Седьмой (СИ)
Чтобы чувствовать боль, которую испытывал Ромм, вспоминая те дни, не требовалось быть эмпатом, поэтому я накрыла рукой его предплечье и легонечко сжала пальцы. А когда он не обратил внимания и на это предложение укоротить расстояние в нашей дружбе, мысленно обозвала себя дурой – он не знал наших традиций и в принципе не мог понять привычных жестов, а значит, надеяться на правильную реакцию было глупо.
А он в это время продолжал монолог:
– Первый звоночек, свидетельствующий о том, что в истории знакомства моих родителей не все так очевидно, как казалось со стороны, прозвенел за день до похорон мамы, когда в УТЦ прилетел сотрудник посольства Империи Росс, тогда еще старший лейтенант Сергей Копылов. Он назвался другом отца, помог с не самыми приятными формальностями, присутствовал на отпевании и так далее. А когда «узнал о том, что у Камиллы Ромм остался сын», крайне ненавязчиво постарался стать нужным. И постепенно превратился в связующую нить между мною и отцом. Свою роль он отыгрывал бесподобно – давал советы именно тогда, когда они были необходимы, и такие, которые были мне действительно нужны, подкидывал программное обеспечение, базы данных и инструментарий, который мне было не достать даже с участием дяди Бена, передавал приветы и подарки от «второго родителя». Только все это он делал как-то уж очень своеобразно! Скажем, интерес к Империи Росс пробудил, но не раздул. После одного из детских конфликтов с дядей выступил в роли третейского судьи и аргументировано доказал, что брат моей мамы всю жизнь делал и для нее, и для меня больше, чем мог, соответственно, имеет моральное право что-то требовать и от меня. А через какое-то время плавно подвел к мысли о том, что любой нормальный и уважающий себя мужчина должен отвечать добром на добро, а значит я, единственный родной дяде Бену человек, просто обязан стать ему опорой в конце жизни. Говоря иными словами, все это время он целенаправленно лишал меня морального права ломиться в посольство Империи и просить ее гражданства!
– О, как…
– Приблизительно так же вел себя и отец. Прошлой весной, когда его крейсер вновь вошел в нашу систему, он примчался к нам, «чтобы, наконец, лично познакомиться с сыном», сделал все, чтобы меня обаять, подарил этот «Мираж» и… вторым слоем создал картину неустроенной жизни флотского офицера, вечно мотающегося по дальним границам Империи!
– Ты хочешь сказать, что его знакомство с твоей мамой было не случайным? – нахмурилась я. – И что через нее он пытался выйти на верхушку «Конкистадоров»?
– Лани, он, вроде как офицер Пограничного флота Империи Росс, подарил мне не дом, не флаер, не какой-нибудь грузовой внутрисистемник, а «Мираж»! С самым современным генератором маскировочного поля, с движками седьмого поколения, портативным блоком межсистемной связи и так далее. Не знаю, как ты, а я могу назвать такую машину только мечтой контрабандиста.
– Хм…
– Правда, к моменту нашей первой и единственной встречи я был уже не ребенком, поэтому от подарка отказался – понимал, что майору Кириллу Романцеву, майору Сергею Копылову и тем, кто стоят за ними, нужен не я, а мой прямой выход на руководство «Конкистадоров». И в перспективе – их прирученный глава.
– Мотивы россов более-менее понятны! – подумав, заключила я. – Хорошие отношения с тобой – это не только самый высокий уровень доверия и взаимодействия с вашим кланом, но и прямой выход на руководство кланов, занимающих три первых места в неофициальном рейтинге, как ты выразился, местных преступных сообществ. А твои, честно говоря, не очень…
Дэн тяжело вздохнул:
– Как говорят в Империи Росс, «Коготок увяз – всей птичке пропасть»! То есть, теперь, дав им возможность зацепиться, я открыл прямую дорогу в будущее, которое меня НЕ УСТРАИВАЕТ!
Судя по выражению глаз и мелкой моторике, эта фраза была криком души, и я испугалась, так как понимала, что на этот шаг он пошел из-за меня:
– Чем именно?
– Государство не терпит компромиссов. Поэтому единственно приемлемый уровень взаимодействия между Главным Разведывательным Управлением Империи Росс и кланом «Конкистадоры» – высший. А для того, чтобы усадить меня на место первого лица, требуется всего ничего: основательно замазать в противоправных действиях, добавить уважения в глазах тех, кто имеет вес в преступном мире Эррата, и, что самое главное, убрать с моего пути ВСЕХ конкурентов. То есть, тех людей, которые нянчили меня вместо так называемого «отца», вкладывали душу в каждый мой шаг и которые мне по-настоящему доверяют…
[1] Амми – светило в системе Тэххер.
[2]В тэххерском обществе пять рангов развития личности. Первые четыре категории мужчин считаются ниже и слабее женщин, равных по рангу, поэтому выбираются ими. А пятая, так называемая Элита, сильнее. И как правило, выбирает партнерш сама.
Глава 6. Дэниел Ромм
14 мая 2411 года по ЕГК
Лани поднялась в рубку в начале второго дня, закутанная в одеяло, спящая на ходу, растрепанная и чем-то похожая на нахохленного воробушка. От лифта до кресла, которое могли с равным успехом использовать и Умник, и ООС[1], прошла на автопилоте, кажется, ничего не видя и не слыша. Забралась в него с ногами, подоткнула под колени уголки одеяла, некоторое время очень убедительно изображала кокон, а минут через десять начала потихоньку просыпаться. И, посмотрев на обзорный экран более-менее осмысленным взглядом, удивленно выгнула бровь:
– Ты решил поплавать и позагорать?
Я покосился на неухоженный бассейн, над которым завис «Мираж», «полюбовался» на перевернутые лежаки и бортик, засыпанный пожухлой листвой, после чего отрицательно помотал головой:
– Неа. Человек, который взялся отправить твое сообщение, должен оставить подтверждение выполнения заказа на одном из сайтов Сети. А у хозяина этого дома подходящий трафик.
Тэххерка сладко зевнула, рассмотрела задний двор загородного дома чуть повнимательнее и сделала правильные выводы:
– В бассейне листьев больше, чем воды, значит, пловцов можно не ждать. Лежаки не ополаскивали лет десять, поэтому и не будет и любителей позагорать. А деревья вокруг бассейна – очень неплохое препятствие для любителей экстремального пилотажа, способных врубиться в «Мираж», висящий под маскировочным полем. Интересно, какой трафик может быть у хозяина этого убожества?
– Такой же убогий… – буркнул я и устало потянулся.
Девушка тут же встрепенулась и обличающе уставилась мне в глаза своими фиолетовыми омутами:
– Не спал, так как «не хотелось», и не ел, так как ждал меня?
– Что-то вроде того…
– Тогда отключайся от Сети, вставай с кресла и дуй в лифт!
Выглядела она маленьким, но очень грозным цыпленком, поэтому я не удержался от улыбки. Правда, с кресла все-таки встал. И, подхватив Лани на руки, отправился туда, куда послали. К моей искренней радости, никакого негатива такой способ перемещения по кораблю у нее не вызвал. Наоборот, она с большим удовольствием обхватила меня за шею, доверчиво прижалась щечкой к плечу и, кажется, даже мурлыкнула от удовольствия. Однако стоило нам выйти в «солнышко», как она снова проявила свой строгий нрав: приказала остановиться и опустить ее на пол, после чего отправила мыть руки. А вдогонку потребовала, чтобы через десять минут я был в спортивном зале чистым, бодрым и готовым на все. Пока я приводил себя в порядок, вернула на место одеяло, натянула футболку, разогрела три стандартных обеда, аккуратно разложила контейнеры на полотенце, постеленном на нашем «традиционном столе», украсила каждое лежачее место салфетками, а посередине поставила две литровые упаковки фруктового сока. Но все равно сочла, что чего-то не хватает, и встретила меня вопросом:
– Слушай, Дэн, а какая музыка тебе нравится?
– Современную не понимаю и не люблю… – честно сказал я. – Поэтому слушаю старую, если не сказать, древнюю…
– Дашь оценить?
Я влез в комм, накидал в отдельную папку пару десятков любимых вещей эпохи первого технологического рывка, синхронизировал устройство с системой внутренней трансляции «Миража» и включил воспроизведение. Пока звенели вступительные аккорды «Out of your shoes», улегся на свое место и пододвинул к себе первый контейнер. А когда в зале зазвучал голос Лорри Морган, поднял взгляд на Лани и засмотрелся: красавица-тэххерка сидела, закрыв глаза, и не слушала песню, а жила ей!