Цена зла (ЛП)

Я прислоняюсь к спине Спайдера, обнимая его за талию, но я никогда не чувствовала себя такой опустошенной.
Вдалеке, мне кажется, я слышу звук других мотоциклов, но я не могу быть уверена из-за ветра или рева двигателя Спайдера в моих ушах.
Я оглядываюсь назад, но дорога пуста и темна.
Кэп проследил за моим взглядом, прежде чем снова уставиться на дорогу перед собой.
Я прислоняюсь к спине Спайдера и прижимаюсь щекой к прохладной, гладкой коже его пореза.
Двигатели ревут из ниоткуда. Я вскидываю голову, бросая взгляд в направлении звука.
Два мотоцикла надвигаются на нас, выезжая из-за двух больших скальных образований.
В моей голове звенят тревожные колокольчики, и я чувствую, как Спайдер напрягается в моих объятиях, чувствую, как громыхает его грудь, как будто он произнес слова, которых я не слышу.
Два оглушительных хлопка раздаются в темноте, как хлопки петард. Позади себя я слышу крик Кэпа, затем грохот и скольжение тяжелой стали.
В одно мгновение Спайдер останавливает свой байк, срывается с места и тащит меня за собой.
— Что происходит? — в панике кричу я.
— У нас гости, — рычит он.
Он поднимает меня на руки, и через его плечо я замечаю Кэпа, неподвижно лежащего на тротуаре рядом со своим искореженным байком.
Мое сердце ужасно сжимается.
— Спайдер… Кэп ранен…
Звук двигателей байков приближается.
Не говоря ни слова, Спайдер сильно прижимает меня к своей груди и бежит через открытую пустыню, когда раздаются еще два выстрела.
Глава 16
Что знает старик
Эмма
Выстрелы.
Я понимаю, что это за звуки, когда Спайдер бросается к лабиринту скальных образований недалеко от дороги.
Я слышала выстрелы только один раз, когда навещала Сета в один из немногих раз, когда он пригласил нас с родителями к себе домой. Несколько охранников тренировались на стрельбище, которое он устроил на своем огромном заднем дворе. Я была потрясена тем, насколько громко это было. Выстрелы прозвучали так же, как хлопушки, которые Дэвид Гилд запускал на площади каждый год в канун Нового года.
Те выстрелы, которые я только что слышала, звучат точно так же, только на этот раз они были нацелены на нас.
Нет, на Спайдера и Кэпа. Если бы Колония снова нашла меня, они бы не стреляли в нас, как ковбои из историй о старом Западе, о которых говорили пасторы. И тот, кто стрелял, ехал на мотоцикле.
Вопрос в том, почему они пытались убить Спайдера и Кэпа?
Учитывая жизнь, которую они ведут, это могло быть что угодно.
— Спайдер, не стреляй в меня за то, что я критикую твои методы побега, но разве не было бы быстрее уехать на твоем байке?
— Быстрее, да, — бормочет он, — но не безопаснее. — Он вбегает в отверстие в скале и несет меня к задней части темной впадины. Серебристый лунный свет проникает внутрь всего на несколько футов. — Я не смогу защитить тебя на байке, если кто-то стреляет тебе в спину.
Что ж, в этом есть смысл.
Подождите… Защитить меня? Он никогда раньше не использовал это слово, когда говорил обо мне. Мое сердце слегка колотится. Глупое сердце.
Он сажает меня у стены за большим валуном.
Я с трудом сглатываю, желчь подступает к горлу. — А как насчет Кэпа? — пищу я.
— Я заберу его. — Он сжимает мою шею сзади. — Оставайся тут. И не двигайся.
Он уходит прежде, чем я успеваю ответить.
Я уронила голову на холодную каменную стену. Мое сердце колотится со скоростью мили в минуту.
Одна в темноте, без возможности защититься, я почти ожидаю, что стрелки появятся у входа в пещеру и всадят пулю мне в грудь. Я ничего не знаю о борьбе. Спайдер мог бы оставить мне свой пистолет, но я не знаю, как им пользоваться.
Я задерживаю дыхание и стою неподвижно, прислушиваясь к звуку шагов.
Спайдер возвращается через несколько минут. Я изумленно смотрю на него. Он подходит к задней части пещеры, неся на плече крупную фигуру Кэпа, как солдат несет павшего товарища.
— Я понимаю, как это бывает, — сонно бормочет Кэп. — Ты бросил меня ради киски.
 
— Закрой свой рот, старик. — Голос Спайдера звучит напряженно. — Черт, тебе нужно сесть на диету. Ты весишь целую тонну.
Но на нем нет ни грамма жира. Он мускулистый, как Спайдер, только не такой большой.
Я ахаю, когда Спайдер подходит достаточно близко, чтобы я могла разглядеть кровь, капающую с ноги Кэпа даже в почти полной темноте. Спайдер осторожно посадил его передо мной. В тусклом лунном свете я вижу большое влажное багровое пятно на середине его бедра, пропитавшее его синие джинсы.
— Боже мой. В него стреляли?
Там много крови. Лунный свет освещает темно-красный след, который проходит по земле у входа в пещеру, где только что прошел Спайдер.
— Ты должен был… — Грудь Кэпа сотрясается от болезненного вздоха. — Надо было оставить меня там, мальчик.
— Заткнись. — Спайдер оглядывается назад, как будто ищет стрелков, затем начинает снимать свой порез. — Нужно позаботиться об этой ране. Думаю, на этот раз этим ублюдкам придется убраться восвояси. Я…
— Нет. — Кэп хватает его за плечо. — Иди. Займись делом. — Кэп смотрит на меня и натянуто улыбается. — За мной присматривает ангел. Иди. Надери их ублюдочные задницы.
Вдалеке я слышу, как приближаются моторы мотоциклов. Они ищут нас?
— Кэп… — Спайдер смотрит на меня, а затем на вход в пещеру.
Я вижу, что он разрывается между нежеланием оставлять своего друга умирать и риском, что стрелки вернутся, чтобы прикончить нас.
Не раздумывая, я опускаюсь на колени рядом с Кэпом и протягиваю руку, кладя ее на плечо Спайдера. Его глаза впиваются в мои.
— ССпайдер, иди. Я позабочусь о нем.
Его брови хмурятся, и на его лице написаны вопросы, наряду с удивлением от того, что я предлагаю.
— Иди, — твердо повторяю я. — Доверься мне.
Спайдер одевает свой порез на место. — Хорошо, я ухожу, но только потому, что не хочу, чтобы они возвращались и… — Его взгляд скользит по мне. Затем он встает и достает пистолет из кобуры на бедре. — Сиди тихо. Я еще вернусь.
Он — тень, движущаяся ко входу в пещеру, его пистолет направлен на землю в двуручной хватке, как это делали копы в том фильме, который я видела.
Через несколько мгновений после того, как он исчезает, двигатель байка оживает, а затем затихает.
— Хорошо, Кэп, — говорю я, надеясь, что мой голос звучит увереннее, чем я себя чувствую. — Давайте посмотрим, что мы можем сделать с ногой. — Я нахожу дыру в его джинсах, оставленную пулей, и разрываю ее пошире, чтобы осмотреть рану.
Я и раньше имела дело с незначительными ранами, порезами и царапинами, но ничего подобного. Учитывая количество крови, я надеюсь, что выстрел не попал в бедренную артерию. Если это так, у него не так много времени.
— Тебе очень больно? — спрашиваю я его, сразу же понимая, как глупо это должно звучать. Я снимаю лучшую часть одежды, которую ношу, чтобы надавить на рану — свою футболку.
— Да. — Он усмехается, глядя на мою обнаженную грудь. — Но не сейчас.
Я неуверенно смеюсь.
— Ну, обычно говорят, что нужно отвлекать пациента в подобной ситуации. Все, что угодно, что сработает. — Я разрываю футболку на две полоски, затем скатываю одну и надавливаю на рану. Кровь брызжет по бокам, и я поворачиваю голову, борясь с волной тошноты.
Кэп стонет от боли.
— Прости. — Я нажимаю немного сильнее, и он шипит сквозь зубы. — Держи футболку там, — говорю я ему. — Поддерживай давление постоянным, пока я его перевяжу.
— Где ты научилась этому? — ворчит он, садясь и надавливая на футболку.
 
— Тренировка по оказанию первой помощи, — говорю я, давая единственный ответ, который я могу, так как я осторожно, но быстро обматываю другую половину своей футболки вокруг его ноги и туго завязываю ее на ране.
Кэп ворчит сквозь зубы, сдерживая боль.
Ответ не является полной ложью. У меня нет официальной подготовки, на которую люди получают сертификаты, но, как и многие женщины в Колонии, я решила получить медицинскую подготовку, которую они предлагают. Для работы няней требуется обучение оказанию первой медицинской помощи, но для получения указанного сертификата потребовалось бы предоставить удостоверение личности и личную информацию, которую я не могла предоставить. Я сказала им, что прошла обучение. Мне повезло, что они не проверили.