Толстый (СИ)

Отец некоторое время молчал, потом протянул Боре бинокль.
— Смотри.
На мишени красовались две дырочки, совсем рядом одна от другой, только они обе находились под центром, примерно на двойке.
— Что это значит? — спросил Боря.
— Может, случайность, но, подозреваю, всё сложнее, у тебя прицел на сколько выставлен?
— На сто, — он показал пальцем на прицел, который выставил ещё тогда, когда впервые взял в руки винтовку.
— Попробуй на двести.
Боря пожал плечами и передвинул целик на вторую отметку. Снова грянул выстрел, теперь отец уже довольно кивнул головой и добавил:
— Теперь попробуй ещё чуть выше взять, самую малость, в верхнюю восьмёрку. Так. Теперь смотри.
Боря, слегка оглохший, взял у отца бинокль и посмотрел на мишень. Две дырочки внизу, одна в восьмёрку под центром, а ещё одна, последняя, находилась точно в десятке.
— Итого имеем, — резюмировал отец, — по горизонтали у нас всё отлично, а вот по вертикали надо ставить на двести метров, но даже так будет уходить чуть ниже, помни об этом и делай поправки. Потом, если получится, можно мушку исправить.
— Не надо, так стрелять буду, — отмахнулся Боря, думая, что экзекуция на сегодня закончена.
— Молодец! — похвалил Сергей Иванович, — стрелок из тебя хороший, сейчас на сто пятьдесят сделаем, заряжай пока.
Боря вздохнул и, отведя затвор назад, стал по одному вставлять патроны в магазин. Отец тем временем пробежался к мишени, отодвинул щит в сторону и дошёл до следующего, на который с помощью степплера прикрепил следующую мишень. Потом оперативно вернулся на огневой рубеж и скомандовал:
— Прицел на троечку, целься так же чуть выше, огонь.
Выстрелил Боря пять раз подряд, после чего отец посмотрел на него с ещё большим уважением и протянул бинокль. Тут было чем гордиться, все пять пуль улеглись в центре, причём разброс был не более заявленной кучности оружия.
Ещё одна обойма ушла на стрельбу с двухсот метров. Тут результаты сильно испортились. Прицел пришлось поставить уже на пятьсот, но даже так траектория пули существенно снижалась, да и по горизонтали разброс ощутимо увеличился. Впрочем, даже такой результат был вполне приемлем, в крупную тушу мутанта попасть получится, а с учётом размеров и веса пули мало тому точно не покажется.
Следом отец занялся стрельбами из своего недоавтомата. Тут уже Боре пришлось только завидовать. Притом, что отец в армии служил лет двадцать пять назад, руки его хранили прежний автоматизм работы. Три выстрела, взгляд в бинокль, ещё три выстрела, потом дальняя мишень, повторение процедуры, потом самая дальняя. На двухстах метрах результат ощутимо превзошёл тот, что был у Бори.
— Мужики, — прервал их упражнения подошедший с территории лагеря высокий мужик в военной форме. — Тут дело появилось, надо к соседям сгонять.
— Чей приказ? — деловито спросил отец, разбирая оружие для чистки.
— Как будто у нас начальство есть, — усмехнулся мужик. — Не приказ, просьба. Там такое дело, соседи наши, не совсем соседи, в общем, те, что у Парка Культуры и Отдыха лагерь разбили.
— И что с ними? — Боря тоже достал тряпочки и пузырёк со щелочным маслом.
— Они недавно магазин электроники бомбанули, взяли кучу квадрокоптеров, такие, что летают, снимают на камеру и передают картинку на пульт.
— И? — отец сосредоточенно надраивал газовый поршень.
— И готовы штук шесть безвозмездно передать нам, на условиях самовывоза, а у нас как раз есть парочка молодых пацанов, что эвакуироваться отказались, приключения им подавай, вот они отлично умеют с этим добром управляться, в идеале сможем разведку вести, не сходя с места. Конвои из центра редко стали ходить.
— Дело хорошее, — согласился отец. — Я как раз машину новую отмёл, на ней и сгоняем.
Новая машина, которую Сергей Иванович действительно забрал из гаража одного своего знакомого, была куда лучше старой, джип, а точнее, джипообразный пикап «Тундра» с чудовищно мощным двигателем и наваренной на бампер линией Мажино из арматуры. Уже здесь местные умельцы добавили толстые решётки на стёкла. Правда, горючку такая техника ела как не в себя, но в городе оставалось ещё много ценных ресурсов, в том числе и автозаправок, которые отлично служили остаткам городского населения.
 
На том и порешили, дочистив оружие, оба наскоро перекусили (до обеда ещё далеко, а на ужин они не попадут) сухим пайком в виде копчёного сала с хлебом и маринованными огурцами, выпили крепчайшего кофе (неподалёку бригады добытчиков разорили две кофейни, теперь повар заваривал напиток прямо в ведре и щедро потчевал им часовых) после чего стали собираться.
Указанный лагерь, что расположился, частично заняв территорию городского парка, был как раз на границе условно обитаемой части города и так называемых мёртвых кварталов, где, по данным начальства никого не осталось в живых. Расстояние было небольшим, по прямой всего километров восемь, да только дороги расчистили весьма своеобразно, а потому в пути придётся полчаса петлять. Тот лагерь был местом опасным. Соседство с владениями мутантов сказывалось, жить там было опасно, и потери люди несли куда чаще.
Теперь следовало к ним проехать, взять груз и вернуться обратно. Дело на час максимум. Чтобы не ехать с пустыми руками, они захватили с собой оборонные конструкции, разработанные в лагере «инженерами» с шиномонтажа, чьи заковыристые имена местным давались плохо, поэтому приходилось звать их просто Ровшан и Джамшут. Надо отдать им должное, оба отнюдь не были столь уж анекдотическими персонажами и в технике разбирались хорошо. Уже на третий день осады они взялись разрабатывать новые сооружения. Представляли они собой сеть из стальной проволоки и тросов, в узлах которой находились стальные ежи из прутьев с заточенными концами, диаметр этих ежей составлял около полуметра, каждый прут, что торчал изнутри, был не просто заточен, а имел зазубрины, на позволяющие просто выдернуть острие из раны.
Эта сеть вполне заменяла собой забор, пройти сквозь неё даже человеку в броне было сложно, а уж огромный монстр точно застрянет, а если и выберется, то исполосованный на ленты и небоеспособный. Одну такую сеть сейчас загрузили в кузов «Тундры». Автомобиль стал похож на огромного стального ежа.
Подготовив машину, оба занялись экипировкой. Сергей Иванович разложил на капоте два комплекта брони. Сам облачился без проблем, став похожим на омоновца-пенсионера, а вот с Борисом вышли некоторые сложности. Бронежилет на его фигуре выглядел лифчиком, а наплечники сильно мешали стрелять, поскольку требовалось плотно упирать приклад в плечо. И надеть только левый не получилось бы, поскольку комплект был единым.
В итоге пришлось сбегать за местной разработкой — многослойный брезентовый костюм с алюминиевыми вставками в нужных местах. Он как раз имел вид безразмерной куртки с коротким рукавом. А от локтя и ниже руки будут защищать нормальные наручи с налокотниками. Да и на ноги броня нашлась, а кроме неё отличные кирзовые сапоги, полученные мародёрством в магазине спецодежды. Дополняли костюм рабочие перчатки с защитой от порезов, даже своим безумно острым ножом Боря не смог разрезать эту ткань.
— Отлично, — сделал вывод Сергей Иванович, осмотрев сына с головы до ног. — Котелок надень и можно двигать. Патроны взял?
В машине уже.
— При себе запас держи, если в рюкзаке, то за спиной, — нравоучительно сказал отец. — К винтовке можешь немного брать, а к обрезу наоборот побольше.
— Сорок картечных к обрезу и пятьдесят к винтовке, — доложил Боря. — Двигаем?
— Двигаем, — не стал тянуть отец, и пристегнул к поясу холодное оружие. Таковым был короткий ятаган, откованный из арматуры, рубить мутантов было занятием неблагодарным, топор брал их слабо, а вот резать вполне получалось. Кроме ятагана имелся стилет, узкий трёхгранный клинок длиной сантиметров сорок. Штука одноразовая, поскольку клинок специально сделали с зазубринами, его следовало воткнуть в мутанта по рукоять, оставить в ране и наслаждаться результатом. У Бори, кроме хорошего ножа, никакого дополнительного оружия не имелось, да и вступать с мутантом в рукопашную схватку он не собирался.