Переполох в Академии Граней. Это кто ещё попал! (СИ)

На пол с грохотом летят методички и учебники, тумбочка скрипит по полу, когда я её отодвигаю.
Я перерываю все полки в шкафу и комоде, заглядываю под кровать, и с каждым новым исследованным местом мои надежды найти дневник тают. Обратно пропорционально нарастанию паники в душе.
– Он пропал, – констатирую я, устало оседая на пол у кровати.
В этот момент в книжном шкафу не выдерживают две полки и с громким треском падают вниз.
Я невидяще смотрю на разгром, что смогла учинить за какие‑то десять минут. В этот момент дверь резким рывком открывается, и в спальню залетают Дейрик и Хуч. Здоровяк сжимает призрачную секиру, а Рик удерживает в руках огненную разновидность атакующих чар. Из‑за их спин выглядывают сонные физиономии Арчи и Клиффа. Уверена, Кери тоже там.
– Что здесь произошло? – спрашивает Рик, оглядывая последствия моих изысканий.
Он отзывает чары и кивает Хучу, который взмахом руки отправляет фантомный топор в небытие.
– Дневник пропал, – устало отвечаю я.
У меня больше нет сил оправдывать себя. Дура, как есть дура.
– Так в админке возьми новый, – не понимает причин моей трагедии Хуч. 
– Видимо, Дэль имеет в виду не академический дневник, – поясняет за меня Рик, подходя и присаживаясь на корточки передо мной. – Личный?
Я молча киваю, избегая его взгляда. Но то, что он вновь смотрит на меня с теплом и поддержкой, хоть немного, но возвращает мне спокойствие.
– Там что‑то важное было? 
– Конечно, – снова киваю я. – Там была я прежняя. Надеялась, что записи память вернут. Или свет на ритуал прольют. А теперь ни дневника, ни Фи.
– А причём тут Феарина? – хмурится Рик.
Я оглядываюсь на остальных. Ребята уже успели просочиться в спальню. Кери даже принимается деловито собирать разбросанные мной вещи, между делом пряча от взгляда парней моё нижнее бельё. Вот же маньячка до порядка! Но сейчас я ей очень благодарна.
– Феарина весь этот месяц меня избегала, – отвечаю я и вновь смотрю на Верндари. – И теперь, с учётом пропажи дневника, я больше, чем уверена, что именно она надоумила Дэль, – под блеснувшим взглядом Рика я поправляюсь, – меня на проведение ритуала.
На несколько мгновений в комнате повисает тишина. Даже Кери замирает и оглядывается на нас, будто ждёт продолжения рассказа.
Но говорить начинаю не я.
– Ну, конечно! – бьёт себя по лбу Клифф. – Это всё объясняет!
– Что объясняет? – чуя какой‑то подвох, переспрашивает Хуч.
– Всё! – переглядываясь с Риком, довольно улыбается умник.
А я закатываю глаза. Даже в такой напряжённой ситуации они находят время подраконить бедного Хуча.
– Клифф, я тебе твой мозг когда‑нибудь ударом обнулю, чтобы ты не умничал, – обижается здоровяк. – Или вон, Дэль попрошу, пускай она тебя своей поддерживающей магией ушатает!
– Да погоди! – быстро тараторит наш аналитик, в притворном ужасе посматривая на меня. – Нам мои способности ещё пригодятся! Слушайте, все кусочки загадки складываются просто изумительно! Феарина и есть подселенец! Причём очень давнишний. Она же тебя с первого курса наблюдает, верно? – Клифф дожидается моего утвердительного кивка и продолжает: – Вот. Точно всё сходится. Феарина втирается в доверие к Дэль, чья семья знаменита исследованиями в области портальных камней. Обрабатывает её, рассказывает о том, что инициацию можно вызвать искусственно. И вуаля, мощный порткам в руках твари Загранья, которая через ритуал провоцирует открытие массовых прорывов!
– Хочешь сказать, что изначальной целью Фи и было нападение на Академию? – в сомнении хмурится Рик. – Но как тогда её на работу приняли? У нас же обязательно тестируют на подселенцев.
– Да это как раз‑таки легко объяснить. Фи могла подхватить паразита в любой экспедиции от Академии. 
– И теперь, когда риск её раскрытия стал слишком высок, она свалила в небытие, прихватит дневник Дэль? – уточняет и без того очевидный ответ Хуч.
– Именно! 
Радость Клиффа такая по‑детски искренняя, будто он раунд в настольной игре выиграл, а не жуткий заговор раскрыл.
– Это очень стройная версия, – проговаривает Рик, прикрывая рот ладонью и задумчиво глядя на нас. – Завтра я сообщу наши выводы дэру Нэметору. Пускай объявляют Фи в розыск. А мы пока всё же спустимся в стоки и попытаемся найти этот порткам. Если он всё ещё работает, Академия по‑прежнему в опасности.
 
В спальне повисает тишина. Даже лучезарная улыбка Клиффа тускнеет, когда он наконец‑то осознаёт всю степень угрозы. В этой тишине Кери заканчивает собирать в стопки вещи и присаживается на перевёрнутую тумбу. Взгляды ребят скрещиваются на мне и Рике. Они ждут, что ещё скажет Верндари.
– Идём отдыхать, – наконец, отдаёт он команду, поднимаясь и резко, устало, выдыхая.
Подаёт руку и мне, помогая подняться. Но отходить не спешит.
– Ага‑ага, – подмигивает ему Хуч и обхватывает Арчи с Клиффом за плечи, тащит на выход. – Вот чем мне нравится присутствие Дэль в нашей команде, так это тем, что жизнь в Академии перестала быть скучной.
– Ты хотел сказать – стала чертовски опасной? – хмыкает вслед Кери и тоже выходит.
Я остаюсь наедине с Риком. И даже если он собирается снова пытать меня хитровыдуманными вопросами, это странным образом не беспокоит. Устала я волноваться.
– Дэль, – Рик притягивает меня к себе и, подняв лицо за подбордок, смотрит мне в глаза. – Не переживай ты за этот дневник. Я уверен, там нет тех воспоминаний, которые стоит искать.
– А какие стоит? – тихо спрашиваю я, заворожённая тем, что происходит между нами.
У него в глазах столько мягкости и заботы, что я не в силах удерживать оборону. Спроси он меня сейчас о чём угодно, и я отвечу правду. Потому что раздавлена. Я всегда остро переживаю свои поражения, а сейчас – тем более. 
– Новые, – Рик в невесомой ласке проводит пальцами вдоль моей скулы. – Оставим прошлое в прошлом. 
– Почему для тебя это важно? – даже сквозь розовую ваниль, что растекается во мне, я умудряюсь сохранить критичность мышления.
– Потому что ты важна для меня.
Дейрик смотрит открыто и в его взгляде нет лукавства. И мне так хочется поверить ему, довериться. Останавливает меня лишь мысль о том, что Верндари влюблён в Дэль, а не в меня.
– Может быть, потому, что там скрывается нечто, за что ты меня никогда не простишь? – продолжает Рик, гипнотизируя меня взглядом.
Глаза у него и впрямь какие‑то мистические. Прозрачные, с опаловыми всполохами, они заставляют полностью в них раствориться. Я и сама не замечаю, как наши лица сближаются, как его дыхание касается моих губ. 
Я почти готова сделать это, позволить себе увлечься и забыться. Лишь на мгновение перестать всего бояться, отдать контроль чувствам и эмоциям. Но мне нет места в этом мире. Я чужая и Дейрик первым будет обязан либо устранить меня, либо сдать Клинкам. Эта мысль отрезвляет лучше ментальных пощёчин.
– Тогда что это изменит? – я с трудом отстраняюсь от Рика, замечая разочарование, что мелькнуло в его глазах. – С воспоминаниями или без, твой поступок всё равно останется… ужасным?
Я чувствую, этот ответ важен и для меня, и для бедняжки Дэль. Иначе зачем ей было с корнем выдирать из своей жизни Рика, а потом и в другой мир сбегать?
– Я не успел решить проблему, – Дейрик мягко, как‑то извиняющееся улыбается.
Но я ничего не понимаю из его слов. Это касается сделки? Её условий? 
– Поцелуй решает любые проблемы, – недовольное бурчание Фло вконец разрушает ту доверительную связь, что установилась между мной и Риком.
А ещё не даёт мне задать наводящий вопрос. Рик с наигранным смехом делает шаг назад и глядит на лису. 
– Хуч бы с тобой поспорил, – отступая ещё больше, смеётся Дейрик. – В его версии все проблемы решает драка.
– Я за любовь, а не войну, – поджимает нижнюю челюсть Фло. – Целуйтесь.
– Так мы вроде бы и не ссорились? – останавливаю я этот балаган. – Зачем целоваться?
– Для наведения дружественных связей, – продолжает настаивать Фло.