Волчья любовница (СИ)
Данил не стал её останавливать. На охоте нужна выдержка.
***
Василиса скривилась всем своим личиком, когда мама привезла её в загородную клинику. Забор высокий, проходная с охранниками. Мама Лена только окно приоткрыла, назвала фамилию девушки, время записи, и их пропустили. За забором всё было величественно и богато. Асфальт идеальный, будто не в России дорога. Кругом парки, стоянка для транспорта, низкое здание клиники, но растянутое на несколько комплексов.
Мать с дочерью припарковались почти у входа. Прошли по широкой лестнице к стеклянным дверям. При входе просторный, хорошо освещённый холл, в нём диваны, экран с бегущей строкой о пользе молока и мяса. Посетителей мало, все почти пенсионеры, медработники появлялись и исчезали в кабинетах. Никакой регистратуры, как в отеле ресепшн.
За стойкой стояла молодая девица с черными распущенными волосами и зелёными глазами. Выделка лица по моде, брови крылом, губы бантом, ресницы пышные. Она фальшиво улыбнулась Елене, на Василису даже не взглянув.
— Вы по записи? — голос продавщицы секс-шопа.
— К Инге Имантовне, — Елена извлекала из сумки паспорт дочери.
— Документы не нужны, врач сама вас запишет, — снисходительно улыбнулась девушка, — прошу, проходите, кабинет двести тринадцать, вверх по лестнице и направо.
— Спасибо, — Елена была поражена вежливостью красивой медсестры, взяла за руку Василису и потащила её к лестнице.
Уже на чистых серых ступеньках, Василиса одёрнула руку. Ехать в это заведение она не желала. Очередной психолог отправит её к психиатру, уже проходили. Только время терять.
— Избавиться от меня хотите? Давай! Мне уже восемнадцать, могу и без вас прожить, — рычала Василиса, когда они подходили к кабинету.
— Помочь тебе хотим, — терпеливо отвечала Елена, постучала в кабинет. — Пока в школе учишься, нас с папой слушаешься. Договаривались. Помнишь?
— Помню, — девушка сделала гримасу.
Они вошли в кабинет. Психолог встретила их. Полная женщина, вся в чёрном, на плечах чёрная шаль. И опять эти чёрные волосы, как будто все медработники этой клиники одной краской красятся и одни линзы носят. В жизни не бывает таких изумрудных глаз. Ей было за сорок, возможно, все пятьдесят. Указала Елене на стул рядом с входной дверью, а сама не отрывая от Василисы взгляда, пригласила её к полукруглому столу у окна.
Девушка поморщилась, заметив детский уголок. Столик с игрушками, стульчики.
— Дети редко ко мне приходят, — пояснила Инга Имантовна, голосом мягким, располагающим к доверию.
Они сели за стол, и психолог с улыбкой на лице принялась за работу. Вначале познакомилась с пациенткой, у которой на всё лицо протест. Потом предложила Василисе толстую книгу на пружине. Каждый лист твёрдый, демонстрировал определённый цвет. Это напоминало пробники краски в магазине.
— Выбери цвет, — предложила врач.
Василиса искала чёрный, его не оказалось. Тогда взяла серый.
— Неплохо, — с чем-то согласилась Игна, и открыла перед девушкой страницу другого толстого альбома. Там были образцы двадцати оттенков серого, но не просто глянцевый цвет, в каждом окошке была фактура. Рука Василисы невольно потянулась потрогать серые окошки.
— Выбери два цвета, — попросила психолог.
Василиса улыбнулась, нащупав светло-серую шерсть и бело-серые камушки. И как только она это сделала, лицо её поменялось, глаза засветились интересом, потому что Инга извлекла из-под стола тетрадь с очень увлекательными тестами. И целый час Василиса гадала, рисовала, решала головоломки. И под конец занятий ей было предложено ещё раз выбрать цвет. Тут уже играло любопытство, девушка выбрала жёлтый, а в альбоме опять шерсть светло-рыжую и фактурную открытку похожую на апельсин.
— Если тебе понравились наши занятия, можешь прийти в воскресение, у меня будет время, — на прощание добавила, — подожди маму в коридоре, пожалуйста, мне надо с ней поговорить. Там у нас есть автомат со сладостями, всё бесплатно, угощайся.
Девушка покидала кабинет с лицом сияющим и счастливым. Ей и занятия понравились и то, что сейчас она наберёт сладостей целый пакет и отвезёт их Ольге. Не смущало, даже то, что она будет выглядеть, как быдло у шведского стола.
Елена оторопело провожала дочь взглядом. Действительно, не зря приехали. Василиса, явно, довольна вполне безобидными на первый взгляд тестами. Врач попросила присесть к ней, и мать с удовольствием просьбу выполнила, ей тоже стало хорошо. Но ненадолго.
— Я не только психолог, — стала говорить Инга голосом строгим и жёстким. — Я психиатр, мой опыт большой и вы можете мне доверять.
— Конечно, — насторожилась Елена.
— Это ваша родная дочь? — не дождавшись ответа от сильно побледневшей женщины, Инга продолжила. — Знаю, что не ваша. У неё глубокая детская травма, и не вы тому виной.
— Невозможно, — Елена расстроилась и стала немного задыхаться. — Она у меня с полутра лет.
— Очень ранняя память, — вздохнула Инга. — У неё нет цели, учиться вы её не заставите больше. Позвоните в школу, скорей всего, она уже перестала учиться. Суицидальная идеация, нет смысла в этой жизни. Я так понимаю, есть три подруги…
— Две, — поправила Елена, — одна умерла недавно.
— Понятно, — кивнула врач. — Две подруги, они её и держат на плаву.
— А семья? Мы же её любим, — простонала Елена.
— У неё нет семьи, только две подруги. Как только подруги заведут свои семьи, Василиса убьёт себя, есть ещё вариант, уйдёт вглубь себя и не вернётся.
— Как, — развела руками женщина. — Как вы это выяснили, всего за час рисования и головоломок?
— Ко мне крайне редко попадают на приём, — улыбнулась Инга Имантовна. — Можно сказать, я государственная собственность. Не расстраивайтесь, пусть приходит. Постараюсь выяснить, что за травма получена в детстве, а потом мы с этой памятью начнём работать. Всё поправимо.
— Спасибо, — загробным голосом отозвалась мать Василисы. — Мы что-то должны вам?
— Нет. Я беру деньги в крайне редких случаях. Мне платит клиника. Можете отпускать её одну. Думаю, она не будет сбегать.
— Спасибо вам, — Елена была шокирована услышанным. Никто не знал, что Василиса не её дочь, даже Кузьма, муж принявший её с ребёнком на руках.
Василиса выделила опечаленной маме пару шоколадок на халяву. Почувствовала себя хозяйкой ситуации, повела родительницу на выход. В коридоре столкнулись с процессией. Четыре бугая впереди, трое сзади, а посередине шикарный взрослый мужчина в деловом костюме. Беседовал по телефону, крича на всю округу про акции. Властитель мира шёл на приём к Инге Имантовне.
— Ты меня записала? — спросила Василиса у мамы, когда важный человек с охраной прошли мимо, ей очень все нравилось, от обстановки до занятий с психологом.
— Да, я позвоню, запишу, — растерянно ответила мама и натянуто улыбнулась дочери, погладив её по спине. — Ты только ходи, Лисонька.
— Буду, — клятвенно пообещала Василиса.
То, что Клиника «Лесное угодье» располагалась недалеко от района, где жила подруга Ольга, которую надо навещать, пока болеет, что само заведение было скрытое и богато обставлено, очень Василису заинтересовало. Она в воскресенье поехала туда без мамы.
Вырядилась в платье лёгкое, светло-голубое, встала на каблуки. Сумочка дорогая и причёска с локонами высокая. Так накрасилась, чтобы ничем не уступить девке у стола регистрации. Не понравилась Василисе эта зеленоглазая брюнетка, что-то неприятное проскочило внутри, предчувствие, породившее такое соперничество. И каково было разочарование, когда в клинике её встретила дружелюбная вся лучезарная толстушка- веселушка с именем на белом халатике «Милена».
— … и обязательно попробуйте сегодня в автомате взять лимонную газировку в маленьких бутылках, — тайно полушёпотом предложила Милена девушке, после того, как узнала к кому Василиса идёт. — Я такой вкусняшки давно не пробовала.
— Спасибо, возьму, — пообещала Василиса и поплелась на второй этаж. Вот для кого надо было так вырядится, да ещё и каблуки напялить?