Не говори любви «прощай»
— Выберите, пожалуйста, пять свежих роз, таких же красивых, как эта девушка…
И продавщица заметалась, вытаскивая то белые, то красные, то розовые…
Когда Машка позвонила во второй раз и запела свою песню о Диме, Жанна сказала:
— Мне это неинтересно.
— Что ты обижаешься? — тоном невинной жертвы спросила Машка. — Мы же подруги. И я не виновата, что больше понравилась Диме. Не будем же мы из-за него ссориться…
Жанна нажала на рычаг и отключила телефон. Она слышать не могла этот предательский голос…
Как-то позвонила и Вика, вернувшаяся из круиза по Средиземному морю.
— Говорят, — задушевно проворковала она, — что Машка отбила у тебя парня. Переживаешь, наверное?
— У меня их много, одного подарить не жалко, — Жанна хотела продемонстрировать свою жизнерадостность и рассмеяться, но у нее вырвался лишь нервный смешок.
— Говорят, — не унималась Вика, — что ты с горя в уборщицы подалась?
Это было уже слишком.
— Меньше слушай завистников, — Жанна постаралась обронить это небрежно, как бы между прочим. — На самом деле мне папа бутик подарил. В Петровском пассаже…
— Ничего себе! — поразилась Вика. — Италией будете торговать? А ты мне дисконтную карту сделаешь?
— Непременно, — пообещала Жанна. — Как только откроемся…
Виталик насчет бутика очень смеялся.
Впервые за все время у них совпал выходной. Лето подходило к концу, хотя на погоде это не отражалось — температура держалась в районе двадцати семи, все давно ходили по городу почерневшими от солнца, а Жанна еще ни разу даже не купалась.
И теперь они ехали к Виталику на дачу.
Перед отъездом мама конечно же провела инструктаж.
— А его родители там будут? — строго спросила она.
— Не знаю. — Если Виталик не способен находиться с родителями больше двух часов, то у Жанны начиналась аллергия на мамины вопросы после первой же минуты.
— Ты взрослый человек, — взгляд мамы сосредоточился, точно она собиралась открыть дочери страшную тайну, — и понимаешь, для чего молодые люди зовут девушек на дачу…
— Так мне что, вообще никуда не ходить? — не выдержала Жанна. — Ни в гости, ни на дачи… Если я взрослый, как ты говоришь, человек, то имею право сама решать, где и с кем мне встречаться?!
Сейчас, сидя рядом с Виталиком, она продолжала свой внутренний монолог с матерью. Сессию она сдала, на работу устроилась… Можно хоть теперь не контролировать каждый ее шаг и не диктовать, что ей делать в свой единственный выходной?! Папы нет, так мама все свои усилия направила на нее, уже просто не продохнуть! Почему все лезут в ее личную жизнь?! Конечно, Жанна в какой-то степени маму понимает… Уж ей ли не знать, как тяжело, когда тебя предают близкие люди! Она вот купаться на Клязьму едет, а мама одна, будет сейчас слезы лить…
Жанна достала мобильник.
— Мам, — она придала своему голосу бодрость, — знаешь что, вы съездите с тетей Любой и тетей Женей на пляж. Погода отличная! Чего ты дома киснешь?
— Ладно, — сказала Варя, — отдыхай.
Они проехали Каширку, свернули с шоссе на узкую дорогу, где начинались дачные поселки, и уже в воздухе ощущалось, как городской ритм менялся на неторопливое существование местных обитателей. Полураздетые, часто в одних купальниках, они шли куда-то в сторону леса, копошились на своих участках, выходили из придорожных магазинчиков, держа в руках минералку и обязательно несколько батонов хлеба…
— Видишь, — показал Виталик на маленькие дачные домики по обеим сторонам дороги, издалека похожие на скворечники, — вот такая у нас дача. Я потому и не люблю туда ездить, что даже ночевать негде, одна комната.
— Так мы купаться едем, — сказала Жанна, — а не ночевать…
Автомобиль шел мягко, не реагируя на неровности дороги, успокаивал, убаюкивал… Виталик держал руль одной рукой, а другой искал радиостанцию с подходящей музыкой, перепрыгивая с одной частоты на другую…
— А когда тебе отец машину дает, то на чем ездит сам? — спросила Жанна.
— Ему она не очень-то нужна, — Виталик наконец остановился на «Монте-Карло», где в эту минуту распиналась о своих чувствах Дженифер Лопес. — У него служебная есть, с водителем.
— Да? — Жанна никогда не интересовалась родителями Виталика. — Кем же он работает?
— Министром.
— Серьезно?
— А что тут удивительного?
Действительно, подумала Жанна… Правда, немного странно, что Виталик при таком папе работает охранником, а не плавает в круизе, как, например, Вика…
— Батя мне ключи вручил со словами «не балуйся!», и я не понял, что он имел в виду…
Они миновали пруды, по берегам которых расселись многочисленные рыбаки, и съехали на разбитую проселочную колею. По обеим сторонам был лес, и ветки от деревьев чуть ли не лезли в открытое окно, через которое Жанна с наслаждением вдыхала чистый сосновый воздух. Еще через несколько метров начался свежий асфальт, и, прокатившись по нему минут десять, они остановились около солидного дома с забором из красного кирпича, который ничем не напоминал полуразвалившийся «скворечник» с единственной комнатой.
Жанна шла по дорожке, выложенной серыми каменными плитами в центре ярко-зеленого газона, и ехидно спрашивала Виталика:
— Ты адрес, случайно, не перепутал? По-моему, здесь можно отыскать местечко для ночевки…
— Пошутить нельзя? — Виталик был доволен своим маленьким розыгрышем и произведенным эффектом. — Пойдем смотреть дом…
На всех трех этажах царил идеальный порядок. Комнат было несколько — больших, светлых, обшитых деревом. Наверху в большом зале стоял бильярдный стол. Виталий сунул Жанне кий и предложил:
— Попробуй.
Она долго целилась, но удар получился слабым, и шар, сдвинувшись сантиметров на пять, остановился. Когда-то Жанна уже пробовала играть в бильярд, и у нее неплохо получалось. Сейчас она лишь беспомощно тыкала кием, как слепой котенок, пока Виталик загонял шары в лузы один за другим. Так что партия закончилась быстро и с разгромным счетом.
Выгрузив сумки, они отправились на Клязьму. Пологий берег, на котором за жаркое лето вытоптали всю траву, был заполнен людьми так же тесно, как сочинский дикий пляж в пик сезона. Народ располагался здесь основательно, на целый день — с детьми, провизией, напитками.
— Хорошо! — растянулась на полотенце Жанна, подставив спину солнцу.
— Я — купаться! — Виталик стянул с себя шорты и футболку и бегом помчался в воду.
Жанна приподнялась, слегка подвинулась в сторону, потому что вставшая перед ней парочка полностью заслоняла и реку, и скрывшегося в ней Виталика. Прищурившись, она всматривалась в мелькающие на поверхности воды головы… На несколько метров дальше всех купающихся вынырнул пловец и профессиональным кролем буквально полетел к середине реки. Жанна даже не увидела, а, скорее, почувствовала, что это он. За то время, что они были знакомы, она уже привыкла к тому, что Виталик все делает лучше других. Она часто ловила себя на мысли, что испытывает за него гордость — когда он с кем-то общается, когда ведет машину, когда играет в бильярд, когда что-то ей рассказывает…
Виталик, наплававшись, уже выходил из речки, приглаживая пятерней волосы и одновременно подпрыгивая на одной ноге, чтобы вылить попавшую в ухо воду… Жанна уткнулась лицом в полотенце и сделала вид, что она так и пролежала здесь в подобной позе, совсем не интересуясь его заплывами.
Виталик подошел, провел холодной мокрой рукой по ее спине, и Жанна вздрогнула — и от прикосновения, и от знакомого голоса:
— Кого мы видим!!!
Парочка, заслонявшая ей вид на реку, теперь стояла к ней лицом, в полной своей красе, и демонстрировала акулий оскал шестидесяти четырех хищных зубов.
— Привет, — процедила Жанна.
— Отдыхаете? — глупо спросила Машка, которую неизвестно каким ветром занесло именно сюда вместе с торчащим рядом и совершенно по-идиотски улыбающимся Димой.
Больше всего Жанне захотелось сейчас зажмуриться, а открыв глаза, обнаружить, что этих неприятных для нее людей здесь больше нет.