Тест на верность (СИ)

Это выглядит мило. И трогательно.
Я реально улыбаюсь, ощущая себя душой лет на пятнадцать моложе. Любому другому налогоплательщику я бы точно отказала, возможно, даже отчитала, как строгая учительница. Но это же Андрей, друг нашей семьи. И да, я действительно хочу кофе, немного взбодриться мне бы не помешало. С самого утра ощущаю себя сонной мухой.
Пишу Андрею на мобильный. Пусть ждёт меня за углом копи центра, что в пятидесяти метрах от налоговой. Не хочу, чтобы кто-то из сотрудников видел, как я за пределами работы общаюсь с директором предприятия. Лишние разговоры мне ни к чему, да и вопросы от внутренней службы безопасности – тоже. У нас здесь всё строго, коррупцию пришить – проще пареной репы, только дай повод зацепиться, а потом доказывай, что ты не дурак и это уже – прокуратуре.
Попрощавшись, Теплинский выходит из кабинета, а в воздухе ещё долго витает запах его одеколона. Пять минут я занимаюсь планированием рабочей недели, пересматриваю свои записи в ежедневнике, а затем складываю в сумку парочку документов и говорю коллеге, что мне нужно на почту, отправить заказное письмо. На самом же деле на почту мне не нужно, но о том, что я собралась пить кофе – коллеге знать не обязательно.
Спускаясь по лестнице со второго этажа, ловлю своё отражение в стеклянных стенах. Слишком радостной выгляжу, надо бы немного ущипнуть себя, чтоб не улыбалась так широко.
***
Андрей
Уткнувшись взглядом в мобильный, листаю ленту социальных сетей. У друзей новые фотки: рыбалка, охота, отдых в горах, кто-то тусит в клубе, а кто-то в обнимку с детишками. Губы подрагивают в кривоватой ухмылке. Нет, я никому не завидую и где-то в глубине души даже рад за всех своих друзей, если они реально счастливы, а не занимаются показушничеством на публику, как это сейчас модно в двадцать первом веке.
А мне нечем хвастаться. Работа двадцать четыре на семь, без детей, без клубов и даже рыбалки с охотой в моей галерее нет. Единственное хобби – мотоспорт. Только на скорости, преодолевая природные преграды, когда грязь из-под колёс летит в разные стороны, в том числе и мне на мотошлем, реально отрываюсь на полную. Всплеск адреналина в крови – особый вид удовольствия, ощущение кайфа ни с чем не сравнимое.
Заметив боковым зрением знакомый женский силуэт, блокирую экран мобильного и выхожу из бумера, чтоб открыть перед Даной дверцу с пассажирской стороны.
– Спасибо, – смутившись, нечаянно цепляет меня рукой, а у меня в том месте, где она дотронулась, по коже горячая волна бежит.
Прыгнув за руль, включаю задний ход и потихоньку выезжаю с парковки, смотрю по боковым зеркалам.
В салоне вкусно пахнет женскими духами. Сколько лет знаю жену Гофмана, она не изменяет своим вкусам. Цветочный аромат с нотками грейпфрута и чем-то ещё пряным. Балдею от него.
– А разве мы едем не в кафе за углом? – спрашивает Богдана, когда на перекрёстке я сворачиваю в противоположную от кафе сторону.
– Немного дальше прокатимся.
Может Дана и недовольна тем, что я без согласования принял решение, но виду не подаёт. Другое место, куда я хочу привезти Дану, находится в десяти минутах езды. Там немноголюдно из-за баснословных цен, но готовят очень вкусный кофе и хрустящие круассаны с начинкой на любой вкус.
– Как успехи на работе? – не то чтобы мне реально хотелось говорить на эту тему, но другой нейтральной как-то не пришло в голову.
– Да потихоньку. А у тебя как дела?
– С переменных успехом.
Из-за зелёной волны светофоров и отсутствия на дороге пробки приезжаем в кафе немного раньше, чем планировал. Паркую машину, а затем спешу немного вперёд, чтоб открыть для Даны дверь в кафе.
Не могу отвести глаз. Сегодня Богдана по-особенному прекрасна. Почти без макияжа, лишь на скулах розовый румянец и губы накрашены бледно-розовой помадой, она выглядит максимально естественно. И это цепляет. Дана из того типа женщин, кто кажется немного моложе своего возраста. Милые черты лица, слегка вздёрнутый нос и едва заметные веснушки, которые она пытается скрыть тональным кремом, или чем она там пользуется? А зря, её веснушки симпатичны, добавляют шарма.
 
Приталенное платье малинового цвета подчёркивает стройную фигуру. Стараюсь не пялиться так палевно, но выходит, как выходит. Взглядом всё время цепляюсь за округлые бёдра и упругие ягодицы, пока женщина идёт впереди меня.
Выбрав столик в дальнем углу возле окна, Дана садится на мягкий диван. Волосы свои поправляет, собирая их рукой и перекидывая на одно плечо. Знаю, она не пытается флиртовать со мной и включать в действие весь арсенал женских “штучек”, но я реально залипаю. Ведусь на каждый взмах её руки как малолетка, ей-богу.
Официант приносит кофе с круассанами. Видно, что Дане неловко есть в моём присутствии, а мне неловко, что совсем скоро мы будем говорить на весьма пикантную тему – о её муже.
Я долго думал, как именно обо всём рассказать. Взвешивал все “за” и “против”. И пока я колебался, Гофман снова ошарашил меня, сказав, чтоб я обо всё забыл, мол, то было пьяным бредом. Типа я должен сделать вид, что он меня ни о чём не просил. И перестал подкатывать к его жене.
Заревновал? Или же мозги встали на место?
Мне как-то побую любой из этих двух вариантов. Делать вид, что ничего не было – да хер с два. Невооружённым глазом видно, что у Даны с Эриком какие-то семейные проблемы. Дана в опасности и мне это не кажется. Сколько лет знаю Гофмана, просто так он никогда и ничего не делает.
Либо же есть ещё один вариант – Гофман слетел с катушек. И это не утешительно, а возможно, в разы хуже.
– Я поговорить с тобой хотел. Об Эрике, – начинаю я, дождавшись, когда Дана немного съест круассана. Времени в обрез. Мы не можем вечно сидеть в кафе.
– Да? А я думала, ты хочешь узнать о встречной сверке, ведь документы я непросто так запросила. У тебя проблемы, Андрюш…
Её “Андрюша” отзывается в самом сердце, но я понимаю, что это ничего не значит. Я всего лишь друг для той, которую хотел бы назвать своей.
– С моими проблемами я как-то разберусь сам. Сейчас я хочу поговорить о тебе и о твоём муже. Ты в опасности, Дана. И мне это не кажется.
– В смысле? – с трудом проглотив кусок круассана, Дана белеет на глазах.
Мне хочется ей сказать, чтоб ничего не боялась, что в обиду её и Тёму не дам. Но не говорю, боюсь испугать окончательно. Возможно, я никогда так и не признаюсь в своих чувствах к этой женщине. Возможно, мне вообще лучше выдернуть эти чувства из своего сердца вместе с корнями. Но двенадцать лет прошло, я пытался не единожды и каждый раз мимо. Дана залезла ко мне глубоко под кожу, так просто её оттуда не достать.
  
8. "Не просто так"
 
– В ресторане, когда мы праздновали день рождения Эрика, твой муж сделал мне необычное, мягко говоря, предложение, – начинает говорить Теплинский, а у меня внутри всё переворачивается.
В тот день Гофман превзошёл самого себя, заговорив о своём друге. Задал мне провокационный и даже шокирующий вопрос. Неужели Гофман скатился до такой низости, что спросил то же самое у своего лучшего друга?
Если да, то я готова провалиться от стыда сквозь землю.
– Дан, прости, если сейчас я перейду на личное, но иначе не выйдет. Что за хуйня происходит с Гофманом? Он мне предложил соблазнить тебя. Сказал: “Давай, Андрюха, подкати к Дане”. Это почти дословно.
Андрей смотрит мне в глаза, а я краснею как рак, уши начинают гореть, отчего я прикладываю ладони к ушам. Головой качаю. Нет, Эрик не мог сморозить такую дичь. Это уже слишком даже для Гофмана.
– Гофман попросил меня помочь ему проверить тебя на верность. Так сказать, устроить тебе тест на измену. Мол, я идеально подхожу на роль любовника, потому что ты меня хорошо знаешь и у тебя не возникнет лишних вопросов, почему я постоянно кручусь возле тебя.
– Ты согласился, – не спрашиваю, а констатирую факт.
Андрей кивает в ответ, хотя это и так понятно без лишних слов. Забрать меня с автошколы, побыть вместе со мной и Тёмой на гонках. Господи, неужели это всё правда? И об этом позаботился мой муж?