Переполох в Академии Граней. Это кто ещё попал! (СИ)
И когда это всё‑таки происходит, вместе с прерывистым вздохом ко мне возвращается чувство реальности. Как и ощущение одной нагловатой руки, что забралась под блузку и, вычерчивая круги, подбирается к бюстгальтеру.
Это отрезвляет. Да настолько, что тело, подчиняясь давно выработанному рефлексу, вскидывает колено и ударяет командира в пах.
С громким воплем тот отлетает от меня. Сжимается, закрывая руками самое святое, и поднимает глаза на меня. Но вместо гнева в его взгляде я вижу смесь боли и… удовлетворения? Извращенец, что ли?
– А нет, всё в порядке, – сдавленно выдыхает Рик, и мученическая гримаса всё‑таки искажает его лицо.
– Что в порядке?! – слегка опешив, но всё равно с негодованием переспрашиваю я.
Запахиваю блузку на груди и вообще пытаюсь привести себя в порядок. Чувствую себя всклокоченной кошкой, чудом вырвавшейся из лап блудливого кошака.
– Прежняя Дэль тоже бы мне врезала, – с трудом распрямляясь и подходя к кровати, отвечает Рик. – Вот я и решил проверить, какая реакция будет в этот раз.
Он садится на постель и с лёгким смехом потирает лицо.
– Идиотский способ! – бурчу я и возвращаюсь к перебору вещей.
Во внутреннем зеркале шкафа отражается рыжеволосая девушка с горящими глазами и покрасневшими губами. Я невольно прикасаюсь к ним, будто пытаясь поймать тот момент, когда Рик поцеловал меня.
И тут же одёргиваю руку, злясь и ругая себя. Дурочка! Проверку он устроил, а ты уже и растеклась!
– Способ рабочий. Согласись, слишком много подозрений гуляет вокруг тебя. И слишком удобная амнезия с тобой произошла, – возражает Дейрик и, судя по его довольному виду, он уже полностью пришёл в себя.
– И что же тогда тебя тормозит? – плюнув на стеснение, стягиваю с себя блузку и надеваю форменную толстовку. Но когда дело доходит до юбки, всё же прошу: – Отвернись.
– Интегра заверила нас, что подселения не было. А слову куратора я верю на сто процентов, – послушно разворачиваясь ко мне спиной, поясняет Рик.
– И зачем тогда эти лишние проверки?
Стягиваю юбку и быстро‑быстро меняю её на мягкие брюки с эмблемой Академии на боковом кармане.
– Ты так забавно на них реагируешь!
– Смотри, чтобы моя забавная реакция не оставила твой род без потомков. Я слышала, удары в эту область не способствуют размножению! – мне хочется плеваться ядом, а потому я разворачиваюсь и оказываюсь лицом к лицу с отражением Рика.
Я совсем забыла, что напротив шкафа стоит ещё одно зеркало, и даже отвернувшись, Дейрик наблюдал за мной! А его хитрющая физиономия подсказывает, что увиденное ему очень понравилось.
От неминуемой расправы наглеца спасает появившаяся на пороге Феарина. В руках она несёт не стандартную планшетку, а полноценную книгу. Очень толстую и, судя по внешнему виду, древнюю.
– Вот, – она кладёт её на небольшой круглый стол у входа. – Я говорила тебе, что до добра интерес к этой теме не доведёт, но ты же никогда никого не слушаешь.
Лекарь отступает на шаг, давая мне и Рику возможность рассмотреть реликвию. Я с некоторой опаской вглядываюсь в полустёртую надпись на ветхой обложке из зелёной кожи.
– "Легенды Гитрис и способы пробития Граней"? – читает вслух Дейрик, и с каждым произнесённым словом его брови ползут наверх. – Дэль, ты чем вообще занималась?!
Глава 21. Новый план
Мне страшно. Я не понимаю, как реагировать на вопрос командира и что лучше сделать в данной ситуации. Сразу бежать? Или подхватить книгу и только после этого задавать стрекоча?
– Ты на полном серьёзе думаешь, что она даст тебе правильный ответ? – сложив руки на груди, Феарина смотрит на Рика, как на слабоумного. – Она же память потеряла!
– Не из‑за этой ли книжонки? – лицо Рика покрывается пятнами, я впервые вижу его в таком гневе.
Он хватает меня за локоть и разворачивает к себе. Трясёт как куклу, отчего я еле удерживаю голову в ровном положении.
– Дэль, ты понимаешь, что натворила? Ты же могла весь мир погубить?!
– Да не помню я, что натворила! – меня прорывает, и я кричу в ответ. Меня саму колотит не меньше Верндари, а гнев, что пылает в моих глазах, находит отражение и в его. – А если и натворила, подумай! Не станет счастливый человек творить дичь!
Рик дёргается от меня, словно я ему оплеуху отвесила. И тут же меняется в лице. Некое чувство вины успевает проскользнуть в его взгляде, но он почти сразу берёт себя в руки. Проводит ладонями по моим плечам, разглаживая невидимые складки на толстовке.
– Так, вы сейчас мне всё расскажете. И даже не думайте юлить и утаивать. В ваших интересах, – Рик смотрит мне в глаза тяжёлым, давящим взглядом, – чтобы я был на вашей стороне.
Я выглядываю из‑за его плеча, ища у Фи поддержки. Но она лишь разводит руками.
А когда рядом с нами с треском разрывается пространство, Рик и вовсе резким движением прячет меня за собой. Скрывая от возможной опасности.
– Вы чего орёте? – сонно потирая лапкой глаза, вопрошает Флоренс. – Даже в межгранье слышно!
Она проводит взглядом, удивляется, обнаружив в комнате Феарину. Потом смотрит на нас с Риком и выражение её мордочки меняется на довольно‑ехидное.
– А чего это тут происходит?
– Она что, у тебя самопроизвольно призывается? – Дейрик будто впервые видит Фло, настолько ошарашенный у него взгляд.
– Я самодостаточная лиса и прихожу тогда, когда мне это надо, – гордо задирает носик рыжуля, но, заметив мои испуганные глаза, поспешно добавляет: – Дэль меня, видимо, на испуге призвала, вот я и явилась. Видишь, даже в порядок себя не привела.
Она разводит лапками, демонстрируя всклокоченную на спине шёрстку.
Мне кажется, мы с Риком одновременно вздыхаем с облегчением. Я, потому что Флоренс всё же мне подыграла. Он – потому что хоть в чём‑то мой пирим соответствует норме.
– Так в чём дело? – интересуется лиса. – Вы допросили Фи?
– Допросили? – брови Феарины, бросая вызов гравитации, ползут наверх.
– Давайте присядем, – предлагаю я.
Выхожу из‑за широкой спины Рика и указываю на кресло и кровать. Феарина тут же занимает отдельное место, а Дейрику не остаётся ничего другого, как снова умоститься на постель. Он смотрит на меня выжидающе, а я пытаюсь собрать все мысли воедино и так подобрать слова, чтобы и звучать убедительно, и сильно не палиться.
– В моём дневнике есть записи о том, что мы с Феариной провели странный ритуал, описанный в этой книге, – я киваю на лежащий на столике талмуд. – Но по моим же записям, он не удался. Не сработал.
– Это правда? – Рик поворачивается к лекарю.
– Я точно никакого ритуала не проводила, – Фи выставляет руки вперёд, будто пытается оградить себя от нападок. – Дэль частенько выдумывала, будто она с кем‑то где‑то общается и развлекается. Скорее всего, на фоне тотального одиночества она придавала себе значимость, выдумывая истории о тусовках. Возможно, это распространилось даже на личный дневник?
И хотя Феарина говорила уверенно, будто ставила диагноз пациенту, что‑то в её поведении кажется мне странным. Да и не похожа Дэль на психа. По крайней мере, из того, что я о ней помню, такой вывод не сделать. Взбалмошная, чересчур резко реагирующая на замечания – да. Но точно не сумасшедшая.
– Выгораживает себя, – еле слышно говорит Флоренс, проходя мимо меня.
Она запрыгивает на кровать и принимается ластиться к Рику, подставляя спинку для почёсывания. А тот и не думает отпихивать наглую лису. На автомате вскидывает руку и поглаживает ту по холке.
Я уже даже не удивляюсь происходящему. Главное, Фло счастлива.
– Психологическое состояние Дэль важно, но сейчас мы говорим о другом, – тем временем проговаривает Рик. – Если ритуал не сработал, то почему ты потеряла память?
– В дневнике указано, что этот обряд призывает чужую душу, – несколько исказила я правду. – Может, ритуал сработал? И искомая душа – это Флоренс? Я ведь мечтала пройти инициацию, да, Рик?