90-е: Шоу должно продолжаться 4 (СИ)
Программу смотрели в полном молчании, не отрывая глаз от экрана. А я смотрел все больше на реакцию ребят. Надя смотрела большими глазами. С неожиданным и совершенно непонятным восторгом. Пальцы ее нервно сжимали руку Астарота. Мысленно примеряет голубой экран к своей симпатичной мордашке?
Бельфегор улыбался до ушей и мял в руках несчастную газету с так пока и не прочитанной статьей.
Кирилл замер и как будто боялся пошевелиться.
Лицо Бегемота менялось, а когда он сам появился на экране в качестве героя, вообще уткнулся в ладони и что-то прошептал. Кажется, даже не очень центзурное.
Макс нервничал все больше. Он то и дело оглядывался в сторону двери, вцепляясь руками в подлокотники кресла.
Астарот сидел с непроницаемым видом, изображая покер-фейс.
На самом деле, было неплохо.
Заметны были и огрехи операторской работы, все-таки ребята новички, это было заметно. И монтажные склейки вызывали вопросики. Но ТВ «Кинева» была вся сделана в таком же примерно духе, так что не сказать, чтобы это как-то особенно резало глаз. Просто я привык к совсем другому зрелищу на экране. А у этого вот любительского уровня явно был какой-то шарм. Живое все было такое. Не выхолощенное идеально-отточенными приемами телевидения двадцать первого века.
Невидимый в кадре Стас задавал вопросы, ребята на них отвечали. То стоя по колено в снегу, то сидя на полу темной избы, то в коридоре театра. И все это вызывало такой ворох прикольных воспоминаний, о том, как мы все это снимали, и какие приключения тогда переживали, что улыбка сама собой наползала на губы.
Нормально сделали.
Хороших пацанов порекомендовал нам порно-оператор Костя. Надеюсь, Стасу поставят зачет за эту работу. Ну и надо продолжать с ним сотрудничать и дальше, пусть растет и развивается. Такая дружба — штука полезная со всех сторон.
Наконец зазвучала музыка, и понеслись первые кадры клипа, который я уже видел, и даже не один раз. Пересмотрел его многократно, выискивая косяки. Потом вспомнил всякие другие клипы монстров старого русского рока, нарезанные из прогулки в парке или по питерским подворотням и махнул рукой.
И тут раздался звонок в дверь.
* * *Макс так дернулся, что стало понятно, что именно этого он и ждал. И этого же боялся. И, возможно, именно поэтому он вообще нас к себе сегодня позвал, воспользовавшись удачно подвернувшимся поводом посмотреть всем вместе клип.
— Я открою, — буркнул он и вскочил. Но никто не обратил на это особого внимания, «ангелочки» были поглощены зрелищем на экране. И, кажется, у каждого в голове сейчас медленно шевелилась мысль о том, что на них прямо сейчас смотрит несколько тысяч пар глаз. И слушает их песню.
Я тихонько встал и подошел к двери так, чтобы из прихожей меня не было видно.
— Прости, я не один, — тихо сказал Макс кому-то.
— Мы же договаривались! — женский голос. Даже скорее девичий.
— Ну, так получилось, — начал оправдываться Макс. — Давай в следующий раз, а?
— Кто там у тебя⁈ — требовательно спросила девушка.
— Просто знакомые, — ответил Макс.
— А ну-ка пусти меня, я хочу посмотреть, что там за знакомые! — раздались звуки возни, видимо гостья оказалась очень настойчивой. — Пусти, я сказала!
— Ширли, подожди! — воскликнул Макс, но шаги уже грохотали по прихожей. Я шагнул в сторону и облокотился на стену. Типа, вообще ни разу не подслушивал.
Девушка в распахнутой кроличьей шубке и вязаной красной шапочке остановилась в дверях и презрительным взглядом окинула всех собравшихся. Которые ее даже не заметили, кажется.
— Почему-то я не удивлена, — презрительно бросила девушка, окатив меня ледяным взглядом. Потом развернула «главный калибр» обратно к Максу. — А что же ты не «Секс-агрессора» то собрался уходить? Еще-то хуже никого найти не мог, чем эти…
— Пойдем на кухне поговорим, — пробормотал Макс, схватил девушку за руку и утащил. Меня он не заметил.
Я посмотрел еще раз на своих «ангелочков». Кажется, они не оторвались бы от телека, даже если рядом начать из пушки стрелять.
Так что я аккуратно, на цыпочках, вышел из гостиной и подошел к плотно закрытой двери кухни.
— … Вообще оказывается предатель! — зло говорила девушка. Ширли, точно. Та самая муза «Пинкертонов», девушка их солиста Николауса, которую Макс по пьяной лавочке трахнул, и начал из-за этого настолько активно переживать, что даже принял решение, что ему нужно сбежать в другую группу. Но личность он сомневающаяся, так что зашел как-то очень издалека.
— Ничего я не предатель, — пробубнил Макс. — Ник сам сказал, что я могу катиться на все четыре стороны, никто меня не держит.
— Мало ли, что сказал Ник! — взвизгнула Ширли. — Да ты вообще ему ноги целовать должен, за то, что он тебя согласился в группу взять! Он мог бы найти и нормального басиста, не то, что ты!
— Ширли… — пробормотал Макс. — Я нормальный басист!
— Да ладно! — зло выплюнула девушка. — Он тебя вообще взял в группу только из-за твоей мамочки, понял⁈
— Что⁈ — ахнул Макс.
— Сюрприиииз! Да? — на кухне что-то с громким звоном разбилось. — Ты никакой, понял? И басист никакой, и любовник никакой! Но если ты не идиот, то сейчас выгонишь этих бомжей и позвонишь Нику. И будешь перед ним пресмыкаться, как уж на сковородке! Чтобы он тебя простил, ясно⁈
— Ты ему сказала?.. — ошарашенно пробормотал Макс.
— Ты дурак что ли⁈ — вызверилась Ширли. — Пресмыкаться ты будешь за то, что вообще посмел этих сатанистов сраных к себе в гости притащить. Да блин, Ник когда узнал, с кем ты связался, он чуть стену кулаком не проломил.
— Никакие они не сатанисты, — уже тверже ответил Макс.
— Ой, смотрите, у кого голос прорезался! — Ширли издевательски захохотала. — А я говорю, что ты сделаешь сейчас то, что я скажу. Потому что иначе…
— Иначе? — прошептал Макс.
— Иначе я все расскажу Нику, — с победными интонациями выпалила Ширли. — Как я уснула, пьяная, а ты взялся мне свой вялый хрен в разные места засовываеть. Как думаешь, в какое месиво он тогда твое личико измолотит, а?
— Велиал! — раздался из гостиной громкий голос Бельфегора. И сразу же раздался его торопливый топот. — Велиал, ты где? Ты пропустил Жана! Он рассказал там про наш будущий концерт и свой журнал!..
Он вывернул из-за угла коридора, проскользил на носках по паркету и со всего маху врезался в дверь кухни. Та распахнулась.
Ширли и Макс стояли друг напротив друга. А между ними на полу — разбитое стеклянное блюдо.
— Что тут такое происходит? — все с тем же радостным выражением лица спросил Бельфегор. Следом за ним на кухню влетели остальные «ангелочки».
— Вот сейчас и узнаем, — проговорил я. — Да, Макс?
Глава 7
Макс пробурчал что-то неразборчивое и отвернулся к окну. Шарли стояла посреди кухни, раскрасневшаяся и злая. Ноздри раздувались, в глазах — прямо-таки адское пламя. Ух, какие страсти, оказывается у них там кипят!
— О, привет Ширли! — выпалил Бельфегор, растянув губы в улыбке. Девушка презрительно поджала губы и наморщила нос.
— Вас тут только не хватало… — бросила она.
— А мне кажется, что мы как раз вовремя, — я пожал плечами.
— Макс, мы не договорили! — Ширли шагнула к Максу, схватила его за плечо и развернула к себе. Макс отшатнулся и выпрямился.
— А мне кажется, ты уже все сказала, — тихо проговорил он.
— Что ты там мямлишь опять? — выпалила девушка. Бывают такие, которых гнев делает только красивее. Только Ширли была явно не из их числа. Лицо перекошено и покраснело какими-то пятнами. Ко лбу прилипли мокрые пряди волос, как будто она только что кросс бегала. «Похожа на порося…» — подумал я и фыркнул.
— Тебе что-то показалось смешным, да? — взгляд девушки переместился на меня.
— Да так, неожиданно просто, что хваленым «Пинкертонам» приходится басиста шантажом удерживать, — сказал я.
— Я не с вами разговариваю, — отрезала Ширли. — Идите отсюда, вас никто не звал!