"Фантастика 2023-175". Компиляция. Книги 1-21 (СИ)

Связавшись по интеркому с кают-компанией, я вызвал к себе Ахмада. Тот явно побил все рекорды по скорости бега и буквально через минуту уже ломился в дверь рубки. Я впустил его внутрь и произвёл необходимые действия для его введения в должность второго пилота, а по совместительству — старшего помощника капитана. Весь процесс был хорошо знаком и привычен мне по виртуальной реальности, однако я испытывал ни с чем не сравнимое наслаждение, занимаясь этим, в общем-то рутинным делом. Какими бы убедительными ни были виртуальные симуляторы космических кораблей, как бы качественно и дотошно ни прорисовывали они все детали, создавая полную иллюзию реальности, всё равно то была лишь иллюзия. А сейчас я действительно был капитаном корабля. Настоящего корабля, который величественно плыл среди настоящего космоса!..
Закончив с Ахмадом, я немедленно вызвал Арчибальда Ортегу, которого император Падма назначил мне в бортинженеры. Пока мы ожидали его появления, новоиспечённый второй пилот расхаживал по рубке, любовно прикасаясь к многочисленным приборным панелям и, наверное, испытывая такие же чувства, как и я. Наконец он остановился перед встроенным в стену боксом с лёгким вооружением и в качестве табельного оружия взял себе пистолет-парализатор.
— Не люблю того, что бьёт насмерть, — объяснил Ахмад свой выбор. — И вообще, я мирный человек.
Сказав это, он выстрелил в Рашель. Девочка, не издав ни единого звука, осела на пол, а между тем пистолет Ахмада уже был нацелен на меня.
— Извини, Стас, — сказал он, прежде чем снова выстрелить. — Ты всегда мне нравился.
Мы находились в разных концах просторной рубки, и я понимал, что не успею ничего сделать. Однако бросился вперёд в отчаянной попытке спасти положение. Последнее, что я услышал, был громкий рёв компьютера:
— Бунт на корабле! Попытка покуше…
А потом наступила тьма.
  
2
 
Очнувшись, я услышал прерывистый мелодичный зуммер. Кто-то звонил в дверь — тревожно и настойчиво, время от времени делая короткую паузу, а потом снова нажимая на кнопку. Ответить я не мог, даже не в силах был раскрыть глаза и продолжал парить во тьме, чувствуя лёгкое (но, в целом, приятное) покалывание во всём теле — так, словно бы мне делали ультразвуковой массаж.
Наконец мне удалось распахнуть глаза, и я обнаружил, что лежу на полу посреди рубки, а меня окружает слабое зеленоватое сияние. В нескольких шагах от меня неподвижно лежал Ахмад Раман, по-прежнему сжимая в руке пистолет-парализатор.
— Вы уже очнулись, капитан, — раздался голос компьютера. Он не спрашивал, а констатировал факт. — Докладываю: второй пилот Ахмад Раман поднял на борту бунт и совершил попытку покушения на вас. Он не послушался моего предупреждения, и мне пришлось его нейтрализовать. Потом я занялся приведением вас в рабочее состояние.
К этому времени я уже настолько очухался, что сумел повернуться, и увидел Рашель, которая лежала всё там же, где настиг её выстрел Ахмада.
— Что с девочкой? — спросил я.
— Мисс Леблан находится в бессознательном состоянии. Её жизни ничего не угрожает. Когда я восстановлю все ваши функциональные способности, то займусь ею.
— Идиот! — в сердцах сказал я. — Почему же ты не защитил её?
— Сорок семь минут назад она сложила с себя командование кораблём. Второй пилот Раман был выше её по статусу и я не имел права вмешиваться.
— Да ты просто тупая железяка! — заявил я, принимая сидячее положение. — Притом с запоздалой реакцией. Ведь ты же позволил ему выстрелить в меня.
— У второго пилота было не смертельное оружие. Проанализировав ситуацию, я пришёл к выводу, что вашей жизни ничего не угрожает, и решил сначала сделать предупреждение. А когда…
— Заткнись! И сейчас же займись мисс Леблан. Также я приказываю тебе молчать вплоть до особого распоряжения.
— Слушаюсь, капитан.
Компьютер умолк, и призрачное зеленоватое облачко переместилось к Рашели.
Между тем в дверь рубки продолжали трезвонить. Я подполз к Ахмаду, отнял у него пистолет и проверил, в рабочем ли он состоянии. Затем поудобнее уселся на полу лицом к двери и отдал приказ впустить посетителя.
 
Как я и ожидал, это оказался Арчибальд Ортега. Едва он переступил порог, я выстрелил в него. С тихим стоном ученик профессора Агаттияра рухнул на пол, а его лицо выражало глубокое недоумение.
Сразу же после этого я распорядился закрыть дверь, проверил пульс Ахмада и убедился, что он жив, просто находится в обмороке. Поднявшись на ноги — они держали меня не очень уверенно, но всё-таки держали, — я подошёл к Рашели и опустился перед ней на колени.
Девочка постепенно приходила в себя. Наконец веки её затрепетали и приподнялись. Она посмотрела на меня мутным взглядом.
— Папа… ой, дядя Стас… Что случилось?
— Ахмад оказался врагом. Пятидесятником. Он хотел захватить корабль. Как же ты не опознала его?
Рашель подтянулась и села, прислонившись спиной к стене.
— Нет, он не пятидесятник. Он не чужак, а человек. Я бы узнала его. Да и на борту у нас стоят детекторы.
Я растерянно тряхнул головой:
— Если так, то почему он на нас напал? Ничего не понимаю!
— Я тоже. — Рашель огляделась вокруг и увидела на полу у входа в рубку ещё одно тело. — Мистер Раман подстрелил и его?
— Нет, это сделал я. На всякий случай, для подстраховки. От парализатора ещё никто не умирал.
Я помог девочке добраться до ближайшего кресла и усадил её. Она расслабленно откинулась на спинку и прикрыла глаза.
— Как ты себя чувствуешь? — спросил я.
— Нормально. Просто очень-очень устала. Как будто долго занимала в спортзале. И в голове туманится.
Я испытывал точно такие же ощущения. Мы оба нуждались в квалифицированной медицинской помощи, поэтому я связался по интеркому с кают-компанией и пригласил Риту с Агаттияром прийти в рубку.
Включив экраны внутреннего наблюдения, я убедился, что оба последовали моему распоряжению, а Шанкар остался на месте, словно приклеенный к терминалу. Когда Агаттияр и его дочь поднялись на следующий ярус, я активировал ближайший от них интерком и произнёс:
— Профессор, подойдите сюда.
Вздрогнув от неожиданности, он оглянулся по сторонам, а затем понял, откуда исходит мой голос, и приблизился к интеркому.
— Да, мистер Матусевич?
— Пожалуйста, возьмите трубку.
Так он и сделал. Я отключил внешний динамик, чтобы нас не слышала Рита, и спросил:
— Скажите, профессор, тот пистолет Махдева ещё у вас?
— Да.
— Отлично. А господин Шанкар не вооружён?
Агаттияр был явно озадачен моими вопросами, но тем не менее ответил:
— Вряд ли. Скорее всего, нет. Почти уверен в этом… А в чём собственно дело?
— Кое-что произошло, — сказал я, продолжая наблюдать за изображением из кают-компании. Шанкар, как ни в чём не бывало, продолжал работать с терминалом. — Но прежде всего, велите Рите идти дальше. Она нужна в рубке.
К моему удивлению, профессор без лишних расспросов сказал дочери:
— Ступай к капитану, Рита. Он тебя ждёт.
Рита так же беспрекословно подчинилась. Очевидно, сам факт присутствия на военном корабле настроил их на соответствующий лад. А может, они просто доверяли мне. Что ж, коли так, то сейчас это доверие подвергнется суровому испытанию…
Когда Рита скрылась за поворотом, я вновь заговорил:
— Господин профессор, вы должны сделать одну крайне неприятную для вас вещь.
— Да?
— Возвращайтесь обратно в кают-компанию и арестуйте господина Шанкара.
— Что?!
— Именно то, что я сказал, профессор. Я почти уверен, что ваш учитель не замешан в… в то, что происходит на корабле, но на всякий случай его нужно временно изолировать. До выяснения всех обстоятельств.
— Но, мистер Матусевич…
— Пожалуйста, профессор, сделайте то, что я говорю. А все объяснения — потом. Заприте господина Шанкара в какой-нибудь каюте…
— Каюта номер шесть, — подсказала Рашель. — Она предназначена для содержания под домашним арестом. Например, если кто-то из пассажиров напьётся и начнёт дебоширить, или с кем-то случится нервный срыв… Ну, вы понимаете.