"Фантастика 2023-175". Компиляция. Книги 1-21 (СИ)

— Если не возражаете, сударыня, — обратился король к Гвен, — я бы хотел немного поговорить с лордом Бренаном с глазу на глаз. Как говорится, чисто по-мужски.
Гвен с готовностью поднялась.
— Тогда я подожду в приемной, — сказала она.
— И еще, — добавил Энгас аб Брайт, — будьте так добры, передайте моему секретарю, что я хочу видеть первого министра и министра права.
Когда Гвен вышла из комнаты, Бренан, вставший было вместе с ней, опять сел в кресло.
— Скажите-ка, юноша, — произнес король, — вы знаете, в чем ваша наибольшая проблема? После молодости и некомпетентности, разумеется.
— Ну, наверное, мое незнатное происхождение, — предположил Бренан. — Хотя в народе и ходят слухи, что я знатного рода, всем лордам хорошо известно, что мои родители…
— Фу, глупости! — перебил его Энгас. — На самом деле это не интересует никого, кроме сдвинувшихся на родословных остолопов, которые ничего не достигли в жизни, ничем не отличились, поэтому им остается только похваляться количеством своих предков рыцарского сословия. А остальным абсолютно все равно, кем были ваши родители, так как сами вы принадлежите к ведьмовскому роду. Еще и к самому славному из ведьмовских родов — роду О'Мейнир, основанному в те древние времена, когда пращуры большинства нынешних вельмож были простыми шинанскими крестьянами и рыбаками. А реальная ваша проблема состоит в том, что сейчас вы являетесь лордом Тир Минегана, Ивыдона и Коннахта, но не Катерлаха. У нас процедура оформления права собственности на поместья длится несколько дольше, чем у соседей, чтобы дать возможность всем заинтересованным лицам оспорить земельные акты в суде и больше к этому не возвращаться. Лишь в середине хверода ваше имя должны занести в Государственный дворянский реестр, и уже тогда вы станете катерлахским лордом. Отсутствие этого титула не мешает вам претендовать на престол, в нашей истории были случаи, когда королями становились чужеземные принцы. Однако закон четко оговаривает, что регентом королевства может быть только лорд Катерлаха.
Бренан кивнул. Он уже знал об этом от Шайны и Гвен. По давней традиции, умирающий король Катерлаха высказывал свою волю относительно кандидатуры преемника, назначая его лордом-регентом — фактически временным королем, который должен был править страной, пока совет лордов определяется со своим выбором. А в случае скоропостижной смерти короля регентом автоматически становился его старший сын, у которого не было никаких шансов получить отцовскую корону. Впрочем, случалось и так, что при отсутствии явного фаворита сам король выдвигал на регентство своего сына. Как Бренану было известно, в последние дни сестра Бригид вер Камрон пыталась убедить Энгаса аб Брайта, чтобы тот отказался от поддержки графа Карвадонского и назначил регентом лорда Кивина аб Энгаса.
— Я уже смирился с тем, — продолжал король, — что Авлайд аб Калвах выбыл из борьбы. А дать ему регентство означало бы лишь дополнительно усложнить избирательный процесс, который и без того обещает быть напряженным. Против графа Ярвийского я не имею серьезных возражений, также он устраивает и многих ведьм, но с ним может возникнуть очень некрасивая ситуация, если вы все-таки решите не ждать следующих выборов, а уже сейчас претендовать на престол. И ко всему прочему, мой сын Кивин не хочет становиться регентом.
— Почему?
— Его не вдохновляет перспектива на каких-то пару месяцев занять трон, потом уступив место кому-то другому. И я это прекрасно понимаю, ведь и сам бы не обрадовался такому подарку. Кивин советует мне отбросить предвзятость и просто назначить регентом леди Гвенет.
— О! — не сдержал возгласа удивления Бренан. — А разве это возможно?
— Конечно. До сих пор в Катерлахе не было ни одной женщины — регента, да и сам полный титул звучит как «лорд-регент», но из этого вовсе не следует, что регент — исключительно мужская должность. В нашем законодательстве термин «лорд» означает не пол человека, а его статус. Катерлахским лордом является лицо дворянского происхождения, имеющее в собственности земельный надел, дающий право на соответствующий титул. Леди Гвенет владеет Кил Морганахом, а значит, по закону является лордом Катерлаха. Наверное, ваши сестры не упоминали о таком варианте, так как даже мысли не допускали, что я соглашусь хотя бы рассмотреть его. Им хорошо известно, с какой опаской я отношусь к ведьмам, а леди Гвенет, хоть и утратила свою Искру, все равно остается ведьмой. Поддержка ваших претензий на престол в целом не противоречит моим принципам; в конце концов, большинство мужчин-ведьмаков были королями и принесли немало пользы своим странам. Ваше намерение сделать своей королевой бывшую ведьму меня нисколько не радует, однако с этим я ничего не могу поделать — тут мне приходится смириться с неизбежным. Но чтобы я сам, собственноручно посадил ее на трон… Только не подумайте, — добавил Энгас после короткой паузы, — что у меня есть какие-то претензии лично к леди Гвенет. Она очень славная девушка, и в свое время я даже строил планы женить на ней моего внука Фланана. Но она всегда будет оставаться минеганской ведьмой, ставя превыше всего интересы своего Сестринства.
 
— Я так не думаю, государь, — возразил Бренан, пытаясь говорить без запальчивости, со спокойной рассудительностью. — Разумеется, воспитание много значит, и на первых порах леди Гвенет придется несладко. Но точно так же трудно и многим принцессам, которые выходят замуж за чужеземных принцев, а потом становятся королевами в неродной для себя стране. Но ничего — как-то справляются с этим. Скажем, в Торфайне я ни от кого не слышал нареканий, будто бы их королева, получив после смерти мужа регентство, действует в интересах Сейшана, своей родины. А Эйр… то есть леди Эйрин рассказывала, что ее тетка, леди Идрис вер Берах, целиком предана Ленниру, хотя родилась и выросла в Тир на х-Эйдале.
— Все это так, — согласился король. — Однако вы должны понимать, что между воспитанием принцесс и воспитанием ведьм есть большая разница. Каждую знатную девицу с детства приучают быть верной той земле, которой будет править ее муж. А ведьмы преданы прежде всего своему Сестринству и при этом искренне убеждены, что они одни знают, как будет лучше для всего человечества. Я очень боюсь, что леди Гвенет никогда не сможет избавиться от этой веры в непогрешимость ведьм и в своей деятельности всегда будет руководствоваться мыслью, что самый правильный путь для Катерлаха — идти в фарватере Тир Минегана. Сможете ли вы противостоять ей?
— Я уверен, что до противостояния дело не дойдет, — твердо произнес Бренан. — Вы ошибаетесь в своей оценке леди Гвенет. Она… А впрочем, не буду спорить с вашей светлостью. Все равно вы уже решили сделать ее регентом.
Король пристально посмотрел на него:
— Интересная догадка. Почему вы так думаете?
— Потому что иначе вы бы не заводили со мной этого разговора. Я ни на мгновение не допускаю, что вам нужен мой совет. Думаю, что таким образом вы хотите оповестить меня о будущих проблемах, связанных с леди Гвенет, и выяснить, готов ли я к ним. А может быть, собираетесь выдвинуть мне определенные условия для ее назначения.
Энгас не успел ничего ответить, так как раздался осторожный стук в дверь. Это был камердинер с известием, что первый министр и министр права пришли по вызову. Король велел передать, чтобы они подождали, а когда слуга вышел, прокомментировал:
— Быстро примчались! Наверное, поджидали где-то неподалеку в надежде, что я их вызову. Вот кому больше всего не терпится услышать имя регента — так это чиновникам. По большому счету им все равно, кто им станет, главное для них — определенность. — С этими словами он взял со стола тонкую папку и раскрыл ее. — Ну ничего, пусть еще немного подождут. А тем временем подтянутся и высшие лорды, находящиеся сейчас в Ринанхаре. Им, наверное, уже доложили о нашей встрече.
Король извлек из папки наполовину исписанный лист плотной бумаги и положил его на свою дощечку для письма. У Бренана было достаточно острое зрение, чтобы без малейших усилий разобрать заголовок: «О введении регентства в Объединенном Королевстве Катерлах».