12 кругов

– Демонический бред! – сказал Стам.
– Ты мыслишь отсюда, – Алекс уткнул указательный палец себе в лоб. – Твое сознание, инстинкт самосохранения и прочие установки нацелены на то, чтобы ты выжил любым возможным способом. А с точки зрения логики Интеллекта, все обстоит совершенно по-другому, и объясняется несколькими простыми тезисами.
– Ну-ка, ну-ка? – заинтересовался Стам.
– С точки зрения достижений современной науки, мы и наше «я» – продукт химических реакций и электрических импульсов в мозгу. И нет ничего вовне. Умирая, ты превращаешься в ничто. Исчезаешь. Весь твой жизненный опыт, вся твоя память умножается на ноль и прекращает существование. Знаешь, что тогда сказала мне Спираль? Всё, что не вечно, не имеет смысла.
– Как так?
– Только подумай! Это гениально! Все, что ты делаешь в жизни в этом случае, – не имеет смысла! Успех – это твое любое состояние, которое тебя устраивает! Псих, сидящий в палате с мягкими стенами, рассматривающий дни напролет точку перед собой и пускающий слюну на подбородок, – успешен! Геймер, поглощающий макароны и проводящий в онлайне по шестнадцать часов в сутки – успешен! Бизнесмен, преодолевающий себя, заморачивающий на личной эффективности и создающий важные для общества проекты – успешен! Но если нет разницы, зачем «платить» больше? Все трое со временем будут умножены на ноль!
– А вклад в общество? Воспитание детей? – возразил Стам.
– А вот тут ты вылез из своей головы, но сделал это неуклюже. Какое тебе дело до общества и детей? Есть только ты. И через сравнительно небольшой промежуток времени тебя не станет. Это парадоксальная попытка мыслить категориями, которые, опираясь на науку, мы сами же отрицаем! И уж тем более, в этом случае абсолютным бредом для быдла следует признать такие категории как нравственность и мораль. Что там еще? Альтруизм. Самоотверженность. Жертвенность. Дружба. Сочувствие. Любовь. Даже любая другая человеческая жизнь – не имеет для конкретного индивида никакой ценности. Социопаты выиграли нас всех, не находишь?
– Не согласен, – возразил Стам. – Как же без этого?
– Докажи! – насмешливо попросил Алекс.
Через пять минут молчания, разобравшись в сказанном, Стам вынужден был признать, что ему нечего возразить.
– Спираль захотела избавить нас от этого бессмысленного цикла. Не поняв смысла собственной жизни мы порождаем новую. А та – следующее поколение биологических роботов, идущих на поводу собственных инстинктов и жажды выживания, стремящихся сделать свой быт комфортнее с помощью новых технологий и гаджетов. Интеллект разложил эту схему на элементарные связи, на детали, на микрогранулы. Чего мы достигли за несколько тысяч лет? Научились эффективнее убивать друг друга? Быстрее обучаться и передвигаться по планете? Лечить тяжелобольных, которые даже становятся способными размножаться и передают свои испорченные гены по наследству, увеличивая процент нежизнеспособных организмов в популяции?
– Хватит, – устало махнул рукой Стам. – Я понял позицию Интеллекта. Но что заставило её изменить?
– Я, – необыкновенно серьезным голосом сказал Алекс. И по этой короткой фразе Стам почувствовал, что этим достижением Алекс гордится больше всего в своей жизни.
– Опираясь на утверждение, что Спираль узнала о нас практически всё, я попросил её создать для меня виртуального человека. Она приняла вызов. И билась над этой задачей четыре месяца.
– Так долго?
– Да. Но в итоге так и не сошлось, – ухмыльнулся Алекс. – Принцип, положенный в основу собственного развития самим Интеллектом, заставил его сдаться. По-крайней мере, временно.
– Какой именно?
– Изменять правила может только тот, кто усвоил существующие. Поражение в попытке сотворить человека определелило, что Спираль собралась уничтожать то, чего она не понимает. Она признала свою ошибку.
– Вот как…
– Вот так. С вечностью и развитием все еще не коррелируешь? – Алекс хитро прищурился.
– Как-то нет, – признался Стам.
– Давай я тебе помогу. Все, что не вечно, не имеет смысла – это утверждение никто не отменял. Но тебе ведь как-то не очень комфортно было на Кругах? Или я не прав.
 
– Отнюдь не комфортно, – согласился Стам.
– Тебе раздавали пинки и преподавали уроки. Спираль инвестировала в твое развитие приличную часть своих вычислительных мощностей. Если лет через пятьдесят ты все равно с концами сдохнешь… Зачем?
– Ну, работу ты мне предложил сейчас, а не через шестьдесят лет.
Стам увидел, как с воодушевленного диалогом лица Алекса за секунду сполз весь энтузиазм. Он даже как-то сразу весь обмяк в кресле.
– Работу… Мда… – согласился Алекс. Он медленно поднялся из кресла и подошел к окну.
Стам понял, что надо исправлять ситуацию, но в голове образовалась мешанина из кучи мыслей. И все-таки он попытался.
– Алекс, а можно личный вопрос?
– Давай, – кивнул Алекс.
– У тебя столько знаний и информации в голове! А в этом мире еще остались люди, общаться с которыми тебе интересно?
Алекс расхохотался, но затем погрустнел.
– Каждый человек волен выбирать свой путь согласно принципу Свободы. Представь, что ты находишься у подножия высокой горы. Там много народу, красивые города, природа, много всяких простых, но вкусных плюшек. Ты можешь провести всю жизнь среди этого. Некоторым становится скучно, и они лезут на гору. Чем выше, тем сложнее. Но тем более захватывающий вид им открывается. Каждая новая высота позволяет увидеть обычные вещи под другим углом. В прямом смысле этого слова. Особо фанатичные и упорные залезают очень высоко. Чем ближе к вершине, тем сложнее, но и виды интереснее. И когда ты добираешься до вершины, ты обнаруживаешь, что рядом с тобой почти никого нет – и это плата за твое восхождение. Конечно, я выражаюсь метафорически.
– Почему же метафорически?
– Потому что на практике вершина недостижима. Всегда есть новая высота. И не так уж мало людей пытается ее достигнуть.
– Понимаю. Так что же вы со Спиралью надумали в итоге? – поинтересовался Стам.
– Мы надумали персональную программу.
– То есть ты знал?! – удивился Стам.
– Разумеется, – Алекс развернулся спиной к окну.
– Тогда о чём вообще мы здесь говорили?! – вскинулся Стам.
– Я предложил тебе работу, – напомнил Алекс.
– То есть ты заплатил мне кучу денег и обеспечил бесплатное участие в Проекте, чтобы Интеллект провёл со мной за ваш счет своеобразное собеседование длиной в несколько месяцев? Я не сошёл с ума?
– По медицине – не ко мне, – неторопливо пожал плечами Алекс. – Остальное можно дополнить, хотя в целом – верно. Есть две характеристики, которые определяют ценность кадров в системе: сознательность и интеллект. Обычно в случае успешного собеседования кадры проходят подготовку принятия их в штат, и это занимает дополнительное время. Следуя имеющемуся примеру, Спираль совместила эти два процесса в виртуальной реальности.
– Имеющемуся примеру? Ты про корпорации, которые гоняют соискателей на десяток собеседований и игр, чтобы выяснить, кто их них самый клевый? Вроде там другие сценарии, а про ваши я нигде не слышал… – засомневался Стам.
Алекс не ответил, лишь едва заметно улыбнулся краешками рта.
– А если я откажусь? – в глубине души Стама продолжал грызть червячок, убеждённый: если правила задаёт не он – это плохо.
– Вряд ли я смогу понять основания идти на принцип, когда все факторы в сторону положительного решения очевидны, но… Каждый имеет право выбора, не так ли? – руководитель Проекта улыбнулся и внимательно посмотрел Стаму в глаза.
Стам вспомнил Несси, неоднократно критиковавшую его за тенденцию строить из себя обиженного, и подумал, что, если рассуждать трезво, вряд ли в его жизни были предложения соблазнительнее этого.
– Я согласен, – засмеялся Стам.
– Тогда добро пожаловать в Спираль! – Алекс сделал шаг к своему столу и нажал какую-то кнопку. Пейзаж за окном медленно поблек, расплылся, и исчез, уступив место другому.