Огненная вспышка

Я не знаю, что придумали твои друзья, но если они вломятся в банк, их поймают, если попытаются украсть драгоценности из «Брейкерз» или у миссис Фритц, они никогда не выйдут на свободу. Если попытаются напасть на бронированную машину, их просто застрелят. Все знают, столько стоят драгоценности миссис Клендон, и никто не собирается оставить их просто так, поваляться.
Мне жаль, что мне пришлось все это тебе рассказать, — закончила Лесли. — Я бы хотела, чтобы они получили деньги, а значит, и ты бы их получил, а потом и я. Но этого не произойдет. Забудь об этом!
  
8
 
Тень здания стала чуть длиннее, все ближе подбираясь к морю по песку. На горизонте виднелись два катера, движущиеся на юг на большом расстоянии друг от друга.
Паркер встал и принялся расхаживать взад-вперед, она смотрела на него. Через минуту он остановился, положил руку на поручень балкона и, посмотрев на море, сказал:
— Этот дом миссис Фритц, я думаю, он стоит возле океана, но пляжа у него нет.
— Так и есть, — ответила она с удивлением. — Он словно бы огражден водой, и это недалеко от того места, где дрейфующее грузовое судно въехало прямо на чью-то террасу несколько лет назад.
— Я знаю этих ребят, они любят выделяться. И дом миссис Фритц им понравится. Это личное владение, не городское, а значит, там невозможно будет проконтролировать все на сто процентов. Они зайдут с моря, уйдут по нему же и вернутся в свой дом, пока их будут искать в Атлантическом океане.
— Это не так-то просто, — настаивала она.
— Они и не думают, что это просто, но поэтому я и сказал, что они любят шумные эффекты. Я не знаю, что они придумали, но это всех встряхнет!
— Если ты имеешь в виду, что они всех напугают, то поверь, у них ничего не выйдет. Недавно восьми десятилетние старички со своими крупнокалиберными охотничьими ружьями в белых штанах маршировали по пляжу, готовясь отразить Кастро!
— Им повезло, что Кастро не появился! Но суть в том, Лесли, что я не собираюсь красть то, что украдут Меландер и компания. Мне не нужен план, мне просто нужно знать, что к чему. Однако я знаю, на что они подписываются. Они достаточно самоуверенны, чтобы вбухать все свои наличные в это дело, и мне известно, как они рассуждают. Они не будут связываться с банковским хранилищем, не станут вламываться в огромный отель, стоящий на собственном большом куске земли. А нападать на бронированную машину — это безнадежно, да и где это сделать? И поэтому остается только дом этой дамы, частный дом на берегу океана, окруженный водой. Вот где они все провернут. Вопрос только когда.
— Когда все уйдут домой, — предположила она, — и перед тем, как украшения снова загрузят в машину.
— Нет. Я говорил тебе, они любят громкие эффекты. Они не будут забираться тайком и так же тайно уходить. Представь: толпа богачей, разряженных, собранных в одном месте, в своих дорогущих украшениях, — вот когда можно доставить максимум проблем и создать панику. Что будут делать охранники, если тысячи очень важных людей, крича, начнут бегать взад-вперед?
— Не знаю.
— Уж точно не откроют беспорядочную стрельбу.
— Да, скорее всего.
— Покажи мне дом миссис Фритц.
— Я не могу провести тебя внутрь, он не продается. — Она удивилась его просьбе.
— Хорошо, тогда провези мимо.
— Ты особенно много не увидишь, ну да ладно. Возьмем мою машину. И найдем место, где ты в тенечке поставишь свою.
— Отлично.
Она встала и посмотрела на океан:
— Они действительно это сделают? Зайдут с моря?
— Это их стиль.
— Прямо как Джеймс Бонд.
— Да нет, скорее как в «Челюстях». [6]
  
9
 
Поместье миссис Фритц можно было разглядеть, пожалуй, только с океана. Паркер и Лесли проехали мимо него два раза, вдоль южной и северной границ, на минимальной скорости, но они ничего не смогли увидеть. Восьмифутовая оштукатуренная и окрашенная в бежевый цвет стена, покрытая вьющимся плющом, выходила на дорогу с обеих сторон имения. В центре стены, выходящей на дорогу, располагались массивные двери из деревянных балок. Вертикально их удерживали толстые пластины железа. Скорее всего, ворота открывались при помощи электричества и только тогда, когда хозяйка и ее гости входили или выходили.
 
— Ты же видишь, я тебе говорила! — сказала Лесли, когда они проехали мимо второй раз.
Эти ворота будут открыты в ночь аукциона.
— На дверях будет стоять охрана, а на подъездной дорожке — полицейская машина. Никто не имеет права испортить прием миссис Фритц.
— Меландер испортит!
Она привезла его обратно к «ягуару», припаркованному на углу возле агентства недвижимости, где высокий кедр давал тень.
— Что теперь? — спросила она.
— Будем ждать вечеринку. — Он вышел из машины.
Чтобы добраться туда, куда ему было нужно, пришлось проехать еще раз мимо дома миссис Фритц, и картина складывалась просто нереальная. Парковки вдоль усадьбы не было, никакого навеса или укрытия, остановиться негде, нигде нельзя даже просто присесть и понаблюдать за домом. Ну что ж, это не Паркера проблема, а кое-кого другого.
Он отправился в Вест-Палм-Бич, около половины шестого припарковал машину и, обнаружив, что магазин инструментов еще открыт, купил беспроводную дрель, дюймовые сверла, маленькую ножовку, стеклорез, плоскогубцы, рулон прозрачного скотча и две резиновые присоски с ручками.
Потом поехал обратно в «Брейкерз» и в одном из магазинчиков в фойе купил ярко-голубую льняную сумку с клапаном. И все, что он приобрел в магазине инструментов, перекочевало в нее.
В эту ночь с сумкой на плече он вышел из «ягуара» возле отеля «Четыре сезона» и направился к дому Меландера. В этот раз он был вооружен, держал в руке «сентинел», который в случае чего мог выбросить в море.
Но обошлось без этого. Забравшись в дом, он положил пистолет в сумку, к куче других инструментов.
Он вошел в дом через ту же спальню на втором этаже, что и в первый раз, потом спустился на кухню, где в холодильнике обнаружил все то же — ничего не прибавилось и не убавилось. Они не возвращались.
По пути следования в гараж он тушил за собой свет, там взялся за сундучок, поставил его на боковую сторону и просверлил дюймовое отверстие в металле как можно ближе к правому нижнему углу.
Сундучок был укреплен железными пластинами, и они разделяли его на шесть секций. Паркер распилил ножовкой три стороны нижнего правого отдела, отогнул пластину и увидел шесть стволов: три дробовика и три автоматических кольта 45 калибра.
Один за другим он вытащил их из сундучка и отнес на кухню. Положил на стол, сел и разрегулировал бойки взрывателя в автоматических пистолетах и вытащил дробь из гильз дробовиков.
Потом он отнес оружие в гараж и бросил в сундучок, отогнул обратно пластину и прозрачным скотчем обмотал вокруг, чтобы зафиксировать ее на прежнем месте. Если бы кто-то открыл сундук и рассмотрел его, он, конечно, заметил бы разрез, но эта троица не станет осматривать сундук, они сразу схватят оружие.
Он вернулся в дом, прошел в столовую — единственную меблированную комнату внизу, обстановка которой состояла из простого черного стола из огнеупорного стекла и не подходящих к нему по цвету стульев. Скорее всего, это было куплено уже подержанным где-нибудь в Вест-Палм-Бич.
Здесь стояли два напольных светильника, а люстру, которая была изначально, сняли, и довольно неаккуратно.
Он мог оказаться здесь с ними лишь в том случае, если бы они контролировали ситуацию и хотели ее обсудить. Они заставили бы его стоять, а сами сидели бы? Нет, скорее всего, они стояли бы. С какой стороны стола? Здесь имелось три двери в трех стенах, две широкие — друг напротив друга, они вели в гостиные, и более узкая, вращающаяся, ведущая на кухню. Они посадили бы его спиной к четвертой стене, даже особо не задумываясь над этим, чтобы не оставить ему путей для отхода назад.