Невеста проклятой крови (СИ)
Оторваться от ужасающей картины меня заставил странный звук, который издала королева. Я бросила на нее быстрый встревоженный взгляд. Женщина тяжело дышала, была мертвецки бледна и не по-королевски утирала рот рукавом платья. Кажется, Клариду Иврийскую только что стошнило. И могу поклясться, что от увиденного вывернуло бы и меня, не будь я сейчас бесплотным духом. Накинутая королевой на себя магическая личина зарябила, спадая, обнажая настоящее лицо женщины. Ее лоб и щека были все в крови, их пересекала огромная рваная рана, глаз заплыл и не открывался. Похоже, ей тоже досталось при обрушении.
Трясущейся рукой Кларида коснулась своего лица, скривилась от боли, судорожно вздохнула, но будто бы плюнув на собственную травму, бросилась к графине. Первым порывом королевы была попытка откатить камень, но тот был слишком тяжел, а смерть фрейлины - очевидна.
- Графиня, графиня… - позвала королева, присаживаясь рядом с ней, давясь рыданиями. - Великие стихии! Графиня! Нет, нет…
Новый магический удар сотряс храм, с потолка с внушительным грохотом сорвалась еще пара мелких булыжников. Кларида передернула плечами, будто очнулась.
- Ребенок! - произнесла она, говоря сама с собой. - Ее ребенок!
Она ощупала круглый животик мертвой, быстро задрала свою юбку и вынула спрятанный на бедре кинжал. Наличие оружия меня ничуть не удивило. Вполне логично носить с собой что-то для защиты, когда на тебя охотятся повстанцы, а ты не владеешь боевой магией.
- У меня получится, - снова сбивчиво зашептала королева. - Получится! Я несколько раз видела, как подобное делали в госпитале. А шить мне не надо… Не надо… Графиня все равно уже мертва… Хуже не сделаю. Я должна попытаться! Вдруг малыш еще жив… Я справлюсь.
Мне казалось, что я и сама ощущаю нервное напряжение и болезненную решимость этой молодой женщины, ее отрешенность от собственных ран, которые не способен будет полностью исцелить ни один лекарь, потому что они были получены под личиной, а значит пропитались магией, будут отторгать другую, лечебную.
Кларида глубоко вдохнула и вспорола кинжалом надетое на графине королевское платье, обнажая живот. Тяжелый выдох, еще один вдох, и она, приставив кончик оружия к коже несчастной, сделала уверенный надрез, взвыв при этом, словно бы резали ее саму.
Подошла ближе, аккуратно и опасливо выглядывая из-за плеча Клариды. Увиденное было далеко не самым приятным зрелищем, и я отвернулась, зажмурившись и борясь с приступом тошноты. Не знаю, сколько я так стояла, сжавшись, зажмурившись, зябко обнимая собственные плечи. То ли секунду, то ли целый час.
- Ну же малыш, давай, дыши, - в какой-то момент сказал королева.
Эти слова заставили меня снова взглянуть на Клариду. Теперь женщина держала в руках маленького ребеночка, перепачканного кровью и еще стихии знают чем. Он безвольным комочком лежал грудью на одной ее ладони, свесив вниз ручки и ножки, не подавая признаков жизни, а королева аккуратно постукивала его по спинке. Мне показалось, что малыш мертв, но он как-то странно закряхтел, потом захныкал и наконец огласил своды храма громким плачем.
- Слава великим стихиям! - на выдохе произнесла королева, быстро завернула кроху в обрывок платья и прижала к себе. - Тише, тише.
Она покачало крошечный сверток, протянула “ши-ши-ши”, и ребенок притих, очаровательно причмокивая малюсенькими губками.
- Вот так, вот так, - шептала королева. - Какой ты славный, какой хороший мальчик!
Мальчик?! Но как же? Как такое возможно!
Наблюдая за происходящим, я уже начала строить догадки. Предположила, что женщина, которую я знала как свою мать, могла ей и не быть, могла выйти замуж за моего отца, когда я уже появилась на свет, представила, что это я могла быть тем ребенком, которого королева вырезала из живота погибшей графини Стааф. Мне могли просто не сказать, что женщина воспитывавшая меня с младенчества не являлась моей родной матерью. Такая догадка все ставила на свои места, делала логичным, хоть и открывало много тайн прошлого.
Но королева ясно сказала, что у графини Стааф ее стараниями появился на свет мальчик. Не девочка! Не я! Но если так, то куда же он делся? Где мой брат? И как мы оба с ним могли родиться в год восстания?
Я ничего не могла понять, растерянно глядя, как королева баюкает новорожденного, сидя рядом с телом его матери. Собственная озадаченность настолько поглотила, я не сразу заметила, что за стенами храма все стихло. Не было больше слышно выкриков и взрывов, не видно вспышек магии сквозь витражи и пролом в куполе. Тем неожиданнее стал звук сокрушительного удара в дверь молельного зала.
Мы с королевой обе вздрогнули. Кларида, плотно прижав ребенка к себе, поднялась на ноги и засеменила к самому большому упавшему со свода храма камню. Я двинулась за ней. Королева села за этим камнем, прижимаясь спиной к его шершавой поверхности, скукожившись, стараясь скрыться.
- Только тише, маленький, тише, - шептала она ребенку испугано. - Не плачь!
Следующий магический удар, обрушившийся на дверь, оказался настолько сильным, что полотно разлетелось в щепки, осыпав ими весь зал. В образовавшийся проем тут же ввалились люди. Все с горящими магическими зарядами на ладонях и окровавленными клинками в руках. Мне стало страшно. Не за себя. Что могут сделать эти люди невидимому призраку? За Клариду и маленького новорожденного в ее руках. Эти двое оказались в ловушке без защиты и возможности бежать.
Маги замерли на пороге, осматривая помещение, лишь несколько из них стали медленно продвигаться вперед, будто бы ожидая подвоха, неожиданного нападения. Один из них бросился к придавленной камнями графине.
- Ваше сиятельство! - позвал он. - Думаю, вы должны это видеть.
Немолодой мужчина с седой аккуратной бородкой вышел из-за спин своих соратников и направился к месту гибели Стааф. Подойдя совсем близко, он опустился на корточки, склонил голову набок и поджал губы.
- Ваше сиятельство, похоже, королева Кларида Иврийская мертва, - сокрушенно произнес первый подошедший к месту трагедии маг.
Я перевела взгляд с мужчин на Клариду Иврийскую, спрятавшуюся за камнем, убедилась, что та хоть и ранена, но жива. Похоже, план королевы и ее фрейлины сработал: ворвавшиеся приняли погибшую графиню за ее величество.
- Королева мертва… - тишайшим шепотом сама себе сказала таящаяся за камнем Кларида. Взгляд ее быстро забегал, словно бы она что-то обдумывала, старалась составить какой-то план. - Она мертва… Значит я могу… Великие стихии!..
- Я вижу, - отозвался граф, поднимая глаза на мага. - Но где ее ребенок? Кто-то извлек его из чрева королевы и забрал.
- Граф Вируа! - выкрикнул кто-то совсем близко от меня.
Я тут же обернулась и поняла, что наблюдаю попеременно за склонившимися над погибшей мужчинами и королевой, не заметила, как один из магов осматривовший помещение, зашел ко не со спины и обнаружил скрывшуюся за камнем Клариду. Сперва испугалась за жизнь ее величества, но потом вспомнила, что оставляя королеву и ее фрейлину здесь, уходившие защищать храм маги, говорили о графе Вируа как о союзнике. Значит, пришла подмога!
Мужчина с бородкой поднялся и направился в мою сторону. Обойдя камень, он прямо посмотрел на Клариду. Конечно, узнать королеву в израненной, изувеченной, перепачканной кровью женщине, одетой в платье графини, было невозможно.
- Милая, - сказала он ласково, подойдя совсем близко. - Вы можете встать?
Кларида кивнула и поднялась.
- Кто вы? - задал новый вопрос граф.
- Я? Я… - хрипло произнесла в ответ королева. - Я - графиня Стааф, фрейлина ее величества.
Ложь! Чудовищная ложь! Кларида Иврийская соврала, назвалась именем моего рода? Зачем?!
- Я очень рад, что вы живы, - почти нежно сказал граф Варуа, снял с себя плащ и накинул его на плечи женщины. - Вам помогут, обработают раны, и обязательно доставят, куда скажете.
- В графство Стааф! - быстро выпалила королева.
- Да, разумеется, в графство, - уверил ее мужчина. - Домой, к мужу.