"гамма-3" (СИ)

Гидрос промолчал.
- Ну и отлично! – Антонов отошёл к ближайшему ”Тигру” с целью спустить вниз один из страховочных тросов – а такие, само собой, были.
- Эй, а что это за грузовики? – меня заинтересовала та деятельность, что происходила вокруг. – Здесь что-то будет строиться?
- Да. Будет полноценная база. В ближайшее время здания восстановят, организуют парк техники. Развернут медицинскую часть и склад вооружения. В общем, тот лагерь, где мы ночевали, переедет сюда, но на постоянную основу. Ещё вопросы? Нет? Ну и отлично.
Пока командир наёмников объяснял водителю, что именно требуется сделать, я негромко обратился к Кате.
- Ну, вот и всё! Контрольная точка! Мы почти на месте. Ты готова?
- Нет, не готова! – Катя была совсем не довольна и совершенно не готова.
Зато Павел заметно повеселел. Хотя, он и раньше-то тоски не показывал. Что, в общем-то, немного сбивало меня с толку.
- Макс! Как думаешь, что нас там ждёт? – осторожно спросила девушка.
- Не знаю, Кать. Не знаю! Подполковник Шевченко как-то закрыл и опечатал лаборатории. И с тех пор прошло около тридцати лет. Если уж черви за это время всё-таки оправдали вложенные в них средства и вымахали до таких размеров, что говорить о том, чего мы ещё не видели. Генетика, она, знаете ли, еще до добра не довела никого.
Конечно же, по поводу генетики - я утрирую. Это просто вывод, сделанный на основе пару сотен просмотренных кинофильмов сугубо американского производства. И того, что мы уже видели, разумеется.
Генетика плотно влилась в жизнь каждого современного человека. Не верите? Посмотрите на того мини-йорка, мирно сопящего на коленях у бабушки в автобусе. Видите? Разве это собака? Да, но генетически выведенная где-то в лабораториях, путём каких-то хитрых генетических вмешательств. А те замороженные куры в магазине, думаете, они сами по себе такую массу наели? Один мой знакомый считал, что куры, которых продают в таких гипермаркетах сами туда пришли и сдохли. От безысходности и плохого настроения. Или сельскохозяйственные растения, которые совершенно не боятся никаких паразитов, имея в составе своей ДНК особую генетическую цепочку – пример из той же области. Другое дело как именно влияют на человека те самые генетически модифицированные продукты? Последствия пока ещё не изучены. Вдруг, лет так через двести у нас станет рудиментарным зрение? А, скажем, эхолокация, наоборот, станет незаменимым органом. Вырастет третья рука, жабры и выпадут волосы?!
- Макс! Ты чего завис?
- Задумался... – пробормотал я, разом позабыв про кур-мутантов и мирно спящих комнатных собачек.
- Отойди! – водитель уже третий раз сигналил мне, нервно намекая отойти в сторонку и не мешать процессу проникновения под землю.
Один из “Тигров”, ревя двигателем, катался туда-сюда, выбирая удобную позицию. Определив местоположение воздуховода, Антонов заранее дал команду подогнать одну из машин. Вход, когда-то тщательно замаскированный советскими строителями под ливневый сток, перекрывала ржавая решётка, намертво в варенная прямо в торчавшие из бетона стальные прутья.
- Эту жестянку сначала оторвать надо! – заметил Костолом.
- Оторвём! – хмыкнул Гидрос. – Мрак! Цепляй трос!
Наёмник довольно быстро и весьма хитроумно закрепил трос.
- Давай, дёргай! – махнул рукой Антонов водителю.
“Тигр” взревел движком и резко сдал назад. Трос рванул с такой силой, что решётку буквально оторвало, да так, что вместе с ней рассыпалась и одна из стенок воздуховода.
- Ого! - хмыкнул Скат, увидев вырванную с корнем решётку.
- Сила и мощь! – похвалил Павел, восхищённо глядя на разворачивающийся “Тигр”. – Это где такой транспорт придумали?
- Сделано в России! – отозвался Мрак, усмехнувшись наивности парня.
- России? – тихо пробормотал Павел и задумался.
Я сразу сообразил, что именно заставило парня зависнуть – название страны. Ему была знакома аббревиатура СССР, а вовсе не РФ.
Антонов заглянул внутрь тёмного проема, понюхал и отшатнулся.
- А запах-то! Воздух затхлый, заплесневелый.
 
- Ещё бы! Столько лет снега и дожди топили эту вентиляционную шахту. Там внизу что-то вроде болота! – прокомментировал я, скривившись от скверного запаха.
- Опускайте трос! Готово? Тишина, ты первый! – теперь командовал Гидрос.
Антонов хоть и был старшим и по званию (у наёмников еще и звания есть?) и по статусу командира наёмников, без возражений снял с себя эту должность, едва мы начали спуск вниз. Так определил Штрасс, ещё там, в лагере.
Гидрос хоть и не был старым, прожжённым до костей воякой, но к своим тридцати четырем годам уже успел побывать в половине горячих точек планеты. Умел обращаться с любым оружием, находился в хорошей физической форме. Но на безмозглого качка не тянул ни в каких смыслах. И хотя в его авторитете никто не сомневался, тем не менее, в действиях чувствовался недостаток опыта для руководства именно такой операцией. Да и люди, судя по всему, в таком составе работают первый раз.
Снайпер, закинув за спину “Прибой”, вооружился пистолетом, прицепил карабин к тросу и, свесив ноги в обложенную битым кирпичом дыру, плавно соскользнул вниз. Почти сразу же включился его фонарь, закреплённый на каске.
- Чисто! – прилетело снизу.
Следом за ним спустилось двое наёмников, а после настала моя очередь.
Уже цепляя карабин к тросу, я услышал недовольное бормотание за спиной и оглянулся на шум. Это был Костолом. Здоровяк топтался на месте, соображая, как ему опустить вниз свой шестиствольный крейсер – воздуховод был не таким уж и большим.
Вжи-и-и!
Я, не ожидая такой скорости, очень быстро спустился вниз, едва не сбив локти о стены. Ноги уже через несколько секунд уперлись в бетон – дно вентиляционной шахты. Пол до середины голени был залит густой коричневой жижей – следствием тех самых снегов и дождей. Она-то и воняла.
- Ароматы Франции! – скривившись, подумал я.
Узкий, чуть шире метра, бетонный проход вёл вправо и влево и терялся во тьме. На точке спуска было что-то вроде небольшого коллектора. Стены, хоть и были бетонные – давно уже оказались поедены плесенью и мхом. Вследствие такого нестандартного симбиоза часть бетона растрескалась и осыпалась. Сам проход был низкий – для того чтобы пройти дальше, следовало пригнуться.
- В сторону! – оттолкнул меня Тишина, заглядывая в воздуховод.
Едва я отскочил, на моё место, с характерным жужжанием карабина, приземлился Гидрос. Через несколько секунд вниз съехал и его ручной мангал с жидкостью для розжига.
Не прошло и пяти минут, как вся группа спустилась вниз. Больше всех проблем возникло у Костолома – он едва не застрял в воздуховоде. Миниган пришлось спускать отдельно от его обладателя.
Ругаясь и считая кирпичи, бугай всё-таки спустился вниз, желая этим туннелям поскорее рассыпаться в пыль.
Антонов, дав последние указания водителям, спустился последним.
- Выдвигаемся? – спросил он у Гидроса.
Тот кивнул. Достал из кармана упаковку жвачки, развернул и бросил в рот белую пластинку. Скомканный фантик полетел в воду.
- Тишина, идёшь первым!
- Куда? Направо или налево?
- Давай направо!
Я отрицательно покачал головой.
- Что такое? – Гидрос это заметил.
- Я прекрасно помню, как мы часами ползали по вентиляционным шахтам. Уже там, под ракетным комплексом.
- Ну и что?
- А то, что их строители могли вести их как попало. Мы сутки можем потерять, ища вход только в саму “Астру”, не говоря уже о “Гамме”.
- И что предлагаешь?
- Разделится!
- Нет, это не приемлемо! Группа останется в полном составе.
 
- Ну, дело ваше, – зевнул я.
- Так что? – переспросил Тишина. – Куда идти-то?
- Направо!
Снайпер, молча, кивнул, снял с плеча винтовку, быстро присоединив фонарь, тихо двинулся вперёд. Но, не пройдя и десяти метров, он негромко произнёс:
- Тут ещё одна решетка. Ух, ты! А за ней скелет!