Слепые чувства (СИ)
В ответ на его слова все сигареты вместе с пачкой полетели в костёр.
— Спасибо, что прислушались к моим словам. Завтра утром я скажу начальству, что мы с вами этой ночью ходили сюда на прощальную свечку и засиделись допоздна, так что на линейку и завтрак можете не приходить. Вы меня поняли?
— Да, Егор Николаевич, — синхронно ответили пионеры.
— Хорошо… Единственная просьба — вернитесь до подъёма. Хорошо вам посидеть…
Он ушёл в сторону лагеря, оставляя их наедине с ярким светом костра.
— Ну что, Лена, — шёпотом сказала Даша, — ты до сих пор уверена в том, что чудес не бывает?
— Это не важно, — ответила она, пододвигаясь поближе к Олегу, — давайте просто помолчим и встретим рассвет… Сегодня ведь самая короткая ночь…
Так эта ночь и прошла: ребята молча сидели, смотрели друг на друга и на постепенно светлеющее небо. Импровизируя, Катя перебирала струны на гитаре и иногда её просили что-нибудь тихонько спеть, а Аля следила за костром и подкидывала туда дрова… В обратную дорогу они отправились лишь после того, как взошло солнце…
День 6
Как и ожидалось, первый отряд в полном составе, за исключением Али и Лены, проспал до самого обеда. Парней смогла разбудить лишь июньская жара и пришедшая вместе с ней духота, от которой не спасали даже настежь открытые окна. Маленькие капельки пота неприятно щекотали лоб Олега, медленно вырвав его из мгновенно забытого им сна. Первое, что он почувствовал после пробуждения — это знакомая по опыту разбитость и головокружение после бессонной ночи и короткого утреннего сна под светом недавно взошедшего солнца. Откинув в сторону одеяло, он хорошенько так зевнул, заразив своей зевотой покосившегося на него Высокого Толика, и подумал обо всём, что произошло вчера. Лена. Что мучает эту девушку? Почему от её стихов и поцелуев так сильно отдаёт отчаянием? В чём причина? Она просто смотрит на мир без розовых очков и прекрасно понимает, что, скорее всего, после смены они больше никогда не увидятся или же за всем этим стоит нечто большее? Как бы то ни было, вчера, сидя рядом с ней у костра Олег окончательно понял, что она — тот самый лучик света, то самое счастье, которого так сильно не доставало в его жизни после смерти отца. Он пойдёт за ней хоть на край света, его не остановят все те ужасы, которые грянут в ближайшие десять лет, и они обязательно будут счастливы до конца своих дней… Но всё это будет завтра, а сегодня Олег подарит ей самый лучший последний день…
Стук в дверь и бодрый голос вожатого окончательно вырвал всех мальчиков из полудремы.
— Мальчики, проснись и пой! Через полчаса уже обед, а сразу после тихого часа начнётся прощальный концерт. Быстро одеваемся, умываемся и выходим, пока начальство не заподозрило неладное.
***
— Да-а… — оглядывая стол их отряда, протянула за обедом Даша, — ну и видок у нас… Ладно мы ещё спали до обеда, а вот Аля с Леной встали как обычно и умудрились ещё помочь с подготовкой к концерту.
— Хорошо, что после обеда тихий час, — сказала Алевтина, которая из-за всех сил пыталась держать глаза открытыми и не заснуть лицом в борще, — хоть немного посплю, а то два часа перед подъёмом — это как-то маловато.
— Лена, наверное ты тоже отрубишься… — сказала Катя, — а мне ещё порепетировать надо бы.
— Вообще-то у меня были другие планы на тихий час, — она бросила короткий взгляд на Олега.
— Репетируй спокойно, — добавила Аля, — думаю меня даже из пушки будет не разбудить, а мирный звук гитары наоборот только поможет мне быстрее заснуть.
— Кэт, а что ты будешь играть на концерте? — спросила Даша.
— Сначала, вдохновлённая последней неделей нашей смены, я хотела сыграть какую-нибудь песню Цоя, но Егор Николаевич сказал, что такая музыка «не в духе мероприятия», хотя сам он бы с удовольствием послушал… Короче, слабаю что-нибудь из Пугачёвой, её знают все. Думаю, Миллион Алых Роз будет идеальным выбором.
— Да, — сказал Лёха, — хороший выбор, если ты хочешь, чтобы тебе подпел даже четвёртый отряд.
— Ладно, — сказала Аля, поднимаясь из-за стола, — чувствую я сейчас засну прямо здесь… Толики, будет кто из вас мои макароны с котлетой?
— Съедим пополам.
— Я тогда тоже пойду, — сказала Лена.
— И я, — вставая из-за своего места добавил Олег.
Они втроём вышли из столовой, провожаемые многозначительными взглядами всего первого отряда.
***Два влюбленных друг в друга пионера шли по опустевшим дорожкам лагеря. Тихий час не спроста называется тихим — во время него в Ласточкином Гнезде будто засыпало само время, а тишина нарушалась лишь стрекотанием насекомых да стуком дятла. Ясное солнце на безоблачном небе прогрело воздух уже за тридцать пять градусов, но эта жара нисколько не мешала биться их сердцам в унисон.
— Ну и чем таким незабываемым ты хочешь заняться в последний день смены? Я полностью к твоим услугам, — спросил Олег, пытаясь через глаза девушки заглянуть в её душу и отыскать там причину боли.
— Здесь сейчас так хорошо и тихо… — сказала она с неподдельным наслаждением в голосе, — почему бы нам просто не побродить по лагерю и не поговорить?
Но найти тему для разговора оказалось не так-то уж просто. Дело было не в том, что у них не было общих интересов, а в том, что идти, почти касаясь друг друга плечом, и молчать оказалось гораздо приятнее. Но, всё-таки, спустя пять минут, Олег решился немного прощупать почву.
— Лена… За эту неделю я заметил кое-что странное… Все девочки из нашего отряда охотно рассказывают о своей повседневной жизни в родных краях, а вот о тебе я до сих пор почти так ничего и не узнал. Вот я и подумал, что…
— Что я что-то скрываю? — она вновь искренне и приветливо улыбнулась ему, — просто я не привыкла болтать об этом направо и налево, как это делают остальные, но если ты хочешь узнать про меня побольше, то не вижу смысла строить препятствий. Всю свою жизнь я прожила за полярным кругом, в Мурманске, и сбежать за его пределы у меня выходило лишь раз в год, когда наступало лето…
— А почему ты говоришь о себе в прошедшем времени? — обратил на это внимание Олег.
— Пока я здесь, та жизнь для меня — это прошлое, а настоящим она станет лишь когда я вновь окажусь в плену полярного круга. Теперь до тебя начинает доходить, почему я не люблю рассказывать о себе? В то время, как все девочки из нашего отряда весело проводят свою юность гуляя с подругами зимними вечерами, я обречена сидеть посреди бесконечной ледяной ночи и считать секунды до лета. Лишь тяга ко всему новому спасает меня от тоски… — в её глазах заблестели слёзы и она перешла на шёпот, — ты даже не представляешь, как рано у нас выпадает и как поздно тает снег, какие сильные морозы стоят зимой и как тяжело жить месяцами без солнца…
— Леночка… — он взял её за руку, и ему было всё равно, видит ли сейчас их кто-нибудь или нет, — мы же договорились оставить все слёзы на завтра.
— Прости… Давай сменим тему, а лучше просто помолчим.
— Да…
Ему показалось, что он наконец-то нашёл причину её боли. Если Лена и правда так сильно не хочет возвращаться в свой холодный город, то Олег готов сделать для неё подарок и поехать вместе с ней. Не важно, что у него нет ни малейшего представления о том, как это сделать — если будет нужно, то он дойдет до Мурманска пешком и ничего не помешает его счастью…
***Концерты местной самодеятельности — это наглядный пример любого независимого творчества. Такие представления люди обычно смотрят лишь для приличия, чтобы не обидеть горькой правдой тех, кто так долго и упорно готовился к своему выступлению. Действительно, что такого особенного и запоминающегося может сделать пара десятков среднестатистических пионеров, многим из которых ещё даже не стукнуло четырнадцать? Но в любом правиле есть исключения и здесь они играют на максимальном контрасте… Если в самодеятельности вдруг примет участие не обделённый творческим талантом пионер, то тогда он или она рискует сорвать целую канонаду аплодирующих стоя товарищей…