Она будет жить с нами (СИ)

А уж от жара, что бесконтрольно проносился по телу, стоило только в голове появиться вспышкам-картинкам нашей ночи, я и вовсе начинала пылать изнутри.    
- Ну да. Твой друг хотел вызвать штурмовой отряд. Я - нанять детектива. - Вознесенский ухмыльнулся и пожал плечами, как бы говоря, что это в порядке вещей, но не успела я и слова вымолвить, когда Алексей предложил: - Прогуляемся?     
Наверно, самым верным на данный момент было ответить отказом. Я уже сказала Матильде о причинах того, почему не хотела бы втягивать во все это чужого, по сути, человека, но… Но существовал и повод согласиться. Кому-то он показался бы несущественным, я же, находящаяся в постоянном душевном раздрае, просто жаждала погрузиться в совсем иной мир. Хотя бы на те несколько минут, что займет эта прогулка. Мир, где не будет Эдика, его любовниц, страха и одиночества.    
- Можешь проводить меня до остановки, - кивнула в ответ и указала рукой в ту сторону, где она располагалась.     
- Я бы предпочел, чтобы прогулка не была такой короткой, но… - Вознесенский вынул руки из карманов и развел их в стороны.     
Я прикусила нижнюю губу, чтобы не выдать нечто вроде: «Я тоже». Потому что сначала мне нужно было разобраться со своей жизнью, а уже потом думать о прогулках - длинных и не очень.   
- Ты так и не оставила мне свой номер телефона, - сказал Леша, когда мы с ним направились к остановке неспешным шагом.     
- Он сейчас в ремонте, - расплывчато ответила я.    
- Хм… - только и отреагировал Вознесенский. - Я заходил к тебе не так давно, но тебя не было на работе.    
- Знаю. Матильда мне сказала.    
- Почему ты сама мне не позвонила? Знаешь, такое со мной впервые, - признался Алексей.    
В его голосе послышалось что-то вроде насмешки над самим собой. Словно он не верил, что с ним может произойти то, о чем говорил.    
- Ты о чем? - нахмурилась я, приостанавливаясь и поворачиваясь к Вознесенскому лицом.    
- Ну как о чем? Просыпаюсь, а женщина, с которой я провел ночь, попросту от меня сбежала.    
Красивые, четко очерченные губы изогнулись в кривоватой улыбке. Я остановилась на них взглядом и это вновь привело к совершенно нежелательным последствиям - меня бросило в жар. Пришлось тряхнуть головой, как будто это могло помочь мне отрезвиться.     
- Мне нужно было домой, - уклончиво ответила я, и мы снова зашагали к остановке.     
- Домой - это в то место, из которого ты ушла? - хмыкнул Алексей.    
- Да.    
Этот разговор был совершенно дурацким, что (я была уверена в этом) понимал и Вознесенский. Но не уходил, не требовал объяснений… Вообще не делал ничего из того, что поставило бы точку в беседе.   
- Понятно. А я только вернулся из командировки и сразу к тебе. Если бы не встретились сегодня, уже и не знаю, что предпринял бы и где стал бы тебя искать.     
Мое сердце забилось быстрее, и причиной тому были совершенно полярные чувства - страх и радость. Я знала, чувствовала нутром, что небезразлична Вознесенскому. Это вызывало у меня что-то схожее с эйфорией. Но в то же время понуждало бояться. За себя, в первую очередь.    
- Леш, я…     
Мы достигли означенного места и остановились. Стояли и смотрели друг другу в глаза, и эти взгляды говорили гораздо больше слов.     
- Я замужем, ты же знаешь, - произнесла тихо и опустила голову.   
- Знаю. Пока замужем, - кивнул он. - И знаю также кое-что еще. Ты не из тех девушек, что просто приезжают среди ночи, получают желаемое и уезжают, тут же об этом забыв.     
Я отчаянно хотела заверить его, что, конечно же, он прав, но вместо этого лишь стояла и молчала, потупив взгляд. Как будто носки туфель были в этот момент гораздо более стоящими внимания, чем тот, кто находился настолько близко, что руку протяни и дотронешься.    
- Мой автобус, - с облегчением и сожалением сказала я, когда тот подъехал к остановке. - Была рада повидаться.    
Я бежала от Алексея и говорила себе, что это единственно верное, что могу сделать сейчас, на данный момент. Приостановилась лишь когда услышала позади:    
 
- Ульяна… если понадоблюсь - знай, что я рядом.     
Уже заходя в автобус, обернулась и, на мгновение замерев взглядом на Вознесенском, прошептала одними губами: 
«Спасибо».      
Как-то в одном паблике я прочитала афоризм, что можно любить всю жизнь, а разлюбить в четверг. Он очень зацепил и возмутил меня тогда. Наверно от того, что я под завязку была забита идеалистичными, совершенно оторванными от жизни убеждениями. А еще редким примером моего дедушки. Он после смерти первой и единственной жены, которую очень любил, так больше никогда и не женился. До самой смерти два раза в год в начале лета и по осени навещал ее могилку, а третьего мая с самого утра накрывал на стол, светло и печально отмечая день ее рожденья. 
Поэтому сама идея, о том, что настоящая любовь может взять да и закончиться, казалась мне полным возмутительным бредом. Но это было до того, как в один совсем не прекрасный вечер, мой муж взял и привел в наш дом свою беременную любовницу.
Произошедшее раскололо мой мир на до и после. Словно то искажающее стекло, через которое я прежде смотрела на Эдика, в одночасье лопнуло и разлетелось. И пускай оно болезненно ранило острыми краями своих осколков, зато наконец-то я смогла прозреть. Вся та любовь… вернее, ненормальная, почти раболепная благодарность, которую я питала к мужу, вдруг бесследно растворилась, ушла. 
По иронии день, когда это случилось, и в самом деле был четверг. 
Я ехала в автобусе, то страстно мечтая о побеге, то стараясь прислушаться к себе. Все пыталась отыскать остатки светлых чувств к мужу, но ничего, кроме отвращения и страха, к нему уже не испытывала. 
Причем, избавившись от своих подростковых иллюзий, я вдруг отчетливо поняла, что страх рядом с Эдом сопровождал меня всегда. Была в нем кака-то пугающая бесчувственная непредсказуемость. Иногда я ловила себя на мысли, что он никогда никому не сочувствует, и, похоже, совершенно не умеет сострадать. 
Сейчас данное наблюдение не вызывало никаких сомнений. Но почему раньше я так легко отмахивалась от очевидного? 
Задумавшись, чуть не проехала свою остановку. Матильда отпустила меня с работы пораньше, так как знала, какое важное дело было на сегодня запланировано. 
Медицинский центр репродуктологии «Андромеда» находился возле соснового парка в самом сердце нового жилого комплекса. Это было компактное трехэтажное современное здание со своей лабораторией и отличным оборудованием. Рядом располагались остановка и салон сотовой связи. 
Выйдя из автобуса, я первым делом наткнулась на яркий баннер, завлекающий обещанием беспроцентной рассрочки. Это было спонтанным решением, но уже через пятнадцать минут я оказалась обладательницей новенького практичного смартфона. 
- Проходите. Присаживайтесь, - сказала моложавая приятная женщина в халате врача. 
На вид гинекологу было не больше сорока, и все в ее внешности выдавало успешную педантичную натуру. 
Я вдруг ужасно засуетилась, не зная, какой из стульев выбрать и куда пристроить свою сумку. 
- Вы не волнуйтесь, - доброжелательно сказала доктор. - Сумку можете повесить вон на ту вешалку. 
В итоге я как-то взяла себя в руки и, определившись со стулом, присела. 
- Итак, чем я могу вам помочь? - собрав первичные данные о возрасте, хронических заболеваниях и прочем, наконец спросила она. 
- Мне очень нужно как можно скорее узнать, кто отец моего ребенка. 
- Вы в положении? - никак не выдав своей реакции на мой запрос, уточнила женщина. 
- Похоже на то. 
- Вы не уверены? 
С губ сорвался несколько истеричный смешок. 
- Если верить двум тестам и утренним недомоганиям, то вполне уверена. 
- Однако к врачу вы еще не ходили? 
- Нет, - я мотнула головой.