пирожки с мясом. Этого ему вполне хватило, чтобы утолить голод.
— Мне то хоть оставишь? — спросил Антон, наблюдая в зеркало заднего вида за тем, как Олег уплетает пироги.
— А ты заслужил?
— Справедливо. Ладно, давай меняться. Остался последний рывок!
***В какой-то момент пути Олегу показалось, что они догнали рассвет: солнце взошло в час ночи, впрочем и ночью-то это было назвать сложно, скорее уж сумерки. Под мирный храп Антона на заднем сидении и песни Цоя, он любовался северными красотами страны. В них было что-то своё: если на юге, в прохладной тени высоких сосен и под весёлое пение птиц ему хотелось мчаться вперёд и жить, то на севере, среди бесчисленных озёр, окутанных туманом, появилось навязчивое желание остановиться, развести костёр и просто любоваться всей этой красотой, погрузившись в свои мысли.