Моя летняя интрижка (СИ)
— Он никогда этого не делал. Ну, по крайней мере, я так думала. Были времена, конечно, когда я думала, что он, возможно, флиртует со мной или понимал, что я флиртую с ним… но это никогда ни к чему не приводило. Меня не смущал тот факт, что он был лучшим другом моего брата, но иногда я задаюсь вопросом, не по этой ли причине он всегда видел во мне всего лишь маленького ребенка. Это было до тех пор, пока…
— Пока?.. — она подсказывает.
— Я навещала своего брата в колледже летом после того, как окончила среднюю школу. Они с Ноа учились вместе, так что мы все тусовались, пили и просто наверстывали упущенное.
— О, понятно. Здесь замешан алкоголь. Хороший выбор всегда делается, когда речь идет об алкоголе.
Я бросаю на нее взгляд и продолжаю:
— Тедди ушел спать в другую комнату, а мы с Ноа не спали, болтали и смотрели фильм в гостиной. Сидели на диване. Прямо рядом друг с другом.
— О, мое влагалище уже трепещет. Что произошло дальше?
Я закатываю на нее глаза, и официант выбирает именно этот момент, чтобы принести нашу еду. Он раскладывает все на стол, и я начинаю есть тако для эмоциональной поддержки, набираясь смелости рассказать ей, что произошло дальше.
— Итак, кое-что произошло. Его рука коснулась моего бедра. Моя рука коснулась его руки. Он посмотрел на меня. Он поцеловал меня. Потом прикасался ко мне, и не успела я опомниться, как мы занялись сексом на диване моего брата.
— О черт, — хихикает она и делает несколько глотков своей маргариты. — Это было хорошо?
— Это было… потрясающе. Я всегда слышала, что первый раз — отстой, — бормочу я, набивая рот тако.
— Подожди, вау. Миллисент. Подожди. — Она наклоняется и шепчет: — он лишил тебя девственности?
Я киваю, морщась, когда ее челюсть почти ударяется о стол.
— Он знал, что лишил тебя девственности? — шепчет Тиффани, хотя достаточно громко, чтобы ее услышал весь ресторан.
— Сначала он не знал. Это моя вина. Наверное, мне следовало сказать ему. Но когда он узнал… — Я вздыхаю. — Пф.
— Что случилось, Милли? — Теперь ее голос стал серьезным. Она готова перейти в режим матери.
— Он взбесился. Встал и вышел. Не сказал мне ни единого слова, просто оделся и ушел. Я все еще была голой на диване, когда дверь закрылась.
Я тяжело сглатываю от болезненного воспоминания, борясь со слезами, которые хотят вырваться на поверхность. Это дерьмо причиняло боль, и повторный рассказ истории только снова разбередил рану.
— Милли, — говорит она, хватая мою руку через стол и сжимая ее.
— В любом случае, — продолжаю я, стряхивая с себя это и улыбаясь ей. — Это предыстория, которую тебе нужно было знать перед тем, что происходит с моей жизнью прямо сейчас.
— А что происходит с твоей жизнью прямо сейчас? — спрашивает она.
— Я трахаюсь с ним, — выпаливаю я. — Опять.
Она кашляет с набитым ртом, и ее глаза расширяются.
— Прости, что? — Тиффани сглатывает. — О чем ты говоришь?
— Он приехал сюда неожиданно, чтобы помочь мне со свадьбой Тедди. Он извинился. И Тедди с Бет подослали его, думая, что мне нужна помощь. Честно говоря, мне нравится, что он рядом.
— Ты имеешь в виду, когда его член рядом, — шутит она. — Как произошло, что он приехал сюда, чтобы помочь тебе, но оказался у тебя в штанах? Это кажется довольно большим скачком после того, что он сделал с тобой. Тем более что ты не из тех, кто позволяет другому человеку такие издевки.
— Да, ну, на самом деле у меня нет оправдания, кроме того, что он действительно секси, у него ноги в татушках, и он доставляет мне много оргазмов…
— Ну, тогда ладно. — Она смеется. — Рада за тебя. Тогда в чем проблема?
— Проблема в том, что предполагается, что это просто интрижка. Секс-приятели. Друзья с выгодой, не знаю. Только на лето, пока он здесь, чтобы помочь мне со свадьбой… а потом он уедет. — Машу рукой в воздухе. — Но сегодня он, возможно, как бы упомянул, что мы могли бы продлить наше маленькое соглашение.
— О-о-о, — протягивает она, ее улыбка становится шире. — Теперь я понимаю.
— Понимаешь что?
— Ты влюбляешься в него.
— Нет. Нет, нет. — Я смеюсь. — Мы занимаемся этим всего около трех недель, и это была моя идея — оставить все без эмоций. Я сильная, независимая, взрослая женщина, Тифф. Я не буду влюбляться в Ноа Хардинга.
— О, хорошо, конечно, детка. — Она прищелкивает языком. — Так, значит, проблема в Ноа? Он подсел на тебя, но ты не подсела на него?
— Я не… он не… Тиффани, послушай меня. Это проблема. С какой стати, черт возьми, ему хотеть продолжать дружбу с привилегиями в обозримом будущем? Как это вообще будет? Мы просто будем встречаться в свободное время? И что будет, когда один из нас встретит другого человека? Или нам больше ни с кем нельзя? Зачем ему просить меня об этом?
— Ладно, успокойся. Я понимаю, что он причинил тебе боль много лет назад, но ты не знаешь, почему он взбесился. Я имею в виду, он только что сорвал вишенку с сестры своего лучшего друга. Кроме того, он извинился, и все это дерьмо произошло почти десять лет назад. Люди становятся старше и взрослеют. Знаешь, ты полностью отвергаешь возможность того, что он испытывает к тебе больше чувств, чем показывает.
Я начинаю перебивать ее и вставляю свои два цента, но она не слушает. Тиффани поднимает руку, чтобы остановить меня.
— Ты! Ты думала об этом в течение многих лет. Кто сказал, что он не хотел тебя и просто использовал эту маленькую возможность, которую ты ему дала, как способ сблизиться с тобой?
Я просто улыбаюсь и закатываю глаза. Не хочу спорить с ней по этому поводу. И, по правде говоря, если честно, мысль о том, что он делает все это, потому что, возможно, он чувствовал то же самое, что и я…
— Видишь? — спрашивает она, допивая свой напиток. — Ты думаешь об этом. Просто будь все как будет. Продолжай трахаться с ним. Хоть кто-то из нас занимается сексом. И посмотрим, к чему это приведет. — Она пожимает плечами. — Худшее, что может случиться, — это то, что он действительно захочет, чтобы это продлилось только на лето. И ты просто пойдешь дальше. Как ты и сказала, ты большая девочка.
Я вздыхаю и откидываюсь на спинку стула, потягивая свой напиток и любуясь видом на океан.
— Просто пустить все на самотек, — говорю я вслух, в основном самой себе.
— Вот именно. — Тиффани заказывает еще два напитка, когда официант подходит проверить, как у нас дела, и как только их приносят, она полностью переключается на сплетни. — Ну давай, — она ухмыляется мне, устраиваясь поудобнее, — выкладывай подробности. Расскажи мне все обо всех непристойных вещах, которые вы двое вытворяли. Видит бог, мне нужно немного веселья в жизни.
ГЛАВА 15
Ноа
Она опаздывает.
Я не пытаюсь быть ревнивым парнем. Я определенно не такой. Знаю, что мы не вместе, и знаю, что она может позаботиться о себе. Но она сказала, что просто поужинает и выпьет со своей подругой Тиффани. И не похоже, что на этом маленьком захудалом острове есть рестораны, которые работают так поздно. Так что Милли либо мертва на обочине дороги, либо напилась где-нибудь в баре.
Мне действительно не нравится идея ни того, ни другого.
Если она в баре, я знаю, что найдутся парни, которые за ней приударят. И это пробуждает во мне что-то такое, чего я не ожидал почувствовать. После того времени, которое я провел с ней, то случайное влечение, которое всегда испытывал к ней, переросло во что-то более сильное. Я даже пытался затронуть эту тему сегодня, когда мы были в музыкальном магазине, но, судя по выражению ее лица, она не готова к такому разговору.
Даже мысль о продлении нашей маленькой сделки дольше, чем на лето, казалось, отталкивала ее.
А сейчас два часа ночи, и я не могу уснуть, потому что все, о чем могу думать, — это она. Поэтому решаю разыграть карту дружелюбного соседа по комнате и отправляю ей сообщение, спрашивая, все ли с ней в порядке и нужен ли ей водитель, чтобы забрать ее.