Переполох в Академии Граней. Это кто ещё попал! (СИ)

Где эта любвеобильная лисица, когда мне так нужна её отвлекающая болтовня?!
– Все меняются, – сглатывая, говорю я как можно спокойнее. Мне это даже удаётся, голос звучит уверенно и ровно. – В конце концов, на драках сотрудничество не построишь.
– Знал бы, что на тебя так влияют удары по голове, давно бы отправил на тренировку с Арчи, – хмыкает в ответ Дейрик, и я всё же легонько ударяю его в плечо. – Ауч!
– Это тебе, чтобы не расслаблялся, – довольно улыбаюсь я.
Наши взгляды пересекаются, и я чувствую, как сердце срывается в крутом пике. И по мере своего истеричного полёта разливает по душе какое‑то иррациональное тепло. Тепло, которое расцвечивает всё вокруг Рика.
По глазам Верндари понимаю, что он чувствует нечто похожее. Ошеломлённо смотрит на меня, а кадык на его шее нервно дёргается. Он даже оттягивает воротник кителя, будто тот его душит.
– Э‑э‑э, – тяну я в растерянности и отвожу взгляд. Чувствую, как щеки алеют, а голос просаживается: – Мне надо на улицу, тут душно.
– Да‑да, пойдём, – соглашается Рик, а в его голосе появляются чуть хрипловатые нотки. – Поговорим на улице.
Мы синхронно разворачиваемся в сторону выхода, рука Дейрика сама собой опускается мне на талию. Вроде как жест поддержки, направления. Меня окатывает новой волной жара, да такого, что мне кажется – ещё чуть‑чуть, и я вспыхну. Совершенно не понимая своей реакции, я переставляю ноги в автоматическом режиме. 
Но уже через секунду Рик отдёргивает ладонь. Слишком поспешно, словно сам испугался своего порыва.
И мне одновременно и обидно, и спокойно. Одна половина меня, я уверена, та самая, что связана с Фло, рычит и злится, что Рик отшатнулся. А рациональная часть меня довольна таким исходом. Нам лишние привязанности не нужны. Достаточно одной мелкой рыжули.
– Вот видит Всевидящий, ведут себя как дети, правда, Коготь? – слышу тихий шёпот за спиной.
Грифон, судя по издаваемым звукам, полностью согласен со своей рыжей зазнобой. Не приди мы в центральный холл, я бы нашла, что возразить этой всезнающей свахе. Но решаю оставить её слова без комментариев. Да и вообще – как можно быстрее дистанцироваться от произошедшего. Рику, вон, это легко удалось.
Входная дверь распахивается перед нами, впуская новую группу лекарей с левитирующими носилками. Вытянув шею, всматриваюсь в лица тех, кто лежит под прозрачными куполами. И в ужасе прижимаю руки ко рту – двоих из вновь прибывших я знаю, это наши соседи по дому!
– Не переживай, – Дейрик прижимает меня к себе, заключая в объятия, поглаживает по плечу. – Им обязательно помогут, они просто истощены. 
Позволяю себе эту маленькую слабость и не отстраняюсь от него. Утыкаюсь носом в его грудь и с шумом вдыхаю. Рик пахнет бергамотом и разгорячённой кожей. В шоке осознаю, что моментально успокаиваюсь, что страх, едва подняв свою голову, недовольно ворча, вновь забивается в дальние уголки сознания. А ещё в памяти возникают слова отца Дейрика:
"В первом же бою подставь её под когти твари и дело с концом!".
Поднимаю на Рика взгляд ошарашенных глаз. Он смотрит на меня с чем‑то похожим на нежность. Не хочу обманываться, но вижу именно это – в его взгляде теплота и поддержка. Но мне важно знать, о чём же говорил его отец.
– Рик, а что за сделка между нашими семьями? – решаюсь я задать вопрос и в ту же секунду понимаю, что делаю это зря.
Его лицо застывает восковой маской, он расцепляет руки и отстраняется от меня. Закрывается. Мне становится так холодно, будто меня на мороз выгнали. А я ведь всего лишь задала невинный вопрос! Или не такой уж он и невинный?
– Ничего такого, что было бы тебе интересным! – цедит он, одёргивая китель и приводя себя в порядок.
В его взгляде показное равнодушие, и это взрывает меня:
– Настолько "ничего такого", что ты даже рассказать не можешь? – складываю руки на груди, показывая, что не выйду из больницы, пока он не ответит на вопрос.
– Что ты хочешь от меня услышать, Дэль?! – маска невозмутимости даёт трещину и настоящие эмоции Рика прорываются, опаляют меня его горечью. – Твой отец обещал нам древний родовой артефакт. Взамен я должен провести тебя через всё обучение в составе моей Звезды.
 
– И всё? – недоверчиво вглядываюсь в его лицо.
– И всё! – рявкает он, но я вижу – врёт.
Не всё там! Ой, как не всё!
– Слабак, – выплёвываю я и разворачиваюсь на выход.
Если у него не хватает смелости рассказать всё, как есть, то и я тратить на него своё время не намерена. Расправляю плечи и дёргаю ручку двери. Но открыть её мне не дают. 
С громким хлопком Рик припечатывает её обратно, да так, что от косяка летит несколько щепок. А я оказываюсь запертой в руках гневно дышащего командира. Его неровное дыхание вздымает волоски на моей макушке, я же смотрю только вперёд. В неверии разглядывая древесный узор на многострадальной двери.
– У каждого свои секреты, да, Дэль? – шёпот Верндари касается моего уха, вызывая иррациональную волну мурашек. 
Меня одновременно и пугает такая вспышка гнева, и в то же время ноги подкашиваются от той ауры силы и власти, что, кажется, физически ощутима. 
– Какие секреты? – нервно заикнувшись, спрашиваю я.
А сама до судорог сжимаю руки в кулаки. Не знаю, что буду делать, если он обличит меня как подселенку, но просто так я не сдамся.
– Поверь мне, – тон Рика смягчается, он упирается лбом мне в затылок, с шумом вдыхает, – если бы я мог тебе всё рассказать – я бы сказал. Не в моих правилах врать и изворачиваться. Но условия сделки – не моя тайна. Спроси отца. А лучше мачеху.
Я юлой разворачиваюсь в его руках и заглядываю в прозрачные, такие спокойные сейчас, глаза. С подозрением высматриваю в них хоть намёк на издёвку, ложь или попытку ввести в заблуждение. Но ничего этого нет. И либо Рик мастерски играет в смену масок, либо и впрямь искренен со мной. 
Господи, ну почему так сложно сделать выбор?! Доверять или продолжить дистанцироваться?
"Да потому, что у тебя сердце от него не на месте!" – я буквально слышу ехидный голосок Фло у себя в голове.
Скашиваю взгляд, отыскивая нашу сладкую парочку. Грифон с лисой держатся от нас на почтительном расстоянии, но по мордашке Фло понимаю, что она в восторге от увиденного. Наверняка, в своём лисьем мозгу она уже поженила нас с Верндари.
– Ла‑а‑адно, – вернув взгляд к Рику, тяну я. – Но давай больше без всяких уловок и тайн?
– Да как будто с тобой можно иначе, – ухмыляется он и отрывается от меня, распахивает дверь. – Ты же всю душу вытрясешь, пока до истины не докопаешься.
– Вот и держи у себя это в голове каждый раз, когда захочешь что‑нибудь от меня утаить, – парирую я, наконец‑то покидая здание лекарского крыла.
Академическая площадь встречает меня ярким солнечным светом. Да таким слепящим, что я на мгновение теряю возможность видеть. Позади ошарашенно присвистывает Рик, и через секунду, когда картинка проясняется, я присоединяюсь к нему.
– Очешуеть, – выдыхаю я, даже позабыв о конспирации.
Но вид перед нами настолько катастрофический, что Дейрик и не замечает моего прокола с использованием иномирного сленга. Обходит меня и первым спускается со ступеней. Туда, где начинается раскуроченные и развороченные воронками взрывов дорожки.
Вся центральная площадь Академии выглядит как поле боя. Мой взгляд скользит по обломкам зданий, залитыми бурой слизью озёрам и вырванным деревьям, что лежат вперемешку с разлагающимися телами убитых тварей. И мне даже не тошно. Нет, я просто не до конца понимаю, что передо мной последствия ночного боя. Что я сама в этом участвовала и это не декорация к голливудскому фильму.
И главной сценой для всего этого служит обширное, будто выжженное кислотой, пятно. Его контуры до сих пор полыхают каким‑то зелёным маревом, а внутри лежит туша того самого кальмароподобного монстра. 
– Рик! – окрикиваю я командира. – А кто его так?
Киваю в сторону чудовищной "инсталляции".