90-е: Шоу должно продолжаться 4 (СИ)
— Коньяк болгарский, — махнул рукой Колямба. — «Слънчев бряг», слышал? Обломилась при случае машина бухлишка, а все склады у меня по самую крышу забиты. А тут свободного места валом, пущай дня три постоит, потом по точкам раскидаю.
Машина болгарского шмурдяка. Три дня. Концерт послезавтра. Мозг услужливо сложил в уме пять сотен фанатов рок-музыки и беззащитные коробки с нежно и притягательно позвякивающим содержимым.
— Эммм… Колямба, — я шагнул к нему и доверительно приобнял делового мужика за плечи. — Послезавтра здесь концерт. Ты уверен, что хочешь оставлять такой ценный товар в компании много и изобретательно пьющей публики?
— Ой, да брось, Вован! — скривился Колямба. — На концерте все будут на сцену смотреть, кто будет по темным углам шарить? Я скажу мужикам, чтобы дерюжкой прикрыли, в машине валяется какая-то. И нормально все будет!
— Плохая идея, — я покачал головой. — Надеюсь, ты не думаешь, что я буду стоять рядом и охранять, нет?
— Вован, отстань! — снова отмахнулся Колямба. — Без сопливых скользко! Головняков сейчас и так выше крыши! Что⁈ Что ты опять рожи корчишь?
Колямба смешно раскинул руки и уставился на меня, оттопырив губу. Прямо-таки аллегорическая картина наяву. Только я не придумал, что олицетворяет. Но если его в этой позе и с этим выражением лица сфотать, то запросто можно мемы из этой фотки лепить пачками.
— Колямба, давай на минуточку, только на минуточку представим, — вкрадчивым голосом начал я, — что патлатые фанаты рок-музыки все-таки заглянули под дерюжку. И обнаружили там бухло, на которое у них всегда не хватает денег…
— Так, все! — Колямба сжал кулак и стукнул им в грязно-серую бетонную стену. Несколько секунд в его глазах мелькали цифры, в мозгу явно работал калькулятор. — Нету у меня места на складах, не-ту! Понятно тебе?
— Ну хозяин — барин! — я развел руками. — Если что, я тебя предупреждал.
— Не твоя проблема, понял? — Колямба посмотрел на меня исподлобья. — Ты занимался своими этими фиглярами на сцене, вот и занимайся. А в серьезные дела не лезь!
Я сговорчиво кивнул. Правда думать об этом не перестал. И меня не столько сейчас волновали материальные потери Колямбы, хрен с ним, этот жук точно найдет, где еще заработать, что ему этот болгарский шмурдяк? А вот толпа в жопу бухих рок-фанатов на концерте — это уже было моей проблемой. Ясно, что патлатая публика и так трезвой не будет, с собой приволокут и пивас, и водку, и травку, скорее всего. Но их их невеликие финансовые возможности дополнить горой халявного бухла…
Ладно, подумаю об этом завтра. На самом деле, у меня к Колямбе был еще один вопрос.
— Слушай, вот еще что, — деловым тоном сказал я. — Ты говорил, что электрик у тебя есть. Тут бы проводку подшаманить…
— Да-да, завтра сделаю, — быстро покивал Колямба и устремился к выходу, будто что-то вспомнив.
«Ко всему нужно относиться философски», — подумал я. До сегодняшнего визита Колямбы я думал, что с этим концертом только одна техническая проблема — проводка. Я в электричестве не понимал ни черта. Но ясно было, что чахлые провода овощехранилища могут не выдержать нагрузки полномасштабного концерта. Мы уже тестировали звук на полную мощность, система вроде выдержала. Но концерт — это ведь другое дело. Там этому всему придется на полной мощности работать продолжительное время. Что-нибудь расплавится, что-нибудь крякнет… Хорошо, что гореть тут теперь может не так уж и много всякого… Хотя. Лавки, сцена из паллет, колонки всякие. И выход всего один.
Ну да, правила техники безопасности придумали трусы и душнилы.
Я усмехнулся. Как там я же сам говорил? Играю теми картами, которые мне сдала судьба? Ну что ж, значит, в ближайшем будущем меня ждет масса шансов прокачать навыки езды на горящем велосипеде.
* * *В качалку я пришел в глубокой задумчивости. В душе моей, как говорится, боролись два волка. Один нашептывал мне благостное «Да забей! Пусть все идет самоходом, проблемы будешь решать по мере их поступления!» А второму волку такая перспектива не нравилась. «Ты же взрослый мужик, — шептал он в другое ухо. — Ты стопудово знаешь, что будет жопа! Ну так пошевели пятой точкой, придумай какой-нибудь соломки подстелить! Нафига тебе лишние проблемы?»
— Ты чего такой смурной? — Боба ткнул меня кулаком в плечо. — Проблемы какие? Может кому в дычу надо надавать? Так ты скажи! Мы это живо сообразим, со всем нашим удовольствием, так сказать!
— В дычу, говоришь? — я встал со скамьи и положил гантели обратно в стойку. Нет, в способности Бобы кому бы то ни было накостылять, я не сомневался. Но никогда не задумывался об этом всерьез. Так, дежурный треп в тренажерке, бандитистые обитатели которой давно относились ко мне как к домашнему питомцу. Незло подтрунивали над волосатостью, заговорщически обещали подогнать симпатичную телочку, чтобы я с девственностью своей расстался. Ну а шутки над дрищеватостью уже закончились. Поднабрал немного массы все-таки, доказал серьезность своих намерений.
— Так чо, правда что ли тебя кто обидел? — набычился Боба.
— Да не, Боба, ты же знаешь, на меня где сел — там и вокзал, — усмехнулся я. Но тут мне в голову пришла светлая идея. Такая себе, на самом деле, конечно. Но тот волк в моей голове, который требовал подстелить под мягкое место соломки, требовал хоть каких-то активных действий. — А хочешь на рок-концерт?
— О! — маленькие глазки Бобы радостно заблестели. — В клубе опять какой-то движ?
— Неа, не в клубе, — я покачал головой. — Короче, давай я начистоту все вывалю, а ты думай, лады?
Я рассказал ему про Колямбу и ящики болгарского коньяка. В красках передав наш с ним диалог. Под конец Боба всхохотнул, потом сел на лавку и нахохлился.
— Дурак этот твой Колямба, точняк! — резюмировал он. — Выжрут его бухлишко, это как два пальца об асфальт… А ты-то чего впрягаешься? Твои что ли бабки?
— Боба, ну что ты как школьник? — я пожал плечами. — Концерт-то мой. А с машины этой бормотухи зрители в такую какаху ужрутся, что этих овощей в том же овощехранилище еще пару дней хранить придется…
— В натуре, — покивал Боба. — Ладно, не ссы! Братана с собой еще одного возьму. И волыны прихватим.
— Эй, Боба, давай как-нибудь без вот этого, ага? — черт, кажется я себе только что еще одну проблему на голову придумал.
— Да не ссы, говорю же! — Боба сверкнул золотым зубом и сжал мое плечо. — О, смотри-ка, а бицуху-то ты в натуре уже отрастил! А пришел-то дрищ дрищом, а!
— Стараюсь, ага, — хмыкнул я.
— Короче, я тебя услышал, — серьезно сказал Боба. — Мы с братаном, если что, каких-нибудь особо борзых от бухлишка отгоним. Но если там гуртом все попрут, то… В общем, понял ты меня?
— Вы в людей, главное, не стреляйте, — криво усмехнулся я. — А то трупы там поблизости прятать особо негде.
— О, а этот хрен квадратный там тоже будет? — вдруг вспомнил Боба. — С патлами такими во все стороны? Борзый такой еще, ну, в рок-клубе мы тогда порамсили еще…
— Ян? — усмехнулся я. — Вряд ли, мы как-то не очень дружим.
— Вот ему бы я колено прострелил бы… — мечтательно оскалился Боба. — Да ладно, не напрягайся. Все будет нормуль, я отвечаю!
* * *Первое, что я услышал, когда открыл дверь своей квартиры, это громогласный хохот Грохотова-старшего. Судя по звяканью вилок о тарелки, все сидели в гостиной и ужинали. Ну да, точно. Теперь же мы на кухню все вместе не помещаемся, а без компании Грохотовы есть отказываются, так что теперь у нас «атмосфера праздничного застолья» каждый вечер. А потом еще Грохотов смотрит телек до упора. И пофиг этому жирному свину, что сидит он на моем спальном месте. Поступить что ли как настоящий подросток и быстро сдриснуть ночевать к Бельфегору? Мы же давние друзья, с мамой его в отличных отношениях…
Поймав себя на этой идее, я прописал себе мысленного леща. Вот еще, нахрен! Сфига ли я буду как школьник сбегать из собственного дома? Ну и подумаешь, Грохотовы…