90-е: Шоу должно продолжаться 4 (СИ)

— Ты спрашивал насчет квартиры, помнишь? — Ева заерзала, поворачиваясь на спину.
— Ну? — кивнул я, не открывая глаз.
— Это актуально еще? — Ева толкнула меня бедром.
— Более чем, — подтвердил я. — Со стороны может показаться, что я проявляю какой-то вялый энтузиазм, но на самом деле я весь внимание. И даже подпрыгиваю от нетерпения.
— Хи-хи, — Ева потерлась своей щекой о мою. Блин, надо бы побриться утром… — Я поговорила с отцом, у него есть вариант. Он просил, чтобы ты утром его дождался. Хочет поговорить.
— А что за вариант? — теперь я уже открыл глаза. О, надо же! Никогда не знаешь, что сработает. Я про квартиру Еве сказал как бы между делом, не особо рассчитывая на какие-то варианты с этой стороны. Просто поделился планами с близким человеком. А тут внезапно…
— Не знаю, — Ева зевнула. — Потерпи до утра, теперь уже недолго. Он сам и расскажет.
Я мысленно усмехнулся. Надо же, сам Лео Махно собирается предложить мне вариант проживания вне родительского гнезда. Порнорежиссер, ага-ага. Что может пойти не так?
Отрубился я как раз посреди этой мысли. Казалось, что просто моргнул, и вот уже Ева тормошит меня за плечо и целует куда-то в район уха.
— Мииилый, уже утро, пора вставать! — промурлыкала она.
— Еще пять минуточек, — просипел я. Нда, а голос-то пока не торопится возвращаться.
— Через пять минуточек уже папа придет, — Ева скользнула рукой под одеяло и пощекотала меня холодными пальцами.
— Мммм… — я попытался поймать ее за руку, но она увернулась.
— Иди умывайся, — сказала она тоном строгой мамочки. — Завтрак уже готов. Тебе кофе сварить или ты чай с утра предпочитаешь?
— Ну ладно, пусть хотя бы будет кофе, — вздохнул я. — Хотя я бы предпочел кое-что другое в качестве утреннего бодрящего…
* * *
Отец Евы пришел, когда мы уже почти доели яичницу, и я обдумывал, не умять ли еще кусок вчерашнего пирога сверху. Он показался в дверях кухни, румяный, жизнерадостный, в запотевших очках. Ну и жилетке, разумеется. Куда же Лео Махно без жилетки?
— О, привет, Вовчик! — он пожал мне руку и сел на свободную табуретку. — Вот вроде на работе позавтракал, но у вас тут так вкусно пахнет, что опять жрать хочу. Евушка, сгоноши мне яишенку тоже.
— Доброе утро, Леонид Карлович, — сказал я. — Ева сказала, что у вас ко мне есть какой-то разговор…
— Ну кто же на голодный желудок серьезные дела обсуждает, — отец Евы жизнерадостно улыбнулся и подмигнул мне за спиной у дочери, которая колдовала над сковородкой.
— Как дела на работе? — спросила Ева.
— Да знаешь… — Леонид Карлович вздохнул, выразив этим одновременно и сожаление, и смех. — Как в том анекдоте про яблоню. Знаешь? Идет мужик по пустыне, пить хочет, страсть! Тут видит — яблоня. А на ней яблоки такие румяненькие, аж скулы сводит. Он бежит к ней изо всех сил, ноги в песке вязнут. Тянет руку к ближайшему, уже почти сорвал… А тут — бух! Бабах! Грохот, молнии, земля дрожит! Потом расступается, и из нее вылезает вот такенная ЖОПА. Хватает яблоко и снова скрывается под землей. Мужик обалдело рот открыл и говорит: «Что это было?» И тут снова грохот, бабах, бумц! Жопа снова вылезает из-под земли и говорит: «Хрум-хрум-хрум… Антоновка!»
Мы с Евой хором рассмеялись. Анекдот я этот знал, конечно, но Леонид Карлович с таким чувством его рассказывал, что стало как-то сразу понятно, как дела у него на работе. Правда, если учесть то, что я про него уже знал, и совместить это со словом «жопа» сразу появлялись всякие неоднозначные нюансы… Но от этого становилось только еще смешнее.
— Вовчик, а что у тебя с голосом? — заботливо полюбопытствовал папа Евы. — Простыл что ли?
— Пап, он вчера рок-концерт вел со сцены, — вместо меня ответила Ева. — Это было совершенно потрясающе, как-нибудь покажу, я записывала на видео… Вот твоя яичница, кстати.
Ева поставила перед отцом тарелку и чашку с чаем. Леонид Карлович взялся за вилку и с аппетитом принялся за еду. Потом замер, не донеся кусок до рта и посмотрел на Еву.
— Евушка, у тебя же экзамен сегодня? — спросил он.
 
— Ага, — кивнул Ева.
— А чего же ты тогда сидишь тут в неглиже, можно сказать? — нахмурился он. — Ты давай собирайся уже, опаздывать нехорошо!
— Пап, да там же… — начала отмазываться Ева.
— Не спорь с отцом! — строго отрезал он. — Иди собирайся, не съем я твоего кавалера!
— Ну ладно, — вздохнула Ева. Встала и ушла в свою комнату.
Леонид Карлович прикрыл дверь на кухню, подался вперед и подмигнул мне.
— Вот ведь женщины! — со смешком сказал он. — Все-то им знать нужно! Как только не приходится выкручиваться, чтобы спокойно по душам можно было потолковать.
— Да у меня как-то от Евы нет секретов, — я пожал плечами.
— У тебя может и нет, — засмеялся он. — Евушка сказала, что ты хочешь от родителей съехать. У меня есть один вариант, но он немного… как бы… С нюансами. Ты вообще как, Вовчик, в деньгах не нуждаешься?
— Да вроде пока не жалуюсь, — я пожал плечами.
Блин, ну серьезно⁈ Он что мне хочет работу предложить?
Затянуть парня своей дочери в порно сниматься?
Да ну, не может быть… Он так-то нормальным дядькой выглядит. Позитивный такой, доброжелательный… Хотя фиг знает, как у этих порнографов мозги повернуты. Может быть, ему даже в голову не придет, что предложить трахать других телок на камеру — это что-то плохое, и кому-то может не понравиться.
— В общем, дело такое… — Леонид Карлович оглянулся на закрытую дверь, как будто хотел убедиться, что она закрыта достаточно плотно. Потом снова посмотрел на меня.
  
Глава 22
 
— Есть квартира, — вполголоса сказал Леонид Карлович. — Хорошая. Трешка. Можно сказать, в центре. На Транспортной. За ней нужен присмотр. Ну, чтобы порядок, там и особо шумных гулянок не устраивать, там все соседи положительные.
Транспортная… Хм, действительно, неплохо. Эта тихая короткая улочка начиналась у театра драмы и заканчивалась на Привокзальной. От дома — минут семь пешком. От завода — чуть дальше, минут десять, если не тормозить. Идеально, можно сказать.
— Так, — кивнул я. — Дальше должно следовать «но».
— Конечно, — усмехнулся Леонид Карлович. — В твоем распоряжении будет одна комната, она, если что, закрывается на ключ. Ну и общие помещения, разумеется. А в остальных двух иногда будут проживать… Жильцы. Не все время, где-то по два-три дня, где-то неделю. Парни, разумеется. Не стану же я Евушку нервировать тем, что поселю тебя в обществе юных прелестниц. Парни будут здоровые и молодые. Легенда такая: на завод иногда требуются временные рабочие, их нанимают из деревень и временно вот так размещают. Это все, что нужно знать Еве. Это понятно?
— А на самом деле? — спросил я.
— А как на самом деле, это я тебе потом обстоятельно и в деталях расскажу, — Леонид Карлович вытянул из кармана носовой платок, снял очки и принялся их протирать. — Платить за жилье тебе не потребуется. Но за жильцами нужно будет приглядывать. Чтобы сверх меры не бухали, а самое главное — не водили к себе баб.
— Так я не то, чтобы домосед, прямо скажем… — я покачал головой.
— Но глаза и уши-то у тебя есть, — усмехнулся Леонид Карлович. — Все требования эти гаврики знают, ничего сверхъестественного в них нет. Если просто по пивку вечером, или, скажем, стопочку-другую под борщ — это нормально. Но чтобы не квасить по-черному. А насчет баб… Не хватало еще, чтобы они от каких-нибудь шалав триппер подцепили… В общем, они не из детсада, пасти их не надо. Но для человека с глазами несложно будет заметить, водят они кого или нет. Не говоря уже про бухич.
— Резонно, — кивнул я.
— О всех жильцах ты будешь знать заранее, расписание составлено на месяц вперед, — продолжил Леонид Карлович. — А в остальное время квартира в твоем полном распоряжении. Гостей водить можно, но гулянки — в разумных пределах. Посидеть в выходной с друзьями и выпить — нормально, а гужбан до небес, чтобы весь Новокиневск потряхивало — нет.