"гамма-3" (СИ)

Уже почти стемнело – лагерь оказался неплохо освещён.
- Что это за лагерь у вас тут? – спросила у Гидроса Катя, подойдя ближе.
Тот промолчал.
- Неплохо организовано и судя по всему - совсем недавно, – заметил я, осмотревшись.
- Согласен! – Павел с интересом рассматривал территорию.
Диму и Андрея Док, с разрешения Гидроса, повёл в лазарет.
- Позже поговорите! – Гидрос вдруг нахмурился.
- Зачем вы нас сюда привезли? Эй!
- Терпение. Скоро всё узнаете, – бросил он через плечо. – За мной!
Он повёл нас к самой большой палатке, расположенной между стоянкой техники и навесом, с кучей аккуратно сложенных ящиков и контейнеров. Судя по всему – это был штаб. Хотя, какой, к чёрту штаб? Мы же не на поле боя, в конце концов.
- Заходи! – Гидрос знаком пригласил меня войти внутрь.
- Что там?
- Заходи! – повторил он настойчивее. Я не видел, зашли ли за мной остальные, потому что всё моё внимание было сосредоточено на осмотре внутреннего содержимого палатки.
Внутри оказалось практически пусто. В смысле пусто – по отношению к людям. Мебели, кстати, было тоже немного. Первое что мне бросилось в глаза – стойка с военной формой и обмундированием “Ратник”. Только, судя по его нестандартному виду, явно существенно модифицированный. В ближайшем углу находились аккуратно сложенные горкой ящики, баулы и контейнеры. Чуть дальше - несколько шкафов с документами. Кулер с установленной на нём двадцатилитровой бутылью. В центре размещался длинный стол с разложенной на нём изрисованной вдоль и поперёк картой. А за столом, на инвалидном кресле сидел пожилой человек. Рядом с ним стоял ещё один, значительно моложе.
- Проходите! – негромко произнес тот, что сидел в кресле, при этом изобразив пригласительный жест.
- Кто вы? – я задал закономерный вопрос ещё до того, как подошёл к столу.
Человек не ответил. Вместо этого, он и стоящий рядом человек все своё внимание вновь посвятили карте разложенной на столе.
- Кто вы? – повторил я свой вопрос, более требовательно.
- Кто я? – удивился инвалид, отстранившись от карты и вскинув брови. – Не узнаете?
Я пригляделся тщательнее и изумлённо отстранился. Это был Штрасс. Только значительно постаревшим, лет на десять, если не больше. Но это определенно был он.
- Вы? Но как? Вас же расстреляли из пулемёта!
- Нет! – просто ответил тот, устало улыбнувшись.
- Как нет? Я видел это своими глазами!
- Я вам верю. И ваши глаза не врут. Вот только я не тот человек, за которого вы меня приняли, – он облокотился на спинку и сложил на животе руки.
Я молчал, пристально смотря на собеседника. Ну точно – Штрасс, сомнений нет.
Что это значит?
Похоже, это я произнес вслух.
- Тот, кого вы видели, и что погиб в метрополитене – это был мой родной брат. И это он был главным участником в тех событиях 1986 года, – всё сказанное Штрассом меня обескуражило, причём основательно. - Полагаю, вы уже в курсе?
- В курсе? – медленно переспросил я, пытаясь переварить ту кашу, что неожиданно появилась у меня в голове. – В курсе чего?
- В курсе их дерзкого плана! – неожиданно отрезал стоящий рядом с ним человек. – По выводу техники на поверхность? И захвата столицы.
- А вы ещё кто такой? – спросил я, косо на него посмотрев.
- Вполне ожидаемый вопрос, – чуть усмехнулся Штрасс, косо посмотрев на помощника. – Это капитан Антонов. Представитель Синдиката, командир группы наёмников.
Меня словно кирпичом по голове треснули. Что происходит? Получается, что Вильгельм Штрасс, у которого мы украли дневник, это был совсем другой человек? Он запер нас в ракетном комплексе, а затем, позднее собирался расстрелять нас. И всё после того, как покончил с полковником Зиминым? Тот факт, что они были врагами, о многом говорит. Но этот человек и тот, что погиб в туннеле... Ведь их внешность практически идентична. Разве только годы... Кто тогда передо мной? Да еще и это ненадежное слово - наемник. Ничего хорошего в нем не было.
- Максим, вижу, вы в замешательстве? – спросил старик.
- В замешательстве? Да нет, все нормально! Абсолютно! – последнее слово я произнёс, повысив голос.
 
Стоящий за моей спиной Гидрос заметно напрягся. Только сейчас, оглянувшись, я с удивлением обнаружил, что ни Кати, ни Паши в палатке не было.
- Спокойнее! – поспешил объясниться Штрасс. - Давайте без криков. Я вам все объясню.
- Уж постарайтесь! – пробормотал я.
- Вы наверняка уже знаете историю самой “Астры”, так? 
- Что-то слышал, – сухо кивнул я.
- Изначально “Астра” планировалась как Микробиологический институт генетики Красной Армии. Затем её разбили на части, а потом и вовсе преобразовали в военный научно-исследовательский центр. Настоящий Вильгельм Штрасс, то есть я, впервые попал на этот объект в 1977 году. Именно тогда я познакомился со старшим лейтенантом Зиминым. Мой амбициозный младший брат Кирилл, с аналогичной фамилией, и очень похожей внешностью, в это время заканчивал учёбу в одном из столичных институтов. Он дико завидовал моей работе, моей должности. Позднее я всё-таки пристроил его рядом с собой, но это решение, к сожалению, стало моей самой большой ошибкой в жизни! Впрочем, расскажу все по порядку! Когда в 1986 году мне, единственному выжившему, посчастливилось выбраться на поверхность, я понял... – тут он неожиданно осекся.
- Понял что? Что ваш план потерпел крах? Подполковник Шевченко разыграл все как по нотам. Он прекрасно столкнул вас лбами с полковником Зиминым, – дерзко, с вызовом продолжил я. – Он заставил вас как котят тыкаться вслепую. Жаль, конечно, что столько людей погибло. Ни за что.
- Вы закончили? – шумно вздохнул Штрасс, терпеливо слушающий поток моего недовольства.
- Я? Да! Пожалуй, да! – я уже практически не сдерживал себя.
- Тогда я продолжу с вашего позволения! – чувствовалось, что данная манера речи давалась ему нелегко. - Произошло недоразумение. Зимин и я не придумывали никаких коварных планов! Не планировали никаких военных переворотов. Я вообще ничего не знал об этом. Но тогда, в 1986 году, в “Астру”, к источнику обнаруженного психотропного воздействия спускался именно я. Полученное оттуда сообщение меня взволновало. Да что я говорю – совершенно обескуражило! В месте, где мной всё было отлажено до последнего отдела – и вдруг, без всяких на то причин, такой неожиданный поворот!
- Почему?
- Потому, что именно я курировал весь этот проект. Я отвечал за безопасность комплекса. И моя реакция вполне очевидна! Я наскоро, как мог, собрал оперативную группу и отправился вниз.
- А дальше?
- Получив несколько незначительных ранений, и с трудом выбравшись обратно, я решил, что произошла утечка информации. Первоначально я думал, что нас с кем-то спутали, почему-то приняли за угрозу. Но одно я осознал сразу - безопасность всего научно-исследовательского комплекса была под угрозой. Но тут на горизонте появляется мой брат. Когда меня нашли едва живого на территории ракетного комплекса, меня тут же отправили в госпиталь. А перепуганный Кирилл, решив, что скоро их с Зиминым хитроумный план всплывёт на поверхность, от моего имени дал команду сравнять ракетный комплекс с землёй. Похоже, я тоже попал под воздействие того психотропного источника, что находится на полигоне “Бункера № 17”. Хотя у нас была защита от его психотропного воздействия. Меня, с распоряжения Кирилла, отправили в психиатрическую лечебницу. И очень долго держали в таком месте, откуда было невозможно выбраться. Лишь в середине двухтысячных меня наконец-то выпустили. К тому времени я уже осознал, что произошло на самом деле. Не было никакого недоразумения. Всё было спланировано заранее. Почти всё.
 
- Тот план, что придумали Зимин, Картавин, Лаптев и Шевченко – был спланирован без вашего участия? – переспросил я, пытаясь сложить в уме все детали этой чуть ли не фантастической истории.
- Именно так. Спланирован моим родным братом! Ведь наши фамилии идентичны!