Отец для двоих (СИ)

— Я здесь не впервые, — считает необходимым объясниться. — Знаю, какие блюда хорошие и что лучше заказать.
— С чего ты решил, что я не была здесь?
— Ты ведь недавно переехала, сама говорила.
— Да, — киваю. — Но это не означает, что я не в состоянии сделать выбор самостоятельно.
Я не злюсь, потому что понимаю, что на мое восприятие повлияло длительное проживание в совсем другом менталитете. Я не стала феминисткой, но не люблю, когда мужчина позволяет себе слишком много. Хотя не исключаю того, что все дело в том, какой именно мужчина. С Динаром мы слишком мало знакомы, чтобы я потеряла голову и позволяла ему все. Он привлекателен, его касания не вызывают во мне отвращения и даже приятны, и его забота, безусловно, мне льстит, но я не готова утонуть в нем с головой.
— Извини, — тут же идет на попятную. — Я позову официанта, отменю свой выбор.
— Не нужно.
Общение не складывается. Динар заметно пытается загладить вину, а я настраиваюсь скептически. До того, как нам приносят блюда, мы почти не разговариваем или говорим на совершенно нейтральные темы. Хорошее место для ужина, прекрасный вид и так далее.
— Приятного аппетита, — официант ставит перед нами блюда.
Поначалу я даже пробовать не хочу, но когда понимаю, что отказалась от предложения изменить заказ, все же беру в руку вилку. Пробую. После пары кусочков нежнейшего мяса мне перед Динаром становится стыдно. Вот что я за баба такая, а? Почему не могла просто промолчать и поблагодарить за то, что он захотел вкусно меня накормить? Ведь действительно — вкусно. Ничего лучше я не ела. Может, конечно, соскучилась по родным блюдам, но…
— Извини меня, — говорю и тянусь к бокалу. — Зря я так отреагировала. Мясо действительно вкусное.
— Не извиняйся, я все понимаю. Ты приехала из другой страны, отвыкла от мужской заботы. Все нормально. Давай просто забудем и приятно проведем вечер.
Наш вечер заканчивается прекрасно. Из ресторана мы уезжаем гулять по набережной. Держась за руки, неспешно идем вдоль реки и улыбаемся. Вокруг множество влюбленных парочек, смеются, обнимаются, целуются и признаются друг другу в любви. Это заряжает и настраивает на другой ритм. 
Видимо поэтому, когда мы возвращаемся в машину, я совсем не против того, как Динар резко притягивает меня к себе и целует. Настойчиво и напористо. Желания я пока не чувствую, но тепло разливается по телу. Я знаю, что он чувствует иначе. Воздух вокруг нас сгущается, его дыхание становится тяжелым и прерывистым, взгляд — полубезумным.
— Поехали ко мне?
Несмотря на отсутствие желания я не хочу ему отказывать. Не из вежливости, просто… хочу дать себе шанс. Мне просто нужно больше времени. Больше поцелуев, закрытое помещение, возможность расслабиться и знать, что у меня все под контролем. Я должна двигаться дальше. 
— Лучше ко мне, — отвечаю смущенно.
— Как скажешь.
Динар заводит двигатель и уже через минуту мы мчимся по ночной столице ко мне домой. Всю дорогу я прислушиваюсь к себе, ищу сомнения и протесты, но их нет. Я хочу попробовать. В конце концов, я ведь смогу отказать, если пойму, что ничего не чувствую и не хочу продолжать. Если все получится, это будет шаг в другую жизнь.
Припарковав автомобиль у подъезда, Динар помогает мне выйти, берет за руку, переплетая наши пальцы. У самой двери прижимает меня к стене и целует. Страстно и дико. Звук открываемой двери нас отвлекает, улыбающаяся я тут же разворачиваюсь ко входу, чтобы пропустить выходящего и зайти в подъезд, но замираю, сталкиваясь взглядом с Макаром. Это он тот, кто отвлек меня от поцелуя с Динаром, он тот, кого я собиралась пропустить. Он тот, кто за секунду разрушает мое желание продолжать.
  
Глава 7
 
Оля
— Макар…
Мои губы решают пожить отдельной жизнью и бормочут растерянно его имя.
— Здравствуй, Оля.
Он отходит с прохода, смотрит то на меня, то на Динара, который стоит за моей спиной. Опускает взгляд на мою талию, где по-хозяйски лежит чужая рука. Динар и не думает меня отпускать. Обнимает крепко, жмет к себе, чувствует, видимо, что вечер закончился и продолжения не будет.
 
— Вы знакомы? — тихо шепчет мне на ухо.
Я киваю. Единственный едва светящий фонарь над нашими головами освещает недостаточно, поэтому Динар не может рассмотреть Макара. При свете дня он бы сразу понял, что мужчина напротив — отец Тимофея.
— Ты… что… здесь?
— К тебе приходил. Поговорить нужно? Я не вовремя?
Хочу отмахнуться и сказать, что все в порядке, но быстро себя одергиваю.
— Не вовремя, — киваю. — У тебя что-то срочное? Или можем встретиться на наделе?
— Срочное.
У меня ощущение, что я зажата в тиски. Сзади стоит Динар, спереди Макар. Оба ждут моего ответа. Молча буравят друг друга взглядами. Я стою, не зная, что делать. Сказать Макару, что разговор подождет и уйти с Динаром означает дать последнему шанс, а я совершенно не чувствую желание его давать. Оно было, когда мы гуляли, было, когда ехали домой и целовались у подъезда, но сейчас его нет. Улетучилось.
Согласиться поговорить с Макаром сейчас означает остаться с ним наедине: сесть к нему в машину или подняться ко мне в квартиру. Выбор один хуже другого. 
Пока я стою, не определившись с решением и словами — мужчины знакомятся. Динар первым протягивает руку, представляется, Макар отвечает. Они перебрасываются парой фраз, а затем Динар позволяет себе решить за меня.
— Давай завтра, ладно? У нас планы сегодня, сам понимаешь.
Макар кивает, но не уходит. Продолжает стоять. И на меня смотрит. Понимаю, что я должна или кивнуть или…
Я не киваю. Высвобождаюсь из объятий Динара и извиняюще улыбаюсь.
— Я поговорю, ладно? Не думаю, что это займет много времени.
Динару такой расклад явно не нравится. Он поджимает губы, но ничего сказать не решается. 
— Мы увидимся сегодня еще?
— Нет, — мотаю головой и добавляю. — Я потом все объясню, хорошо? Пожалуйста…
Не хочу, чтобы он начал расспрашивать о Тимофее при Макаре. Впрочем, если Измайлов меня все же нашел, значит, может уже знать о сыне.
— Ты уверена? Я могу пойти с тобой.
Сейчас настойчивость Динара меня даже раздражает. Что ему стоит просто согласиться, взять меня за руку и довести до двери квартиры? Я уже решила, что ни за что не сяду в машину к Макару. Она насквозь пропитана знакомыми запахами, а я не хочу предаваться воспоминаниям. И хочу иметь возможность уйти в любой момент.
— Можем подняться ко мне, — говорю Макару, а сама бросаю взгляд на часы. 
Уже начало десятого, мне скоро за Тимофеем. Нужно вызвать такси, доехать и собрать сына, а дом брата расположен довольно далеко. Можно было, конечно, остаться у них, но я не хочу навязываться своим присутствием, когда между нами со Стасом черная кошка пробежала. Он должен понять, что я выросла и он больше не может управлять мной.
Мысли о брате здорово отвлекают. Я не замечаю, как мы втроем поднимаемся по лестнице и останавливаемся у моей двери. Я быстро достаю ключи, проворачиваю их в замочной скважине и открываю дверь, пропуская Макара внутрь. Динар в это время притягивает меня к себе и целует. По-хозяйски, прямо в губы, совсем не стесняясь постороннего. Я отвечаю машинально, мысли путаются.
— Я зайду через пару часов, когда ты вернешься, — выдыхает мне в губы.
Отказать я не успеваю, просто киваю. Динар ждет, пока я зайду в квартиру и закрою дверь.
Я проворачиваю защелку и разворачиваюсь к Макару, соединяя руки за спиной и прижимаясь ими к двери. Дальше идти не хочется. Пусть говорит все здесь и уходит.
— О чем ты хотел поговорить? — спрашиваю. 
Взглядом фокусируюсь на открытой дверце шкафчика за его спиной. Присутствие Макара меня волнует, но не нервирует. То ли время пришло и отболело, то ли я в таком сильном шоке, что мне сложно дать оценку происходящему. 
— О сыне.
Всего одним словом Измайлов выбивает из меня дух. В груди печет, глаза наполняются слезами, а сердце барабанит о грудную клетку от страха.