Король арены (СИ)

— Это весь ваш лак, или у вас ещё есть? — взвесил я бутылку на руке, прикидывая её объём.
Граммов на шестьсот — семьсот пузырёк, если не ошибаюсь.
— Есть ещё, — хмуро обронила лэра, наблюдая за моими действиями.
Признаться, повод для недовольства у неё имеется. Ту же пудру я испытал, схватив, что под руку попало. Попала кофейная пара, которая сейчас вымазана в пудре алого цвета. И не только она. Часть пудры алым ореолом окружает ту часть стола, где я проводил испытания.
— Нужны шарики. Не очень большие. Примерно такого размера и меньше, чем их будет больше, тем лучше, — показал я на пальцах предположительный размер бусинок, — Лучше всего, из такого же материала, — щёлкнул я пальцем по испачканной мной чашке.
— Боня, поднимись к Феадоре. Пусть она отдаст тебе моё колье из Захры, — хладнокровно распорядилась хозяйка, и повернувшись ко мне, бросила с ухмылкой, — Никогда его не любила. Лет десять уже не надевала.
Принесённое колье оказалось нагрудным украшением, от плеч до пояса. Перевёрнутая пирамида из многочисленных рядов разноцветных керамических бусинок, которые становились крупнее, приближаясь к центру поперечных нитей.
— Мне нужна, как минимум, пригоршня бусинок, лучше две пригоршни, — ещё раз прикинул я состав ингредиентов.
Лэра, недрогнувшей рукой, разрезала ножницами добрую половину поперечных нитей на колье, и ссыпала с них бусины в блюдце.
— Достаточно?
— Сейчас посмотрим, — я аккуратно высыпал полчашки (её кофейной чашки, вымытой и протёртой досуха) пудры в широкое горло бутыли, а потом засыпал сверху бусинки.
Убедившись, что притёртая стеклянная пробка не пропускает, я, повернув бутылку горизонтально, начал раскачивать её перед собой, придавая ей вращательные движения. Вскоре мы перестали что-либо видеть. Стенки бутыли окрасились, и лишь пробежавшие шарики оставляли на них белесые дорожки, которые тут же затягивались.
— Боня, — по-свойски окликнул я единственное постороннее лицо, которое наблюдало за окраской лака. — Садись на моё место и продолжай эту бутыль так же перемешивать.
Не слишком симпатичная, но довольно крепкая девица, выполнила моё указание, бросив всего лишь один взгляд на хозяйку, чтобы получить её разрешение.
— Лак — это мелочь. Давайте обсудим цвет волос нашей жертв… клиентки, — отошёл я от девушки — смесителя, — Мне нужна платиновая блондинка. У вас есть образцы окраски волос?
— Простите? — непонимающе склонила голову лэра.
— Что непонятного? Меня интересуют образцы окрашенных волос, на которых я смог бы показать интересующий меня цвет, — сварливо отозвался я, понимая, что время утекает.
— Тоже тагарские купцы?
— Да какая вам разница!
— Пока забудем об этом, — нагло ухмыльнулась лэра, — Какие пожелания по девушке?
— Платиновая блондинка. Кудри и локоны, согласно рисунка. Брови домиком, чёрные. Размер по рисунку. Реснички у нас никакие, поэтому надо будет их удлинить и загнуть, заодно придав им цвет. Лицо красим по минимуму, чтобы не было заметно штукатурки и выглядело всё натурально. Мушку не трогаем.
Да, мушка, отличительный знак Мэрилин, у Эмганы тоже такая есть, только она у неё выше и более мелкая. Как по мне — прикольно. Пусть будет.
— А, этот ваш рисунок о себе? Весьма необычная причёска. Не могу себе представить, как вы собрались обеспечить такую гладкость стрижки?
— В лучшем салоне города это представляет сложность? — сложил я бровь, обозначив недоумение. Это чисто моё. У Ларри такой мимики не было.
"Канадка". Прикольная и выгодная для нас, мужиков, причёска. Всегда о такой мечтал. Не то, что моя рыжая и кучерявая шевелюра.
— Я сама вами займусь, и покраской девушки тоже, — многозначительно глянула лэра на Боню, продолжающую вращать бутыль.
— Брови и ресницы, — напомнил я.
— Это мелочи, — попыталась отмахнуться лэра.
— Не готов с вами согласиться.
Покраска без краски! Маленькое чудо этого мира! Магического мира…
На волосы у лэры ушло пару минут. С бровями и ресница она провозилась чуть дольше. Они теперь у Эмги чёрные.
 
К сожалению, на этом чудеса закончились. Меня повели подстригаться, а Эмгану усадили и начали завивать локоны страхолюдными щипцами.
— Лэра, вы же маг Жизни? — спросил я у хозяйки салона, когда мы с ней поболтали минут десять под кофе и я успел ответить на её вопросы об Академии, — Как так случилось, что вы занимаетесь волосами, а не целительством?
— Молодая была. Глупая. И Дар получила смешно. Дважды в год, во время крестьянских праздников весны и сбора урожая, деревенские девушки разжигают костры на поляне и целую ночь голыми танцуют около них, время от времени прыгая через костёр. Однажды ночью я сбежала из дома и увязалась за своими знакомыми девчатами на такой праздник. Мама у меня южанка, оттого и я была девочкой ранней. К тринадцати годам у меня уже и грудь какая-никакая была, и попка привлекательная оформилась. Покуролесила ночь вместе со всеми, а утром у меня Знак расцвёл. Я, недолго думая, прямо с праздника в храм пошла и там начала молиться, чтобы Богиня мне с волосами помогла справиться. На тот момент меня ничего так в жизни не огорчало, как мои волосы. Я вся в кудряшках была, как барашек. Среди благородных в то время это считалось жутким моветоном и меня каждое утро больше часа мучили расчёсыванием, что было совсем непросто, а потом выпрямляли мне волосы специальными щипцами. И не дай Релти мне попасть под дождь или искупаться. Все утренние труды насмарку, а у меня опять на голове шапка кудряшек. Вот так я и получила свой Дар. С волосами теперь делаю всё, что захочу, а царапину или порез с трудом могу залечить.
— А что родители сказали?
— Сказали? Если бы. Мама, когда узнала, на что я благословление богини потратила, меня по щекам отхлестала и на месяц сладкого лишила, а отец через колено перегнул и так всыпал, что задница потом три дня горела, — расхохоталась лэра, нисколько не тяготясь столь пикантными подробностями, — Зато теперь бедной лэре есть на что себя прокормить и лучший салон в городе содержать.
— Вы точно уверены, что причиной благословления стали танцы на празднике? — задумчиво постучал я пальцами по столешнице.
— Можете мне поверить. У меня было достаточно времени, чтобы понять, что ничем другим я богиню заинтересовать не могла. Да и крестьянки не просто так на праздники бегают. У деревенской девушки не так много шансов обратить на себя внимание Релти, а наша богиня любит занимательные события. Так что недаром девки всю ночь у костров титьками трясут, да задницей виляют. За всех не скажу, но из тех крестьянок, что я знала, больше половины себе благословление на праздниках заработали.
Развить дальше интересующую меня тему разговора я не успел. Нас позвали посмотреть на маникюр.
Что могу сказать — хуже лака я в жизни не видел! Но своё мнение мне пришлось придержать, потому что лица лэры и мастеров сияли от восторга.
Своё раздражение я сорвал на девушке, которая начала возить Эмгану кисточкой по лицу.
— Вы всё не так делаете! — вырвалось у меня, прежде, чем я успел сдержать порыв.
— Может вы нас научите, — ехидно прошипела лэра за моей спиной.
— Да легко, — отодвинул я в сторону девушку с кисточкой.
Ха, эти средневековые стилисты нашли, чем испугать клоуна. У меня десятилетний опыт накладывания гримов и макияжей. И если уж я сам себя в состоянии загримировать "под Чаплина", то чуть подкрасить девушке лицо — плёвое дело.
Задав пару вопросов, и разобравшись, что у них в какой баночке, я довольно быстро справился с задачей, несмотря на убогий инструментарий. Проделал я это с комментариями, объясняя, что и для чего я наношу, попутно рассказывая, что ещё можно сделать, чтобы правильно нарисовать лицо. С губами провозился чуть дольше. Закончив, развернул Эмгану к зеркалу, и сделав шаг назад, оценил, как всё смотрится.
— Чего-то не хватает, — почесал я свой рыжий затылок и, сообразив, щёлкнул пальцами, — Блеск для губ! Где он?