Король арены (СИ)

Мерзкая старуха своими словами поневоле вынудила меня поумерить прыть, развеяла эйфорию, заставила собраться и смотреть в оба глаза.
Выходя за территорию Академии всегда стоит помнить о том, что социального равенства в Империи Конте нет. Простолюдин, случайно столкнувшись с аристократом, в лучшем случае получит по морде и, не дай Релти ему попробовать ответить ударом на удар и затеять драку. Если аристо и его охрана не убьют неудачника на месте, то тюрьмы или каторги простолюдину не избежать.
Впрочем, ничего удивительного я в этом не увидел. В мире Сергея Вяткина обоюдная драка с сынком прокурора или какого-нибудь депутата заканчивается примерно с таким же результатом. Даже гадать не стоит, кого выставят обвиняемым, а кого — потерпевшим.
Форма Академии здесь заставляет окружающих относиться к тебе с некоторым почтением, но не более того. И хотя безбашенные аристо именно в этом городе встречаются довольно редко, так как в основном аристократия Белговорта состоит из ветеранов, выслуживших себе титул лэра умением и кровью, но расслабляться не стоит, тем более в центральном храме, где всяких аристократов полным-полно.
Сам храм велик размерами и наверняка строился не один десяток лет. Здесь есть не меньше полутора десятков молитвенных залов и три яруса разнообразных подсобных помещений. Наверняка и под землёй ещё что-то выстроено. Разглядывая столь непривычное сооружение, я поймал себя на мысли, что местный храм мне больше всего напоминает крепость. Пусть слишком нарядную и чересчур богато украшенную, но сдаётся мне, что в случае набега Тварей здесь вполне могут отсидеться не меньше десяти — двенадцати тысяч людей.
— Свечи! Кому свечи! — отвлёк меня громкий выкрик перед входом в зал.
Точно! Свечи! Мне же служка неспроста про них сказал. Резко свернув, я пошёл на звук, пробираясь через оживлённо галдящих прихожан. Два свечных ящика, как называют в храме прилавки, были завалены связками свечей различного размера и окраски.
— Почём свечи, брат? — поинтересовался я у монаха примерно моего возраста.
— Тебе подешевле?
— Нет, самые дорогие. Парочку, — покачал я головой, разглядывая обильный ассортимент свечей на прилавке.
— Ползолотого за обе, — испытующе глянул он на меня, ожидая возмущения с моей стороны или категорического отказа.
Возмущение, конечно же, было. За такую цену сама богиня должна воск добывать, аки пчёлка.
— Давай, — задавил я жабу мозолистой рукой.
— У меня как раз две осталось, — полез парень под прилавок, откуда и вытащил два футляра из дерева, выполненных довольно искусно.
— Смотри, — парень, щёлкнув замочками на футлярах, откинул крышки и жестом фокусника предложил мне полюбоваться открывшимся видом.
Посмотреть было на что.
Если это свечи, то я ничего не понимаю!
В моём мире церковная свеча — довольно простой и банальный предмет. При их изготовлении особо не мудрствуют. Расплавленный воск почти моментально застывает, если опустить в него натянутую нить фитиля и не спеша её поднять.
Но то, что я увидел назвать свечой — язык не поворачивается!
Передо мной лежали произведения искусства! Даже с первого взгляда понятно, что штамповкой здесь не пахнет. На полупрозрачном теле сорокасантиметровой свечи, толщиной в три пальца, переплетены тела, лики и растительный орнамент, а изображение богини настолько ажурно, что можно чуть ли не каждый волосок её причёски разглядеть. Не иначе, по воску работал мастер — резчик, обладающий несомненным талантом.
— Беру! — выдавил я из себя, не веря, что такой шедевр стоит так недорого.
Вместо того, чтобы тут же всунуть мне товар и забрать деньги, паренёк засуетился и начал кого-то старательно выискивать взглядом, порой вставая на цыпочки. Наконец у него что-то получилось, и он активными взмахами руки вызвал к себе человека из толпы прихожан.
— Проводишь студента в отдельную молельню, — наказал он своему ровеснику, примчавшемуся на его зов.
Я, мысленно, присвистнул от удивления. Свечи оказались вдвойне не простые! Они, оказывается, ещё и пропуск в ВИП — зал.
 
Отдельная молельня находилась довольно далеко от основных залов. У закрытых дверей мне пришлось долго ждать, пока мой сопровождающий не нашёл служителя с ключами.
— Когда закончишь и будешь уходить — просто захлопни дверь, — пробурчал мне мужик серьёзного вида, отпирая замок.
В комнату он прошёл вместе со мной, сердито цыкнув на паренька, вздумавшего сунуться вслед за нами. Оглядев молельню и убедившись, что внутри всё в порядке, служитель поправил фитиль на лампадке и вышел, оставив меня одного.
Что могу сказать: — дорого, богато, функционально. Мозаичный пол, фрески на стенах, алтарь со статуей и толстый коврик перед ним.
Я зажёг свечи от огня лампады и поставил их на специальный подсвечник, который у нас в церквях называется кандило. Опустившись на колени, начал читать коротенькую молитву, но закончить её не успел.
— Контакт установлен, — даже не услышал, а уже знакомым образом воспринял я голос в голове, памятный мне по пребыванию в саркофаге, — Сообщите цель подключения.
На этот раз я нахожусь в здравом уме и ясной памяти, оттого моментально пришло узнавание. Слышал я такие голоса в своём мире. Так же, без проявления эмоций, у нас навигаторы разговаривают.
— Хочу получить навыки Элементалей Огня и Воздуха, — не стал я рисковать, опасаясь, что возникший контакт может прерваться в любую секунду.
— Формальные требования соблюдены. Получение навыков возможно. Для получения навыков рекомендую обратиться в медицинский центр с соответствующим оборудованием, — безучастно донёс до меня информацию невыразительный женский голос.
— У меня нет такой возможности, а навыки нужны срочно. Есть какой-то другой вариант?
— Получение двух навыков сразу грозит кратковременной потерей сознания и временным ухудшением самочувствия.
— Я согласен. Приступайте.
Сознание я не потерял, но если бы стоял на ногах, а не на коленях, то точно бы рухнул на пол. Состояние — как у боксёра, пропустившего сильнейший удар в голову. Перед глазами всё плывёт, в ушах шум, а руки, которыми я упёрся в пол, вот-вот подломятся.
Очухался я минуты через три, но встать смог далеко не сразу. Сначала пришлось останавливать кровь, которая обильно потекла из носа. Носовой платок придётся выбрасывать.
Минут пять я приводил себя в порядок, а потом ещё какое-то время стоял, дожидаясь, когда кровь окончательно перестанет сочиться. Из молельни вышел лишь после того, как смог уверенно держаться на ногах.
— Ты где так долго бродил? — высказала мне Эмгана, едва я открыл дверь кареты, — И что у тебя с лицом?
— Кровь носом пошла и голова раскалывается, — не стал я врать.
— Сядь напротив и не шевелись, — скомандовала староста.
Девушка сосредоточилась, а потом сжала мои виски раскрытыми ладонями. Секунд пять ничего не происходило, а потом на меня словно поток живой воды вылили.
— Ух ты, — помотал я головой, как только побледневшая девушка отцепилась от моей головы, — Теперь, как новенький. Ничего не болит. Неужели у тебя с навыком всё получилось?
— Да! — засияла она гордой улыбкой, — Правда он у меня совсем ещё малепусенький, но я не я буду, если не смогу его развить. А у тебя что?
— Пока не знаю. Мне немножко не до того было, — признался я Эмге, между делом разглядывая тот палец, в который толстый священник втыкал иглу.
След от иглы бесследно исчез.
* * *
Интермедия 9
Одна из комнат Аби, недавно переоборудованная в кабинет.
— Проклятье, — запустил Аби бокал с вином в экран монитора, — Омни, когда это случилось?
— Три с половиной минуты назад. У меня не было поставлено приоритетной задачи на отслеживание действий Объекта, — объяснил искусственный интеллект причину задержки сведений.
— Как он смог общаться с храмовым ИИ?
— Через служебный имплантант.
— Подожди, ты хочешь сказать, что я сам ему это вживил? Чёрт, а ведь правда! Как я сразу не подумал, что отцу ни к чему хранить запас имплантов для обывателей! Цапнул, что под руку попало, а оно вон как вышло, — Аби ожесточённо потёр виски, наблюдая, как робот — уборщик собирает осколки стекла с пола, — Так, сначала нужно перестать паниковать. Ещё никто ничего не знает. Омни, ты можешь стереть это фрагмент из видеозаписи?