Переполох в Академии Граней. Это кто ещё попал! (СИ)

Выбегает на дорожку, ведущую к главному корпусу, что виднеется на горизонте. Я еле успеваю её нагнать, поражаясь той скорости, что развивает малышка.
– После пар загляни к дэре Раманюк, – говорит она, оглядываясь через плечо. – Она сегодня прислала послание Рику.
– А почему не мне? 
– Потому что он твой командир, – произносит Кери с таким видом, будто это очевидный ответ. – Слушай, я понимаю, что инициация в таком возрасте может надолго выбить из колеи, но так как ты и раньше не признавала его авторитет, то дам совет. Звёзды – это слаженная команда. От того, как мы будем работать вместе и слушать командира, зависит жизнеспособность всего коллектива. Мы же будущие защитники империи. Стражи Граней, как‑никак!
Всё это она выговаривает мне, пока мы, лавируя между студентами, приближаемся к цели нашего путешествия. Главный корпус поражает размерами. Огромное здание по форме напоминает перевёрнутый цветок сирени, каждый лепесток которого представляет отдельное крыло. А стебель поднимается ввысь и венчается шпилем, что я видела вчера.
К одному из лепестков и тащит меня Кери.
– Да я же не спорю, что Рик главный. Просто мне привычнее всё самой решать, – пожимаю я плечами.
Мы входим в обширное помещение овальной формы. По большому количеству расставленных столов и длиннющей линии раздачи я понимаю, что это столовая. Воздух здесь густо пропитан самыми разными запахами, от некоторых из них мой рот тут же наполняется слюной. А желудок вновь утробно напоминает о себе. Благо вокруг стоит такой шум, что его рулад никто не слышит.
– У нас пятнадцать минут на еду, – извещает меня Кери. – Я сейчас вернусь.
Я не успеваю её притормозить, как она убегает куда‑то в дальний конец зала. Мне становится не по себе. Здесь столько народу, что я боюсь и шаг сделать, чтобы не привлечь к себе внимание. Мой взгляд скользит по столам, выцепляя группки студентов. И я замечаю, что у всех на кителях прицеплены звёзды – у кого деревянные, у кого золотые. У меня же нет никакой и, подозреваю, что это ещё один повод поиздеваться надо мной. Надо будет расспросить моих "коллег", почему я вне этой странной градации.
– Что застыла? Давай шустро набирай, – раздаётся над ухом недовольный голос Фло. – Я чую нашего красавчика, к нему и пойдём!
– Ты про Рика? – шёпотом уточняю я, лишь бы что‑то спросить.
– А ты знаешь других?
– Тебе же сначала лев Хуча понравился, – резонно возражаю я.
Беру поднос и двигаюсь вдоль лотков, внимательно изучая их содержимое. И чем дальше продвигаюсь, тем больше удивляюсь. Тут такое разнообразие блюд, что глаза на лоб лезут. Причём встречаются и стейки, и лазанья, и другие блюда, больше подходящие для ужина, нежели для завтрака. 
Я продолжаю привередливо высматривать себе еду, когда мой взгляд падает на лоток со знакомым гарниром.
Мама всегда любила экспериментировать на кухне. Мы с папой скептически смотрели на эти шедевры, в то время как сестра, наоборот, с энтузиазмом встречала новый рецепт. Чаще всего очередной мамин дебют заканчивался выбрасыванием продуктов в помойку. Но вот эта зелёная бурда, лежащая сейчас на лотке передо мной – это стало маминым коронным блюдом. Шпинат, тушённый в сливках с чесноком и сыром. У нас бои шли за последнюю ложку этой прелести.
И вот это простое блюдо становится последним шаром, что сшибает опоры моей выдержки. Страх, что я никогда не увижу свою семью, не обниму родителей и сестру, выкатывается из глубины сознания. 
– А ну держись! – шикает на меня Фло, крутя головой по сторонам. – В конце концов, ты не одна, у тебя есть я.
Делаю неимоверное усилие, чтобы отогнать непрошеные слёзы и, взяв поднос с едой, резко разворачиваюсь.
Чтобы тут же опрокинуть жестянку на стоящего за мной Рика. Металический лязг упавшего подноса, как гонг, призывает тишину в столовой. Все студенты пялятся на нас, перешёптываются. Со стороны золотозвёздных слышатся злорадные смешки. А я медленно поднимаю взгляд на командира, по кителю которого расползается жёлто‑зелёное пятно. Дохожу до прозрачно‑голубых глаз, в которых сгущается буря, и понимаю – лучше бы он орал. 
 
Медленно, будто сливая в это движение весь свой гнев, Рик берёт салфетки за моей спиной и принимается оттирать пятно. В полной тишине. И от этого я начинаю нервничать ещё больше. Оглядываюсь вокруг и вижу как ошарашенные лица, так и искрящиеся восторгом взгляды. Последние – от компашки золотозвёздных, что заняли самый классный стол – в углу, между двумя окнами. 
– Прости, – наконец, опомнившись, я бросаюсь помогать Дейрику.
Хватаю ещё стопку салфеток, попутно роняю бутылёк с чем‑то горчично‑жёлтым. Соус разливается, и ещё больше забрызгивает несчастного Рика.
– Так его, Дэль! – доносится глумливый хохот. – Хотел золото носить, так пускай теперь оттирается!
Вслед за этими идиотами столовую наполняет хихиканье и откровенные смешки. Студентам понравилось, как обычное стечение обстоятельств превратили в повод для издевательства.
– Прости‑прости, – не обращая внимания на окружающих, я принимаюсь за уборку последствий.
Рик хватает меня за руку, больно сжимая запястье:
– Не трогай меня. Ты специально, что ли?
Меня откровенно пугает его взгляд. Он горит опаловыми всполохами, а над Риком воздух плывёт маревом. Того и гляди, призовёт грифона. Фло, конечно, будет счастлива, но что‑то мне подсказывает, за такое здесь могут наказать.
– Я случайно, честно, – изгибаю брови домиком, надеясь, что мой голос звучит достаточно извинительно.
– Сейчас он её размажет, – какая‑то девушка в явном предвкушении от зрелища довольно шепчет соседке по столу.
А Рик… Он внезапно успокаивается. Удивлённо моргает и из его глаз исчезают всполохи.
Делаю вывод, что выбрала правильную тактику – старая Дэль полезла бы в конфликт, а я его смягчила. 
– Тебя вызывает к себе дэра Раманюк, – говорит Рик и, оставив попытки оттереться, снимает китель. 
Ладно сидящая на нём рубашка подчёркивает и широкий разворот плеч, и узкую талию. Невольно скольжу взглядом по его фигуре и замечаю точно такие же манипуляции со стороны студенток, что занимают столы поблизости.
– А я тебе говорила, парень огонь! А ты нос воротишь! – Фло не может оставить без комментария такое зрелище.
– Кери уже передала мне просьбу уважаемой дэры, – игнорируя полёты лисицы вокруг Рика, отвечаю я.
Его глаза подозрительно прищуриваются, он бросает короткий взгляд назад. Наверное, где‑то там и сидит вся наша команда.
– Странно, я не просил её что‑либо передавать тебе. В любом случае.. – он расстёгивает манжеты и подворачивает рукава. Открывая крепкие, увитые венами предплечья. 
Неконтролируемо сглатываю. Мужские руки – моя слабость, и теперь мне крайне тяжело вернуть взгляд к лицу Рика.
– В любом случае, тебе надо посетить приёмную лабораторию. Видимо, куратор хочет проверить твоего пирима. 
Что ж, это весомый повод уставиться в глаза Дейрика.
– Я не хочу проверяться, – испуганно пищит мне в ухо Фло. – Я здорова и в полном расцвете сил.
Ну, с первым я, может быть, поспорила, где ещё встретишь таких озабоченных лисиц. Но насчёт проверки я полностью с ней согласна. Незачем нам лишнее внимание.
Рик, так и не дождавшись реакции с моей стороны, разворачивается и направляется на выход.
– Стой, ты куда? – ловлю его за запястье.
Его кожа такая горячая, что я одёргиваю руку. 
– Переодеваться, куда же ещё? – кривя губы в ехидной ухмылке, отвечает Дейрик. – Наши сидят по правую сторону прохода, если ты всё ещё настроена быть в Звезде.
Широкими уверенными шагами он покидает столовую до того, как я успеваю уточнить, что он имел в виду. Я же уже в команде, что не так?
Быстро набрав новую порцию шпината и прихватив куриные тефтельки, я оборачиваюсь. Стараюсь найти громилу Хуча, который, как маяк, отметит место пребывания нашей команды, но натыкаюсь на Брана. Здоровяк преграждает мне путь и довольно скалится: