Наследие предков (СИ)

- Думаешь, все так просто? – спросила обескураженная Анна.
- Нет, что ты, - Анна услышала смешок, - секс – это просто, а со всем остальным мы с тобой в полной заднице, милая. Но, давай вопросы говна оставим на потом и займемся тем, что мы с тобой умеем делать лучше всего.
- Трахаться? – не скрывая сарказма, заметила Анна.
- Да, если угодно. Трахаться друг с другом.
- Гореть тебе в аду, ублюдок!
- Кажется, я когда-то уже слышал подобное…
Анна не сопротивлялась. Распластавшись под ним на кровати, она предавалась похоти так же просто, как дышала. Давно забытые чувства, давно утраченные ощущения и он, затыкающим ей рот своими губами, - она будто бы вернулась в прошлое, где безысходность бытия красила лишь одна надежда на то, что он всегда будет рядом с ней.
***
Аврора перебирала пальцами в воздухе и любовалась золотым кольцом.
- Я рад, что тебе нравится, - засмеялся Радомир, поглаживая ее обнаженный живот и играясь языком с серьгами у нее в ушах.
- И сколько же мастер содрал с тебя за эти кольца?
- Тебе не понравится эта сумма, - ответил Радомир и укусил ее за ухо.
- Ой! – поежилась Аврора. – Мы же только из ванной, а ты снова начинаешь?
- Я продолжаю, - прошептал Радомир, целуя ямочку за ее ухом.
- Так сколько? – не унималась Аврора. – Ну, скажи! Мне интересно!
- Шесть.
Аврора поморщилась:
- Шесть?
- Десятков, - добавил Радомир.
- Шестьдесят серебряников?! – воскликнула Аврора, поворачиваясь к нему лицом. – Ты в своем уме? Шестьдесят серебряников за два кольца! Мама дорогая, это же грабеж!!!
- За одно, милая, - прошептал ей на ухо Радомир.
- За одно кольцо шестьдесят?! – сиплым голосом повторила Аврора и умолкла.
- Для моей девочки все только самое лучшее, - улыбнулся Радомир, подминая Аврору под себя.
- Твоя девочка дороговато тебе обходится, - шептала Аврора.
- О, да, милая… И поверь, я стребую с тебя за каждый серебряник, оставленный в лавке ювелира. И за каждый седой волос, появившийся сегодня на моей голове.
- Вчера. Уже утро, - напомнила ему Аврора.
- Плевать. Сейчас я собираюсь кое-что сделать с моей девочкой, пока она к телу своему волшебному меня допускает.
- И что же ты будешь делать?
- Для начала, я приласкаю ее грудь. Ох, какая у нее грудь… - Радомир сжал ее в ладонях и благоговейно застонал. – Потом я поцелую ее живот и спущусь ниже. Дождусь, пока моя девочка начнет постанывать и просить меня о чем-то большем. Я, вне сомнений, немного помучаю ее губами, но потом, все же, поддамся соблазну и войду в нее, чтобы она начала стонать еще громче. Я буду двигаться медленно, очень медленно… Моя девочка повернется на бок и прижмет коленки к груди. Ей понравится это, и она начнет стонать еще громче. Потом я переверну свою девочку на живот и лягу на нее сверху. Так мы с ней уже делали, и ей это тоже очень понравилось. Но, закончить на этом я ей не позволю. Сбавлю темп и переверну ее на спину, чтобы видеть ее лицо, когда она будет… Ох, как же громко она будет кричать! И только тогда, ни секундой раньше, я позволю себе расслабиться. Как тебе мой план? – спросил ее Радомир и приник к ее соску.
- От твоих рассказов бесстыжих у меня кровь к лицу прилила.
- Это от возбуждения, милая. Ведь тебе уже нравится то, что я с тобой собираюсь сделать?
- Господи, да хватит болтать! Делай уже!
- Тш-ш-ш, - прошептал Радомир. – Уже целую… Сейчас, моя милая…
Аврора застонала, поднимая бедра вверх, навстречу его губам.
- Нравится, моя сладкая?
- Да!
- Я так и думал, - улыбнулся Радомир и продолжил терзать ее тело, смакуя его, как спелую ягоду.
Спустя много минут она затряслась в ознобе и глухо простонала его имя в забытьи. Почувствовав его судорогу, она протянула к нему руки и позволила рухнуть на нее сверху.
- Я люблю тебя, - прошептал он ей на ухо и перекатился на бок.
- И я люблю тебя, - ответила она, обнимая его и целуя в висок. – Очень сильно тебя люблю.
Стук в дверь почти не прервал их любовных утех.
- Кого лихая принесла! – прокричал Радомир, подрываясь с постели и накидывая на плечи халат.
 
- Это я, Радомир, Франя!!!
Авроре не понравился голос старой и она, словно почуяв беду на расстоянии, поднялась следом за Радомиром.
- Подожди, Франя! Сейчас отворю!
Аврора вышла в гостиную и увидела Франю, с лицом, белее простыни. Радомир пригласил ее войти, но она лишь покачала головой.
- Катерина…
- Что с Катькой? – не понял Радомир.
- Катерину в доме ее нашли…
- Что случилось с ней, Франя? – спокойным тоном спросил Радомир.
- Повесилась она...
Глава 19
Анна открыла глаза и замерла. Август зажал ей рот ладонью и прижал указательный палец к губам.
- Анна, мать твою, открывай немедленно!
Савелий ударил в дверь не то кулаком, не то ногой, и вновь стал голосить.
Август тихо поднялся с кровати и, бросив рубаху Анне в руки, быстро подобрал вещи с пола и спрятался в ванной.
- Да открою сейчас! Не голоси только!
Анна отворила дверь и уставилась на мужа. Он был белее снега. Странно, обычно, когда Савелий злился, он багровел, а не белел.
- Почему сразу не отворила! – гаркнул Савелий и, оттолкнув Анну в сторону, вошел в комнату.
- Я приняла отвар, чтобы заснуть. Так что…
- Лучше бы ты яду какого приняла, а не снотворное.
Савелий уселся на разостланную кровать и указал пальцем на распахнутую дверь. Анна молча закрыла ее и подперла спиной, сложив руки на груди.
- Что случилось, Савелий?
- Катька повесилась… Ее люди Федора обнаружили… Ночью они должны были в рейд идти. Но она не явилась.
Анна глубоко вздохнула и поджала губы.
- Не молчи, Анна! Скажи хоть что-нибудь!
- А что тут скажешь? – пожала плечами Анна. – Не думала, что у Катерины нашей найдутся причины счеты с жизнью сводить.
- Видать, не смогла пережить девка женитьбы Радомира на Авроре.
Анна покачала головой:
- И ты в это веришь? Не спорю, лить слезы по ее кончине я не стану, но и сказать, что все равно мне - тоже не скажу. Пусть Радомир тело ее осмотрит. Вдруг, не сама она это с собой сделала?
- Я за ним людей уже отправил.
- Савелий, - Анна прищурилась и искоса на мужа взглянула, - ты же с Катькой спал вроде…
- Ты в своем уме, женщина! – гаркнул Савелий. – Мне Катерина как дочь была!
- Ну да, конечно… - вздохнула Анна и отвернулась. – А почему наши люди с рейдами на рудники так зачастили? И сам ты к стене ездил несколько раз в этом месяце?
- Подозрение есть, что кто-то приворовывает у нас за спиной.
- Ладно, Савелий, подожди меня внизу. Я переоденусь и спущусь.
- С каких это пор я тебя смущать стал? – взбеленился Савелий.
- С тех самых, как мужем мне быть перестал, - осклабилась Анна.
- Знай с кем говоришь! – Савелий с места подскочил и к Анне подошел.
Его рука на плечо ей легла и пальцы кость хрупкую сжали. У Анны ноги от боли подкосились, и она в Савелия обеими руками вцепилась:
- Уйди прочь, а не то я…
- А не то что? Ублюдка своего на помощь позовешь? – прошипел Савелий ей на ухо и оттолкнул от себя.
Анна о дверь спиной ударилась и застыла, с ужасом взирая на фигуру Августа, стоящую позади Савелия. Казалось, еще мгновение, и Август Савелия просто на месте пришибет.
- От Гелиана жизнь твоя зависит, - произнесла Анна взгляд на Савелия переводя. – И если с головы моей хоть волос упадет, он тебя не пощадит.
- Ну, давай, - зарычал Савелий, - беги сынку своему жалиться!
- Какому из четырех, Савелий? Каждый из них за меня тебе глотку перегрызет!
- Это они сейчас к тебе так относятся. Но если узнают про прошлое твое славное, быстро мнение свое изменят.
Анна почувствовала, как боль сердце сковывает.
- Ты перед Августом годами ноги раздвигала, а он все равно тебя бросил, - продолжал измываться Савелий. - Теперь ты сыновьями прикрываешься, но помни, Анна, что это я твой секрет храню, и от меня зависит, будут тебе люди в поселениях в ноги кланяться или же под ноги тебе плевать.