Переполох в Академии Граней. Это кто ещё попал! (СИ)

– Что ты имеешь в виду? – не отрывая взгляда от лица бывшей подруги, спрашиваю я.
А сама тем временем пытаюсь хоть как‑то раскачать Марго. Она же универсал, тренированный именно по её специализации. Это я училась только заклинаниям поддержки и заклятия из других профессий вылетают из меня чисто на адреналине. 
Но Марго, похоже, пребывает в глубоком ступоре от вида самого настоящего подселенца. 
– Готова была отдать подругу в руки тварей Загранья, лишь бы добраться до вожделенной добычи в виде брака с аристократом, – зловеще улыбаясь, лже‑Кери подходит ещё ближе и снова присаживается. 
Склонив голову, наблюдает за тем, как я пытаюсь не скатиться ниже. Туда, где прорыв разрастается всё больше и больше.
– Р‑и‑и‑ик! – в отчаянии кричу я, окончательно поняв, что у меня ничего не получается.
– Нет‑нет, нам зрители пока не нужны, – тварь передо мной щёлкает пальцами, и нас накрывает еле заметный купол.
Звуки боя тут же глохнут и доносятся будто бы издалека.
– Фло! – обращаюсь к последней моей надежде.
– Ой, а её отсекло, – заходится в смехе лже‑Кери. – Через этот купол ни одной живой душе не пройти.
Я в панике кручу головой, пытаясь хоть что‑то придумать. И вдруг вижу, как Марго начинает приподниматься. Её, словно на тросе, тянет по склону наверх. Миллиметр за миллиметром. Пытаюсь встретиться с Марго взглядом, но девушка смотрит строго вниз, и лишь едва заметные шевеления пальцев, от которых исходят желтоватое свечение, говорит о том, что самопроизвольное поднятие – её рук дело.
А блонди‑то у нас, оказывается, не трусиха. Быстро сориентировалась в боевой обстановке.
– Что ты имела в виду, когда говорила, что Кери хотела отдать меня тварям? – вскинув голову, спрашиваю я.
Надо отвлекать внимание твари, пока это возможно.
– Загранье меня забери, – насмешливо выдыхает бывшая аристократка. – До тебя до сих пор не дошло? Она и есть эта твоя Фи. Знала бы ты, как её бесило это сокращение прекрасной Фликерии. Но девочка терпела. А знаешь, какой был план?
– Какой? – в этот раз мне действительно интересно.
– Она знала о твоей ненависти к сестре и надеялась, что после ритуала подселенец сведёт тебя с ума. И ты убьёшь сестричку. Правда, гениально? – по насмешливому карканью твари непонятно, она реально гордится безумной идеей или насмехается над наивностью той, чьё тело сейчас занимает.
– А причём тут моя сводная сестра? 
Смешки тут же обрываются, а лже‑Кери смотрит на меня широко раскрытыми глазами.
– Погоди, ты что, правда, не помнишь? – она заходится в очередном приступе смеха. – Вот умора! Это получается, твой драгоценный Рик не настолько тебе доверяет? Или вовсе за игрушку считает?
– Что?! – ошарашенно выдыхаю я, теряя нить разговора.
Что несёт эта сумасшедшая?!
– Да какая уже разница, – бывшая аристократка внезапно успокаивается и меня клинит от её полярных состояний. – Сжалюсь над тобой. Зачем тебе умирать с разбитым сердцем, правда?
С этими слова она достаёт из сумки замотанные в тряпку осколки порткама. Того самого! Который мы якобы разбили, выбираясь из стоков!
– Что ты делаешь? – чувствую, как кровь отливает от лица, когда в её руках порткам вспыхивает ярким фиолетовым свечением.
– Заканчиваю дело, – лаконично отвечает та.
Но не успевает сбросить осколки вниз, в разрастающийся прорыв, как купол над нами с тонким звоном раскалывается. В ногу твари вцепляется чёрно‑фиолетовая лиса, в которой я узнаю ту самую тёмную версию моей Фло.
– Ах ты сука! – взвизгивает она, пытаясь сбросить Флоренс. – Ты же должна быть за нас!
Её слова вызывают во мне ещё больший шок. Моя Фло? С тварями Загранья?! 
Я в таком аффекте, что перестаю вообще что‑либо делать. Просто наблюдаю за тем, как наверху сцепились две потусторонние сущности. Одна из которых условно была моей подругой, а вторая умудрилась стать моим вторым "Я".
Они рвут друг друга острыми когтями и зубами. И в какой‑то момент и вовсе сливаются в сгусток клубящейся тьмы.
– Прыгай! – сквозь вату в ушах я слышу команду Марго, которая уже подползла к самому краю трещины и теперь тянула мне руку.
 
Но я теряюсь в этой реальности. Потрясений слишком много, они никак не хотят укладываться на полочках моего сознания. Каждое из них засеивает в моей душе поле сомнений и тревог.
Что не так с Риком? Что с сестрой? Флоренс – предательница?!
Эти мысли разрывными пулями вспыхивают в голове, мешая сосредоточиться на том, что происходит здесь и сейчас. И я теряю время.
Марго одним движением перемахивает через край и оказывается наверху. Запускает огненный шар по Кери, сбивая её в пропасть. Вместе с бывшей аристократкой туда же летит и Флоренс. И если первая падает, отчаянно пытаясь зацепиться за стены, хватает воздух руками, то лиса не предпринимает абсолютно ничего.
Я пытаюсь поймать рыжулю, которая сейчас скорее чернуля. Но та пролетает мимо. И последнее, что я вижу – вину в её глазах, на миг ставшими обычными. Сердце болезненно сжимается, когда моя лисичка исчезает в фиолетовом сиянии прорыва. 
– Как так? – сдавленно спрашиваю я саму себя, а слёзы застилают глаза. – Как?!
Перед внутренним взором пролетают наши общие с Флоренс воспоминания. Что делает ещё больнее. У меня у самой внутри разлом, такой же, как тот, что вот‑вот поглотит меня. Только в моём кипит обжигающее чувство потери и горечь предательства.
Моя милая Фло, эта язвительная, но при этом самоотверженная бестия, оказалась тварью Загранья? 
Пропасть заполняют зелёные отблески. Мои руки охватывает изумрудное пламя Гитриса. Оно набирает силу вместе с разрастающейся болью в душе. И я не понимаю, от чего эта боль сильнее – от потери моей рыжей малышки или от того, что она оказалась предательницей. 
Я невидяще смотрю на поверхность прорыва, который внезапно начинает вспучиваться, покрывается чёрными молниями и взрывается фиолетовым снопом света. На секунду над поверхностью разлома появляется то, что совсем недавно было Кери. Ненавидящий взгляд темно‑сиреневых глаз находит меня, и она злобно шипит:
– Тебе все равно не победить! Ибо нас легион!
Прорыв затягивает тварь внутрь, оставляя меня с бешено стучащим сердцем. Эта ее последняя фраза слишком похожа на ту, что я слышала в моем мире. Это какое‑то жуткое совпадение.
– Дэль! Вылезай! Это новый Нулевой Пробой! Скоро здесь всё будет кишеть тварями! – сверху кричит Марго.
Я вскидываю голову и вижу, как та, что несколько минут ранее была мне врагом, пытается спасти меня. Тянет руку, ругаясь и причитая одновременно. Но я лишь машу головой, показывая, чтобы Адерис бежала.
А сама концентрируюсь на том раздрае, что царит в моей душе. Раскручиваю его, отчего боль в сердце становится невыносимой. И в какой‑то момент пламя Гитриса охватывает меня полностью, раскатывается волной вокруг. Накрывает расщелину от края до края, сталкиваясь с силой пробоя. 
Я слепну от яркости этого противостояния, но уже на грани потери сознания с удовлетворением отмечаю, что выигрываю. Пламя гасит прорыв, волной смывая эту трещину меж Гранями. Запечатывая проход для любых тварей – будь то подселенцы или пиримы.
Надеюсь, что навсегда.
Эпилог
Центральная площадь заполнена студентами и преподавателями. Но вокруг стоит полнейшая тишина. Мне кажется, они даже дышат через раз.
А все потому, что в самом центре стоим мы: две дошедшие до конца и чудом выжившие Звезды. Потрепанные, избитые, опустошенные магически. Но стоим. И смело глядим в лицо замершей напротив Радики. Хочется высказать ей всё – о нелепости этого отбора, о пренебрежении жизнью студентов. О том, что мы не игрушки и с нами тоже надо считаться.
Рик крепко сжимает меня в объятиях, будто боится, что я взорвусь. За четыре часа прошедшие с момента окончания отбора, мы с ним так и не поговорили. Сначала нас развели по комнатам, потом массово проверили на подселенцев. И только после этого учинили допрос каждому персонально.