"гамма-3" (СИ)

- Название? – едва не поперхнувшись, спросил я.
- Да! ”Гамма – 3”
“Гамма - 3”? Где-то я уже это слышал. Секретные лаборатории? Кажется, про них говорила ныне покойная жена подполковника Елена Шевченко. Её муж работал над чем-то совершенно неординарным. За его разработками, рьяно, но безуспешно охотился полковник Зимин. Шевченко о чём-то догадался и свернул работы прямо перед тем, как раскопали источник психотропного воздействия. Закрыл лабораторию, спрятал документацию. А может, даже и вовсе – уничтожил. Но что же получается? Эти секретные лаборатории отделены от основной “Астры”? А для чего такие меры предосторожности? Уж не для того, чтобы при нештатной опасной ситуации отрезать их от жилых уровней и других объектов? Сдается мне, что там, в “Гамме” ставили какие-то запрещённые и нечеловеческие эксперименты.
Я совершенно не желал возвращаться в научно-исследовательский комплекс. Даже двух дней не прошло – я прекрасно всё помнил. Хоть убейте – не хотел. Но где-то в голове, предательски зрела мысль – надо! И она становилась всё сильнее...
- Почему мы? – едва сглотнув густую слюну, пробормотал я.
- Максим! Потому что, вы уже были там. Вы знаете, как там обстоят дела. Знаете, кого там можно встретить. И с вами находится человек, всю жизнь проживший в “Астре”.
- Вы имеете в виду Пашу? – меня удивило то, что Вильгельм Штрасс уже был проинформирован о нашем подземном госте.
Штрасс кивнул.
- Там же мутанты! – с трудом произнес я, вспомнив про гигантского червя и страшных уродливых крыс. 
- Это понятно. Поэтому, вы отправитесь туда не одни. Капитан Антонов, Гидрос и ещё шесть прекрасно подготовленных наёмников, хорошо вооруженных, обеспечат вам охрану.
- Наёмники?
- Да, в некотором роде. Однако мы не первый раз работаем с Синдикатом. Люди опытные, проверенные. Все бывшие военные.
Я задумался.
- После того, как Зимин агитировал всё население военного научно-исследовательского комплекса... А ещё и после того, как мы организовали сокрушительный штурм, за ещё и затопили туннели, открыв гермоворота... Даже не знаю. Мы стали врагами номер один! Нас и близко не подпустят к аванпостам. И не забывайте, Зимин не вернулся в командный бункер – а значит, теперь мы ещё и убийцы.
- Для этого есть Павел. Пусть он поговорит с обитателями комплекса. Объяснит им всё.
- Объяснит? Вы шутите? Да им всю жизнь промывали мозги, твердя о том, что это секретный объект. О том, что посторонних тут быть не должно. И их никогда не было! На нас клеймо диверсантов – тщательными стараниями полковника. А после того, как мы его убили...
- Убили не вы, так ведь?
- Не мы. Ваш брат постарался. Он почему-то в последний момент решил от него избавиться. Но не в том суть. Главное, что никто из населения бункера об этом не знает.
- Не удивительно! Кирилл слишком рано решил списать его. Слишком самонадеянный поступок. И всё-таки, я уверен, население бункера можно убедить.
- А если мы откажемся спускаться? – осторожно спросил я, заглянув в лицо Штрасса.
Антонов снова выразительно ухмыльнулся.
Вот же дерзкий самолюбивый подонок, а? Мне он сразу не понравился. Слишком уж он был заносчив и несдержан. Чувствую, мы с ним не поладим. Уже не ладили.
- Не советую! – отрезал капитан, положив руку на кобуру.
- Нечего меня пугать – стрелять ты всё равно не будешь! Да, и избавь меня от своих комментариев, – всё это было адресовано наёмнику, затем я снова обратился к старику. - Зачем вам эти лаборатории?
Штрасс шумно вздохнул. Медленно выехал на своей инвалидной коляске из-за стола.
- Максим! Взгляните на меня - я инвалид! Мой позвоночник пострадал в результате травмы полученной еще тогда, в 1986 году. Травма прогрессирует. Мне стало значительно хуже. У меня опухоль. Проявления той травмы все более ощутимы! Максимум три-четыре месяца и я умру. Однако, я точно знаю, где-то там, в лабораториях, крупным медицинским специалистом была успешно разработана генетическая программа полного восстановления для таких как я. И даже более того. Послушайте меня! От вас требуется не много! Просто помогите нам отыскать вход в секретные лаборатории. “Астра” - огромная. Искать в ней вход – то же, что иголку в стоге сена. Проведите группу по военному комплексу, найдите вход. И всё. Найдете, вы будете свободны!
 
- Травма, значит? Смертельные последствия? Возможно, но главная причина не только в этом! Верно? Ну, конечно! Там полно и других разработок,– ухмыльнулся я, вспомнив, какими стимуляторами накачал себя Зимин, после крушения дрезины. – Вы считаете, я в это поверю? Да и потом... Вы нас не отпустите! Мы знаем слишком много! А это во все времена было проблемой, и решались они всегда одинаково!
- Это, конечно, так! – растерянно пробормотал профессор. – Однако я готов рискнуть. Если все получится, я предпочел бы и дальше работать с вами, но уже по специальному контракту.
Я чувствовал – это дешёвый обман. Хитрый обман. Наивно-то как. С явным акцентом на нашу глупость. Только проблема в том, что я никому уже не верил.
- Мне не нужны никакие контракты!
Мне не хотелось возвращаться. И я уже знал, что скажут другие. Вдруг... Нет! Слишком много вдруг!
- Так как... Что вы решили? – учтиво поинтересовался Штрасс.
- Хорошо! Я согласен! Но у меня есть ряд условий.
- Я вас слушаю!
- Мы все должны идти?
- Вовсе нет. Тем более, насколько мне известно, двое из вас ранены? – он посмотрел на Гидроса. - Вот пусть и остаются в нашей медицинской части. Поправят здоровье. У нас очень хорошие врачи.
- Хорошо. Второе условие – к нам перестанут относиться, как к заключенным! И третье – после успешного окончания этой кампании – нам нужна защита от тех, кто собирался расправиться с нами на складах!
- Хорошо! Условия приемлемы! – чуть подумав, ответил профессор.
Антонов снова небрежно скривился, словно ему в нос постоянно лез нестерпимо мерзкий запах.
- Когда нужно отправляться?
- Завтра утром. Точнее, очень рано утром. – Штрасс посмотрел на часы. - Видите ли, тот инцидент у складов, этот лагерь... Ничего бесследно не проходит. Нашу деятельность заметят. Будут определенные последствия. Поэтому времени у нас не много.
- Я согласен. Но прежде чем мы начнем собираться, я должен поговорить с друзьями.
- Ну, разумеется. Гидрос, отведите Максима в третью палатку. – Штрасс тут же переключился. – У вас полчаса. А затем, рекомендую вам поспать. Да и кстати! Ещё советую вам зайти в лазарет. Там вы кое-кого встретите.
- Кого?
- Вот и увидите!
Гидрос чуть подтолкнул меня в спину.
- Я не заключенный! – напомнил я наёмнику. – Обойдемся без этого. И возвращаться к этому вопросу больше не стоит!
Конвоир шумно выдохнул, кивнул, но ничего не сказал.
Мы вышли из палатки.
Ни Паши, ни Катюхи тут не было.
- Где лазарет? – спросил я у Гидроса.
- Там!
Каково же было мое удивление, когда войдя в лазарет, на первой же кровати я увидел Сергея. Живого!
  
Глава 3. Вооружен и опасен
 
- Серёга?! Как ты здесь очутился? – я, чуть ли не бегом направился к его кровати, но, не дойдя всего пары шагов, сообразил – парень был без сознания. Почти всё его тело в бинтах. Правая рука загипсована, левая стопа ампутирована. Лицо и открытые участки тела покрыты глубокими ранами и синяками. На ребрах – плотный медицинский бандаж. Он был подключён к медицинским аппаратам. А рядом, на треноге стояла капельница с висящими на ней прозрачными пакетами.
- Что с тобой произошло, Серый? – тихо произнёс я, осмотрев друга. Он, разумеется, не ответил.
 
Обойдя вокруг кровати и осмотревшись, я заметил, что лазарет был разделён на два отделения специальной прочной пленкой, натянутой так, чтобы получилась естественная перегородка. Ни Андрея, ни Дмитрия я здесь не увидел. Но зато, в самом конце отделения, мне на глаза попался врач в белом халате и военных камуфлированных штанах. Он тоже заметил меня, поэтому взволнованно двинулся навстречу. Я обернулся – Гидрос почему-то остался снаружи.