Хозяин Мрака (СИ)
— Это бред.
— Не веришь — обратись к протектору Бельфи. Он знает о том, что я решил снабдить тебя сферой, так что сможет подготовить место и рассказать тебе то же самое, что сейчас рассказал я. — Пожал плечами перерождённый. Он изначально не считал, что Юстиан просто кивнёт и примет слова друга на веру. Как-никак, это всё было слишком серьёзно и глобально, а Элин в его глазах никогда не был слишком уж значимой фигурой в великом городе. — Но озвученные мною правила всё-таки запомни. Сферами владеют только посвящённые, которых ты теперь можешь относительно легко почувствовать. Сосредоточься на сфере.
Юстиан подавил недовольство и сделал, как сказано, неожиданно ощутив нечто странное. Крошечная сфера заметно нагрелась, а прохлада, просачиваясь в кожу, каким-то неведомым образом “указывала” на Элина… и куда-то ещё. И даже не в одно место.
— Как видишь, расстояние для сфер блокады разума проблемой не является, а их связь позволяет ограниченно игнорировать даже такие сплошные барьеры, как те, что окружают мой дом. — Справедливости ради, Элин, объединяя ишака с кашалотом, — сферу блокады разума с не так давно разработанным им артефактом, призванным защищать близких перерождённому людей, — не очень-то верил в работоспособность такой поделки. Но крайне дорогие материалы из закромов Кацелиана сделали своё дело: все подвески, вышедшие из-под руки Элина, прекрасно и без проблем работали даже в отвратительнейших условиях. — Говорить о симбионтах, наших приготовлениях и важных делах можно только с носителями сфер, и только там, где вас нельзя подслушать. Но тебе я советую не болтать с кем-то, кроме Кацелиана, Гайо и, собственно, меня.
— Остальные обо мне не знают?
— Не все. — Элин сопроводил свои слова характерным жестом. — Рано или поздно все узнают друг друга, но пока лучше вести дела как и раньше, чтобы не вызвать подозрений у вероятных наблюдателей. Сферы — не панацея, разумы их обладателей нельзя прочитать, но, при желании, можно обнаружить по характерной “пустоте”, образуемой сферой. Я слегка их доработал, чтобы это не было не так заметно, но от случайностей никто не застрахован.
— Ты — и только доработал? — Пожалуй, из всего услышанного по-настоящему Юстиана удивили только слова друга о том, что уникальный артефакт он лишь дорабатывал, а не создал с нуля.
— Увы, я не всесилен. Сферу создали люди Гайо Бельфи как метод противодействия мне. Да-да, эти горошины — оружие против менталов, которое мы теперь используем на благо Китежа.
— Чует моё сердце, что в ваши с советом дела мне лучше глубоко не лезть…
— Пока — да, от тебя требуется лишь сопровождение боевых жезлов и всего того, что мы передадим твоим людям. Но через два-три года мы начнём действовать активнее, так что к этому моменту тебе лучше закончить с большей частью своих дел.
— Ты привлечёшь меня к другой работе?
— Именно.
— Что ж… ещё какие-то правила? — Юстиан не собирался выпытывать у Элина подробности, так как и того, что он уже услышал, на ближайшее время должно хватить с лихвой. Понять и принять такую прорву информации, перестроить под неё свои планы и свыкнуться с мыслью о том, что он каким-то образом оказался в одной лодке с сильными мира сего… А ещё поговорить с протектором Бельфи.
Вот уж он точно сможет расставить все точки над i.
Юстиан обладал кое-какими способностями в искусстве плетения изящных словес, и построить разговор так, чтобы не подставиться перед потенциальным недоброжелателем мог с лёгкостью. Иными словами, если Бельфи сам не заговорит с отпрыском Кэррионов по поводу Тьмы, то эта тема вообще не всплывёт в разговоре.
Но, конечно, Юстиан не верил в то, что его благоразумный и рациональный друг решил таким образом над ним пошутить. Скорее всего всё сказанное им — правда чистой воды, но лишь получив подтверждение на стороне Юстиан бы окончательно принял бы услышанное. Так его наставлял отец, и этому же обучала жизнь в гнезде гадюк, название которому — высший свет великого Китежа.
— Ты эти запомни как следует, а там и с остальным разберёмся, если понадобится. — Хохотнул Элин Нойр, достав из хранилища несколько плотных бумажных листов, на которых намётанный глаз Юстиана сходу заметил подробные структуры техник. — Здесь техники, которые могут подойти тебе и твоим родичам. Легализуй их появление, и распредели среди доверенных людей.
— Если нужно сохранить их появление в тайне, то распространение даже среди доверенных анимусов — не самый надёжный вариант…
— В том-то и дело, что секретничать с ними нам не нужно. — Пояснил Элин, кончиком пальца отметив уголки нескольких листов. — Просто эти техники должны появиться в вашем арсенале без шума и пыли, тихо, так, чтобы сплетники не начали орать на каждом углу о том, что клан Кэррион где-то раскопал целый арсенал.
— И передача знаний от человека к человеку тут как нельзя к месту. — Быстро смекнул Юстиан. — К кому кроме нас попало это добро?
— Именно это — ни к кому, так как эти техники слишком требовательны к самоконтролю и воле, с которыми у практиков твоего клана всё более, чем хорошо. — Слабые духом анимусы, начав заигрывать с хмарью и Тьмой, быстро слетали с нарезки, чего с Кэррионами так и не произошло. — Но похожие подарки уже начали распространяться. Понемногу и без лишней спешки. К слову, пометил я те техники, что могут отлично тебе подойти и помочь с развитием.
— Спасибо. — Коротко кивнув, Юстиан развернул к себе один из отмеченных листов, пробежавшись по нему глазами и ожидаемо ничего не поняв. Структуры на бумаге даже опытными анимусами изучались не за один день, и лишь колоссы вроде Элина могли за мгновение понять, что за техника сокрыта в сложнейших узорах. — Думаю, если я растяну распространение техник на несколько месяцев, ничего плохого не произойдёт?
— Это наилучший вариант. — Почему-то Юстиану показалось, что Элин и так знал, что он не решится раздавать все техники скопом. Что-то такое читалось в его словах… — Но дела зовут, так что на этом мы нашу встречу закончим.
— Да, мне нужно многое обдумать…
Начиная с этого злополучного дня в бедной голове Юстиана Кэрриона зародился тот же вопрос, что терзал и Элина.
Как вписать в сутки ещё десять-двенадцать лишних часов?
* * *Дни за днями Элин проводил в подготовке к, как ему казалось, череде самых важных событий в жизни. Вместе с Бельфи они распространили два с половиной десятка модифицированных сфер ментальной блокады, обеспечив сохранность разумов посвящённых людей и настроив “сигнализацию”, призванную сообщать о случаях отключения или уничтожения сфер. Таким образом они хотели даже в худшем случае узнать, что этот самый случай наступил, и людям можно более не скрываться.
Но минула половина месяца, а симбионты так и не дали о себе знать. Понемногу напряжение начало спадать, а Кацелиан с Гайо получили возможность действовать чуточку активнее, чем раньше. Ведь, со слов Элина, гнездо не отличалось большой оперативностью в принятии решений, и от получения сведений до непосредственно действий порой проходило по несколько месяцев. Это, пожалуй, была одна из самых примечательных черт всех долгожителей, которые никуда не торопились и суету не любили.
Чего уж там говорить, если даже Дарагос пожаловался, что в прошлом многие его сородичи жили, словно улитки. Говорят, что тот, кто познал жизнь, больше не спешит, но… брехня всё это. Перерождённому казалось, что даже бессмертные боги — и те должны понимать цену времени и промедлению, а проблемы истинных людей были всего лишь недостатком живых существ с рукотворно увеличенным сроком жизни.
И — да, раса Дарагоса изначально не была настолько могущественной. Дорога к величию лежала сквозь века и тысячелетия, и в самом начале истинные люди жили ничуть не дольше своих “обычных” сородичей. Но хоть мечник и пытался объяснить ученику, что позволило истинным людям такого добиться, генные модификации для того всё равно остались чем-то малореальным, а рассказы о функционирующих на не-магических принципах машинах, каждая из которых была меньше частицы анимы — всего лишь сказками.