"Фантастика 2023-175". Компиляция. Книги 1-21 (СИ)
– Да, понимаем, – сказала я.
– Это для меня очень серьёзная проблема. Аня с Вейдером говорят, что я зря беспокоюсь, что мы временно спрячем отца в надёжном месте, а позже, когда я коронуюсь, передадим его в ваши руки, и тут уж вам волей-неволей придётся следовать нашему плану. Но я не верю им, я думаю, что они убьют его – для пущей верности, чтобы зря не рисковать. И я боюсь, что все остальные ребята, даже такие щепетильные, как Олег, признают оправданность этого шага. Для них мой отец не человек, а символ ненавистного им абсолютизма, олицетворение того зла, которое приносит народу неограниченная монархия. Вдобавок они считают его главным виновником того, что случилось четыре года назад. Если рассуждать логически, то они правы, и умом я сознаю, что отец заслуживает смерти. И всё-таки… всё-таки я хочу, чтобы он остался в живых. А спасти его, увезти с планеты можете только вы.
– А почему ты не пробовал тайно связаться с нашими? – спросила Эстер. – Так, чтобы твои товарищи об этом не знали.
– Будь я уверен, что они не узнают, я бы давно связался. Но я не уверен в этом. Я сильно опасаюсь, что Вейдер отслеживает все мои контакты. Если он хоть что-нибудь заподозрит, это будет означать смертный приговор моему отцу. Поймите, он и его ребята немного двинутые. И даже не немного. Другие просто не доверяют старшему поколению, а они… иногда мне кажется, что они ненавидят всех взрослых без разбору.
– Ты можешь поддерживать связь через нас, – предложила я. – Они ведь хотят поиграть с нами – так пусть играют. А мы поведём встречную игру, будем твоими связными. Ты же этого хотел, открываясь нам?
– Да, но… Боюсь, всё не так просто. Мы не сможем часто встречаться – я имею в виду по-настоящему, не в сети. Все наши виртуальные встречи будет прикрывать Вейдер, и тогда мы не сможем говорить откровенно. Хотя… – Павел умолк и во все глаза уставился на Эстер. Лицо его мгновенно просветлело. – А знаете, у меня появилась идея! Замечательная идея.
– И какая же?
– Сегодня ночью… Да, прямо сегодня среди ночи я свяжусь с Аней. Я скажу, что влюбился в Эстер. – Он снова взглянул на неё: – Ты не против?
– Я… – От неожиданности она совсем растерялась. – Ну, не знаю… Это как-то… так…
– А что это даст? – вмешалась я.
– Как что? Естественно, я захочу каждый день видеть Эстер. Я потребую от Ани, чтобы она срочно что-то придумала. И они с Вейдером придумают – в этом можно не сомневаться.
– Оригинальная идея. Но рискованная. Ты думаешь, они поверят тебе?
– Поверят за милую душу. А Аня в особенности – ведь она сама неравнодушна к ней.
Эстер густо покраснела:
– Как это?
– Разве ты не заметила? – удивился Павел. – Ведь Аня бисексуальна… Ай, ладно, оставим её в покое. Короче, мне поверят, это точно. Чтобы поверить, достаточно посмотреть на тебя. К тому же всем известна моя слабость к рыжеволосым девушкам. А ещё всем известно, что я очень капризный. Как-никак, я цесаревич и с детских лет привык получать всё, что хочу. – Он широко улыбнулся, но за его кажущейся бесшабашностью чувствовалось напряжение. – Ну, Эстер, что ты об этом думаешь?
– Я… не знаю. Если нужно для дела, то… – И она вопросительно посмотрела на меня, оставляя окончательное решение за мной – своим командиром.
По идее, мне следовало бы сначала посоветоваться с отцом – руководителем всей операции, которая, кстати сказать, полетела кувырком. Но как раз из-за этого я не могла терять драгоценное время на согласование своих действий. Нам представлялся случай наладить сотрудничество с наследником новороссийского престола, и я не вправе была упускать этот шанс. На худой конец, если отец не одобрит такой план действий, всё можно отменить.
– Хорошо, Павел, – сказала я. – Можешь действовать. Только будь осторожен, не переигрывай.
– Не беспокойтесь, – уверенно ответил он. – Я разыграю всё как по нотам.
20
Когда мы высадили Аню и Эстер на стоянке возле их интерната, уже совсем стемнело. Второпях попрощавшись с нами, девочки бегом бросились к сияющему огнями жилому корпусу, а Олег, проводив их взглядом, ввёл в автопилот мой адрес. Флайер взлетел и начал быстро набирать высоту.
– Ну и как тебе сегодняшний вечер, Рейчел?
– Всё было просто здорово, – ответила я искренне. – У тебя хорошие друзья. Вот только Аня…
– Что «только»?
– Она немного не такая, как другие. В ней есть что-то странное… но не могу понять, что именно. Её странность какая-то неуловимая.
Олег кивнул:
– Это ты в точку попала. Есть в Ане что-то такое, что ставит меня в тупик. Что-то загадочное… или, скорее, непостижимое. И не только у неё одной, вся её компания такая.
– А ребята, что были на пикнике, не из её компании?
– Нет, они мои. Все, кроме Эстер. Впрочем, теперь она тоже в моей команде – её определили ко мне. Как и тебя, кстати. Ты ведь не против?
– Конечно, нет. Я же сказала, что у тебя хорошие друзья.
– А как тебе Паша?
Я улыбнулась:
– Знаешь, немного забавно слышать, что вы его так называете. По телику он «его царское высочество, великий князь», а для вас – просто Паша. Но он действительно оказался простым и милым парнем. Мне он понравился.
– Вы ему тоже понравились, – сказал Олег. Затем многозначительно добавил: – В особенности Эстер.
– Правда? – Я изобразила удивление. – Отчего ты так решил?
– Я понял это по выражению его лица, когда он смотрел на неё. Мы с Пашей знакомы давно, я знаю его как облупленного. Он очень влюбчив и особенно падок на рыженьких. А Эстер такая хорошенькая, что он никак не мог перед ней устоять.
– Да уж, – с невольной завистью произнесла я. – С её фигурой и мордашкой никто перед ней не устоит. По-моему, даже Аня… – Я осеклась, запоздало прикусив язык.
Олег взглянул на меня с восхищением:
– А ты наблюдательная, Рейчел! Аня и впрямь у нас такая. Обычно она водит шуры-муры с Сашей Киселёвым, но и девчонками не брезгует. Тем более, такими милашками как Эстер.
– Тебе она тоже нравится?
– Эстер? Конечно, нравится. Она всем нравится. Но ты вне всякой конкуренции. Ты…
– Пожалуйста, не надо обо мне, – попросила я.
– Хорошо, не буду, – со вздохом согласился он.
– Лучше поговорим про Павла, – торопливо продолжила я. – Ты уверен, что он не просто рвётся к власти, а действительно хочет перемен?
– Я убеждён в этом. За Пашу я могу поручиться головой. Но вот Вейдер, Аня и их товарищи… они вызывают у меня опасение.
– Чем именно?
– Своими авторитарными замашками. Боюсь, им не нужны перемены. В смысле – коренные преобразования. Похоже, они вполне будут довольны ролью серых кардиналов, тайной власти за троном… Хотя, может, я ошибаюсь. Возможно, они более практичны, чем я, и лучше разбираются в человеческой психологии. Это они отговорили Пашу от его первоначальной идеи сразу после восшествия на престол провозгласить конституцию и назначить выборы в Государственную Думу. Я не знаю. Мне всегда это казалось совершенно естественным и не подлежащим сомнению, но Вейдер заявил, что в таком случае у власти останутся те же люди, что и сейчас. Он считает, что наш народ ещё не готов к демократии, что его нужно постепенно к ней приучать. А ты что думаешь, Рейчел?
– Мне трудно сказать. Я ещё плохо ориентируюсь в вашем обществе, чтобы судить о таких вещах. Но думаю, что людям всё же нужно дать право выбора – какую власть они себе хотят. На моей родине есть поговорка: «Каждый народ имеет такое правительство, какое он заслуживает».
Олег задумался.
– Пожалуй, ты права. Это звучит немного жестоко, зато справедливо. Если народ сам выберет себе плохое правительство, то ему не на кого будет пенять, кроме как на самого себя. – Он сделал паузу. – Хотя нет. Как свидетельствует история, народ почти никогда на себя не пеняет. Он всегда находит виновников своих бед – либо внешних врагов, либо внутренних. Я смотрел много всяких хроник из прошлого разных планет, но ни разу не видел, чтобы на демонстрациях протеста люди несли транспаранты вроде: «Позор нам! Это мы сами выбрали себе такую власть».