Драконий принц в академии ведьм (СИ)

Шелдон опустил голову.
— Нет! — оборвал я. — Мы не вернёмся домой, пока не разберёмся, что за чертовщина здесь происходит. Я не знаю, кого так сильно заинтересовала Мэйлисс Винн, но я пообещал защитить её. Всё это началось после нашего появления в академии, значит, мы как-то связаны с этой тьмой. Не могу понять только, как именно.
Я чувствовал, что Шелдон рассказал мне правду. Он выглядел таким убитым, словно уже успел навредить мне, или по его вине казнили Мэйлисс. Он боролся, и это было достойно похвалы, но хвалить я его не собирался. Я всё ещё злился на Шелдона за то, что тот поцеловал Мэй, когда находился в моём теле, потому что её никто не смел целовать, кроме меня. Меня самого, а не клона, пребывающего в моём теле. А с чего, собственно, я вообще решил так? Глупость какая-то! После поцелуя, коим она пыталась привести меня в чувство, я не смел так думать! Она не моя собственность, и она ничего не должна мне. Мэйлисс совершенно не подходит мне по социальному статусу, и она не сможет стать моей избранницей. Хотя, собственно, почему нет? Кто придумал эти глупые условности? Поймав себя на мысли, что стал думать непонятно о чём, я постарался вернуть их направление в правильное русло.
За Мэйлисс охотилась какая-то тьма. Могла ли она оказаться связанной с той ведьмой, живущей в горах? Мне хотелось бы понять это, но пойти в логово хищницы, не узнав о ней хоть какую-то информацию, мы не могли. И раз уж теперь мы с Шелдоном сумели откровенно поговорить, мне следовало принять его в нашу команду.
— Нужно найти всю информацию о ведьме, которая смогла подарить себе вторую жизнь, прибегнув к тёмным силам.
— А такая существует? — удивился Шелдон.
— Я тоже только недавно узнал… Это всё, что я могу сказать тебе в настоящее время. И должен предупредить — ещё раз попытаешься навредить Мэйлисс, и я не прощу тебя, Шелдон. Эта девушка теперь находится под моей защитой, и ты обязан заботиться о её безопасности так же, как и о моей.
— Уж не украла ли кухарка ваше сердце? — широко распахнул глаза от удивления Шелдон, а я лишь махнул в его сторону рукой и вышел из его спальни, думая, куда податься в первую очередь: прогуляться до библиотеки или, наконец, отыскать Розалинду и попытаться вытянуть из неё правду об истоках лютой ненависти к моему отцу?
Однако решить мне не позволили, потому что уже в коридоре я наткнулся на самого настоящего серого кардинала. Облачённый в серый наряд окинул меня хмурым взглядом.
— Ран Тейрин? Ищейка Верховного мага Вер-Атероны ран Демиуса Левара, магистр боевой магии и…
— Стойте! Я всё равно не запомню столь длинное приветствие. Я понял, кто вы. Чего вы от меня хотите?
— Всего лишь задать несколько вопросов. Вы обвиняетесь в применении магии внушения на территории академии.
Вот это новости! И что мне за это теперь будет?
Я не стал разговаривать с ищейкой, лишь развёл руками, тем самым давая ему понять, что сопротивляться не стану, пока мне ничего не угрожает. Мне вдруг стало интересно — это снова чья-то попытка затянуть нас в логово ведьмы, или ищейка из настоящих?
— Куда вы меня ведёте? — всё-таки спросил я, следуя за мужчиной.
— В кабинет ректора. Это единственное место в академии, за пределы которого разговоры не выйдут. Вам не стоит опасаться, мы зададим лишь несколько вопросов.
— Опасаться придётся вам, если ваши вопросы покажутся мне оскорбительными, — фыркнул я. — Не стоит забывать, что я кронпринц Ар-Светлерры!
Ищейка даже не шелохнулся, словно моё предупреждение ничего не значило. Возможно, верховный забыл обучить их элементарному уважению. У меня едва хватило сил, чтобы не вспылить. Я ощутил, как зрачки начали меняться — обычно их трансформации предшествовало раздвоение изображения перед глазами, — и попытался успокоиться.
Я подумал о Мэйлисс и вспомнил её неумелый поцелуй, которым она коснулась меня, добравшись до самого сердца. На губах появилась улыбка, но я снова постарался напомнить себе, что мы из слишком разных миров, и однажды наши пути с кухаркой разойдутся. Даже если каким-то образом она сможет стать великой магессой.
 
Оказавшись в кабинете ректора, я был готов обрушить множество вопросов на его голову, но мужчины внутри не оказалось. Вместо него в кресле за столом сидел Демиус Левар, верховный, с которым я уже успел познакомиться.
— Ран Тейрин, вы можете как-то объяснить применение магии внушения на территории академии ведьм? — задал вопрос верховный, внимательно глядя на меня.
— А вы можете объяснить, почему вдруг решили обвинить меня в этом? Как вам уже известно, в моём теле пребывал кто-то другой!..
Я прикусил язык и задумался: удастся ли ищейкам найти след магии и выйти на Шелдона? Если так, то моему рыцарю крупно не повезло. Его могут выслать с территории ведьм и попросить наказать его, согласно законам Ар-Светлерры.
— Мне это известно, однако следы магического вмешательства обнаружить не удалось. Конечно, это всего лишь начало расследования, мы непременно копнём глубже и попытаемся провести допрос у камня истины, но пока у нас есть доказательства того, что вы использовали внушение, заставив одного из студентов академии подчиниться вашей воле. Будете отрицать это?
— Кто вам сказал такую чушь? — я нахмурился, решив, что буду стоять на своём до последнего — пусть попробуют доказать мою вину.
— Ректор академии, ран Эдамон, он был свидетелем.
Верховный хитро улыбнулся и потёр руки. Я не понимал — чего они добивались? Начать войну из-за того, что я использовал магию убеждения, они не могли. Хотели прогнать меня со своей территории, сказав моему отцу, что его сын — недостойный наследник? Или это был не верховный? Как в этом месте вообще можно было верить кому-то, если любой мог принять на себя чужую личину?
— Тогда мне просто необходимо услышать это от него. Пусть объяснит, когда он поймал меня за применением магии внушения! — я прикусил язык, думая, что если меня выставят с территории ведьм, то я не смогу помочь Мэйлисс. У меня не получится защитить её. Сердце сжалось. Следовало выбрать другую тактику поведения. — Постойте-ка! Я всё понял! Тот парень! Кристоф… Или Кристофер?.. Я понял, о чём вы говорите. Как вам должно быть известно, я находился в теле хрупкой девушки, а когда тот студент приложил попытку изнасилования, я был вынужден использовать магию внушения, чтобы остановить его. Сами понимаете, что у хрупкой девушки сил куда меньше…
— Значит, вы даже не станете отрицать, что использовали на территории академии запрещённую магию?
О! Свод правил академии я прочитал — к счастью, время для этого было. И если честно, то поначалу я читал его, чтобы нарушить какое-то правило по прибытии и вернуться домой, но до того, как понял, что здесь творится нечто невообразимое.
— Запрещено использовать эту магию ведьмам, магам и магессам, но о драконах ничего не сказано. Ваш свод правил написан для студентов и преподавателей, но о гостях нет и слова, а о высокопоставленных гостях тем более. Но даже если опустить этот момент, в правилах ничего не сказано о запрете использовать магию внушения в целях своей защиты. На войне все средства хороши, не правда ли? Я выбрал наиболее безопасный способ остановить наглого парня и заставить его отвязаться от девушки, которая не давала даже повода. Если вы хотите что-то предъявить мне, то можете пригласить в академию моего отца. Как думаете, он будет рад встретиться с вами именно по такой причине?
Верховный сощурил глаза так, что они превратились в две ниточки. Он кивнул и покосился на своего подчинённого. Я ударил в самое яблочко, поймал за уязвимое место. Им нечего было предъявить мне, потому что я защищался.
А вот с ректором мне теперь захотелось поговорить по душам. С какой стати он решил пойти против меня и обвинил меня перед верховным? Неужели он тоже был как-то замешан во всех этих жалких попытках начать войну и добраться до Мэйлисс?
— Это всё, что вы хотели обсудить со мной? — спросил я, понимая, что начал злиться на трату моего времени впустую.