Седьмой (СИ)

Таких проверок было несколько, и каждый раз известие о том, что в какой-нибудь флот прибывают Удавка с Рраг, вызывало у командования самую настоящую панику. К ним пытались искать подходы, давить на слабости, шантажировать и пугать, но без каких-либо «положительных» результатов – что бы ни делали недоброжелатели, эта парочка находила на проверяемых объектах всю имеющуюся грязь, отправляла виновных под суд и с чувством выполненного долга возвращалась под крылышко к королеве Альери. А года четыре тому назад вдруг сменила поле деятельности и забыла про ВКС вообще.
Чем Олли и Дотти занимались в этот период, Сойюми не знала. Зато слышала, что их пытались перекупить, запугать и замазать не один десяток раз. Причем как представители оппозиции, так и те, кто пытался приблизиться к трону хотя бы на один лишний шаг. Но все эти личности неизменно оставались в проигрыше, а ореол мрачной известности вокруг Удавки и Рраг становился все темнее и темнее.
Рассказ прояснил многое, если не все. Поэтому, посочувствовав старшим подругам и порадовавшись тому, что Дэну удалось их расшевелить, я перевела разговор на тему готовности флота к будущей операции… и уперлась в стену – поднимать эту тему Сойюми категорически не желала. Как я поняла, из соображений секретности.
Я мысленно посмеялась, переключилась на ни к чему не обязывающий треп, рассказала флотским о прогулках по столице, показала несколько записей и так далее. А минут через двадцать, слегка утомившись от их щебета и уж очень однообразных восторгов, попросила проводить нас с Рати до адмиральской палубы…
…Дэн и его личные эксперты вернулись на борт в час ночи по внутрикорабельному времени, порядком уставшие, но довольные. Не успев выйти из шлюза, Дотти схватила Дэна за руку и уволокла в рубку, как я поняла, связываться с кем-то из «Конкистадоров». А Олли, быстренько ополоснувшись и переодевшись в «домашнее», пришла к нам в каюту, рухнула на пол, уставилась в потолок и злорадно улыбнулась:
– Если бы вы знали, как мне нравится эта авантюра!
– Помнится, еще утром ты плавилась от грусти! – ехидно напомнила я, «вооружившись» парой литров сока и здоровенной шоколадкой.
– Я и сейчас страдаю! – похлопав по ковру рядом с собой, призналась женщина. Потом нахально отобрала у меня половину плитки, закинула в рот кусочек, с наслаждением зажмурилась и продолжила: – На вашем «Непоседе» в разы уютнее, чем у меня дома, поэтому одна лишь мысль о том, что это счастье скоро закончится, ввергает в депрессию. А мысли о мести «от Дэниела Ромма» будят инстинкты хищника и будоражат кровь!
– А как прошли командно-штабные? – спросила Рати. Потом легла рядом, положила голову мне на живот и приоткрыла рот, чтобы я поделилась шоколадкой.
– Как они могли пройти? – ухмыльнулась Олли. – Мы задавили Вайнару и ее свиту, как тяжелый планетарный танк старый ботинок!
– Небось, Ти’Гисс в прострации?
– Ага! И еще в какой! – хихикнула Олли и сладко потянулась. – Мало того, что первую роль играл Дэн, и играл бесподобно, так еще и мы, страшные и ужасные Рраг с Удавкой, защищали его тылы!
– В смысле, задницу? – ехидно уточнила Рати.
– Ее самую!
– А это как-то связано с тем, что во время торжественного обеда ты была готова его расцеловать? – как бы невзначай поинтересовалась я.
– Конечно! Надо же с чего-то начинать? – в унисон мне заявила Удавка и жизнерадостно расхохоталась. А через несколько секунд перевернулась на живот и посерьезнела: – Во время КШУ Ти’Гисс предлагала нам остаться на «Моураните». Всем четверым. Из соображений безопасности.
– Мы полетим с Дэном! – хором ответили мы с Рати.
– Это и так понятно! – отмахнулась Олли. – Я хотела показать вам ее лицо в тот момент, когда она почувствовала наши с Дотти эмоции. И рассказать, что ощущала она и ее свита…
Мы посмотрели и посмеялись. Потом послушали перечисление, начинающееся с непонимания и заканчивающееся завистью, и посмеялись снова. А когда Удавка свернула изображение, Муза обняла меня за талию и вздохнула:
 
– А мне с самого обеда не дает покоя та фраза Дэна про наших мужчин и превращение самосовершенствования в самоцель! Знаете, а ведь и я училась только ради учебы, так как понимала, что нормального будущего у меня не будет. Ведь как бы я ни трепыхалась, выше социального потолка для моей категории граждан не прыгнуть; семьи, как таковой, у меня нет, и не будет; серость не интересна, а к сильным мужчинам не подойти. И таких, как я, много!
– Много… – эхом отозвалась Олли. – Например, все репликанты. Или мы с Дотти…
– А еще во время экскурсии по линкору я смотрела на ужимки адъютанта Ти’Гисс… – после небольшой паузы продолжила Рати. – Сравнивала его с теми мужчинами, с которыми сталкивалась за свою жизнь, и поняла, что большинство теххерцев еще слабее! И тогда мне захотелось вернуться на «Непоседу», дождаться Дэна, забиться в его объятия и как можно быстрее забыть про ту жуткую серость, которая осталась там, снаружи.
– Вам хоть есть, куда бежать и куда забиваться… – опалив нас вспышкой жуткой горечи в эмоциях, грустно усмехнулась Удавка. – А куда деваться нам с Дотти?
– Как это «куда»? – «возмутилась» я. – На Эррат, конечно! Там скоро начнется веселье. А еще там целый клан «Конкистадоров». И раз Дэн их уважает, значит, найти себе достойного мужчину будет куда легче, чем у нас…
…Накрывать на стол мы начали в начале третьего. Как обычно, в спортивном зале, но на восьмерых. Пока я и Рати задвигали в стенные ниши все тренажеры, старшие куда-то унеслись. А через пару минут ввалились обратно, волоча с собой полоски напольного ковра из своей каюты. Собрать их в единое покрытие труда не составило, поэтому вскоре помещение приобрело куда более уютный вид. Потом в его центре появился прямоугольный кусок пористого пластика, позаимствованный мною из трюмного аварийного комплекта, белая «скатерть» и одноразовая посуда с такими же приборами.
В три сорок одну к нам в ДС одновременно пришла рассылка «Через две минуты будем в шлюзе!», и мы, совершив паломничество к зеркалам, выстроились в одну шеренгу рядом с лифтом. В парадных комбинезонах, с наградами и оружием.
Когда раздался мягкий шелест отодвигающегося в сторону внутреннего люка, Рати полыхнула неуемным любопытством, Дотти почему-то почувствовала неуверенность, а Олли – нешуточный азарт. Но через мгновение в зал ввалилось четверо здоровенных мужчин в красно-черных парадных комбезах «Конкистадоров», и мне стало не до подруг.
– А вот и мои богини Войны, Любви и Красоты! – весело хохотнул Дэн, как только из шлюза вышел последний громила. – Слева направо: Ланина Овельс Ромм, моя старшенькая, Ратиана Новли Ромм, младшенькая, Доттер Рраг Ти’Оссер – личный ООС и Оллия Маура Ти’Лаути – личный Умник.
– Кэп, у тебя совесть есть?! – «возмутился» светловолосый здоровяк ростом сантиметров на десять повыше Ромма и килограммов на двадцать потяжелее. – Обаять четырех самых умопомрачительно красивых женщин во Вселенной, и никому ничего не сказать?!
– Дамы, вы великолепны! – учтиво поклонился эрратец чуть ниже Дэна и приблизительно такого же сложения. – Искренне рады знакомству, и гордимся тем, что среди «Конкистадоров» появились такие ослепительно красивые воительницы!
Третий, который выглядел старше каждого из этой троицы раза в два, если не больше, оглядел нас с большим удовлетворением и коротко, но с душой склонил голову:
– Девочки, вы – ожившие грезы любого мужчины!
– О-о-о, Молчун разговорился! – удивленно хмыкнул светловолосый и громогласно расхохотался. А его товарищ «в ужасе» качнулся к Ромму:
 
– Молчуна проняло, спасай девчонок!!!
Дэн улыбнулся и врезал кулаком по плечу «самого пугливого» «Конкистадора»:
– Дерек Шепард, Третий. Охотно откликается на прозвище Кросс. И очень любит использовать одноименный удар. Далее, вот этот весельчак и бабник – Олаф Рагнарсон, Пятый, которого частенько называют Кувалдой то ли за прямоту суждений… – тут «Конкистадоры» заржали, – …то ли за размер и вес кулаков! А крайний в этой шеренге – Честер Баркли, Молчун, представитель старой гвардии клана, к которому мы, молодежь, испытываем глубочайшее уважение…