"Фантастика 2023-175". Компиляция. Книги 1-21 (СИ)

  
Глава XIV
 
ВОСЕМНАДЦАТАЯ ГОДОВЩИНА
 
В детстве Бренан отмечал свои дни рождения в тесном семейном кругу, вместе с отцом и матерью. Вечером они собирались втроем за празднично накрытым столом, ели разные лакомства, которых не позволяли себе в другие дни, много разговаривали, пели песни, смеялись… Это были светлые и радостные вечера, наполненные теплом и любовью. Их очень не хватало Бренану, когда после смерти родителей он переселился в Дервег к родственникам, которые не знали ни дня его рождения, ни сколько ему лет, — да и знать об этом не хотели. А свое семнадцатилетие Бренан встретил в маленьком трактирчике на границе между Мынви и Энтримом, когда путешествовал по Северному Абраду.
Сегодня Бренану исполнялось восемнадцать, и впервые в жизни он делил этот день с другим человеком — со своей сестрой-близнецом Шайной, о существовании которой до недавнего времени даже не подозревал. Они так рассчитали отъезд из Тылахмора, чтобы сорок первого монфовира наверняка быть в Кыл Морганахе, и тут, в своей усадьбе, Гвен устроила для них настоящее празднование. На обеде по случаю восемнадцатилетия Шайны и Бренана были не только свои, хотя и «своих» набралось немало, поскольку по пути к ним присоединились шесть ведьм из Гулад Данана, Торфайна, Сейшана и Тир Алмынаха, а в самом Кыл Морганахе ждали еще трое, которые как раз находились на юге Катерлаха. Кроме того, прослышав о возвращении Гвен, к ней пожаловали чуть ли не все знатные соседи, в частности граф Ридихенский со своей семьей. О дне рождения они ничего не знали, просто хотели засвидетельствовать свое почтение хозяйке и ведьмам, прибывшим вместе с ней, но их тоже пришлось пригласить на праздник.
При всей своей непривычности такое шумное и многолюдное празднование дня рождения понравилось Бренану. Если бы гостей было меньше, он, наверное, чувствовал себя немного неуютно в центре всеобщего внимания, а так количество присутствующих превысило тот предел, когда компания уже не держится вместе, а стремится разделиться на небольшие группки. Поэтому Бренан чувствовал себя довольно комфортно, так как сам мог выбирать, с кем ему общаться, а с кем нет.
К тому же именно сегодня Гвен впервые его поцеловала. Пусть и не по-настоящему, а просто провозглашая тост легонько чмокнула Бренана в губы, — но все равно это было чрезвычайно приятно. Еще приятнее ему стало, когда Гвен в разговоре с графиней Ридихенской, двумя ее старшими дочерьми и еще несколькими гостями как будто невзначай назвала его своим женихом. Потом картинно спохватилась, начала объяснять, что о свадьбе в данный момент речь не идет, это пока лишь планы на будущее, однако дело было сделано, и вскоре среди всех присутствующих распространилась весть об этой неформальной помолвке. Бренан был рад, что Гвен все-таки решилась придать их отношениям некую определенность, и даже не думал требовать от нее большего. Он понимал, что такое объявление о намерениях — максимум, к чему она сейчас готова.
Вскоре, улучив момент, когда рядом никого не было, Гвен немного взволнованно спросила:
— Ты же не сердишься, что я так сказала? Это было неправильно — сначала я должна была посоветоваться с тобой.
— Ничего, — успокоил ее Бренан. — Все в порядке. Хотя надо признать, что для меня это стало неожиданностью.
— Для меня тоже. Я поступила импульсивно и необдуманно. Заметила, как дочери графа строят тебе глазки, и мне так захотелось утереть им нос, показав, что ты мой и никому другому не достанешься. Только не подумай, что я какая-то сумасбродка…
— Я так не думаю, Гвен. Я все понимаю. В конце концов, раз мы твердо решили, что когда-нибудь поженимся, то почему бы не сказать об этом другим. Теперь, когда люди будут знать о нашей помолвке, будет меньше сплетен, меньше недоразумений. Если честно, мне уже надоело объяснять: «Нет, господин такой-то или госпожа такая-то. Мы не любовники. Просто леди Гвенет обучает меня чарам».
Она согласно кивнула:
— У меня были такие же проблемы. Мы от них избавились, но теперь возникнут другие. Все будут спрашивать, когда же мы поженимся. Собственно, мы можем сделать это хоть завтра, в Катерлахе любая ведьма, скажем, Шайна, сможет нас обвенчать. Но…
 
— Но не стоит спешить, — сказал Бренан, потому что должен был так сказать.
— Да, не стоит, — согласилась Гвен. — После свадьбы наступает брачная ночь, а я… Не скажу, что не хочу этого. Я хочу, потому что ты мне нравишься, потому что ты ведьмак, предназначенный мне самой судьбой. Просто я хочу большего. Хочу, чтобы мы запомнили нашу первую ночь на всю жизнь. А это случится только тогда, когда мы на самом деле полюбим друг друга.
Бренан нежно посмотрел в манящую глубину ее серых глаз и коснулся пальцами шелковистых русых волос.
— Я тоже этого хочу, Гвен.
Уже второй раз она легонько поцеловала его в губы.
— Мне очень повезло с тобой, Бренан. Еще немного — и я уже не буду сожалеть о потерянной Искре.
Однако Бренан знал, что этого никогда не произойдет. Всю свою жизнь Гвен будет страдать от невыразимой тоски по силе, которой когда-то обладала, по вечной молодости, которой лишилась. А его долг — всегда быть рядом и облегчать ее страдания. Он с этим справится, потому что любит ее и готов ради нее на все.
Также Бренан думал о том, как хорошо все сложилось, что Гвен не запомнила тех ужасных минут, когда чуть не умерла. И не только потому, что тогда он наговорил ей лишнего. Наверное, Шайна все-таки была права, и его преждевременное признание лишь ускорило бы их брак. Это было бы не очень хорошо, но и не фатально. Намного худшие последствия имели бы другие воспоминания — о том, как к Гвен ненадолго вернулась настоящая ведьмовская сила, когда Эйрин поделилась с нею Искрой, а потом вновь оставила ее. Во второй раз. Возможно, она сама бессознательно заблокировала эти воспоминания, чтобы не бередить свою рану…
Тут к Бренану с Гвен присоединились Шайна с Лиамом. Впрочем, ненадолго, а только для того, чтобы быстренько поздравить с помолвкой, а потом разделить их — Лиам повел сестру в одну сторону, а Шайна увлекла брата в другую.
— Ну наконец-то вы решились, — сказала она Бренану, и он нисколько не сомневался, что Гвен то же самое услышала от Лиама. — Я рада за тебя, братик. Рада за вас обоих.
— Спасибо, Шайна, — ответил он. — Это целиком была инициатива Гвен. Как ты и советовала, я на нее не давил.
— Вот и хорошо. Правда, я больше боялась не из-за тебя, а из-за новоприбывших сестер. — Она бросила быстрый взгляд на группу из пяти ведьм, которые оживленно что-то обсуждали в дальнем углу зала. Возможно, именно его с Гвен помолвку. — Они все молодые… ну, конечно, взрослее меня, но все-таки молодые и нетерпеливые. Было бы скверно, если бы кто-то из них надумал подгонять Гвен.
— А с чего бы им ее подгонять? — удивился Бренан. — Разве их волнует, поженимся мы или нет?
— Ну… Скажу так: они в этом заинтересованы. Точнее, не они, а мы. То есть ведьмы. Касательно вас двоих у нас есть один план. Старейшим он не нравится, старшие разделились пополам, а большинство обычных сестер его поддерживают. В частности и я.
— И что же это за план?
— Сделать вас королем и королевой Катерлаха, — спокойно, словно речь шла о чем-то будничном, объяснила Шайна.
От неожиданности он так резко остановился, что чуть не споткнулся на ровном месте.
— Что?! Королем и коро… — Он запнулся, поняв, что произнес это слишком громко. К счастью, рядом никого не было, а в зале играла достаточно громкая музыка, поэтому никто ничего не расслышал. — Сестричка, что за глупости? — уже тише продолжил Бренан. — Я знаю, княжеские сынки мечтают жениться на Гвен, потому что это откроет им путь к катерлахской короне. Но я ведь из простого рода. Хотя родители и воспитали меня образованным, я все равно остаюсь крестьянским сыном. Еще и лахлинцем.
— А я крестьянская дочь, — сказала Шайна. — Еще и лахлинка. Но вместе с тем я ведьма. Поэтому ко мне, крестьянской дочери, короли и князья относятся как к равной. То же самое касается и тебя, Бренан, потому что ты ведьмак. Только не нужно сравнивать себя по силе с колдунами. Для обычных людей важна не величина силы, а ее происхождение. Колдовская магия имеет земную природу, а ведьмовская происходит от Искры, ниспосланной с Небес. Именно это для большинства является самым главным. А то, что ты из простого рода… Все ведьмаки до тебя были из простых, но это не помешало им стать королями или князьями. Ивыдонцы гордятся тем, что у них было целых два короля-ведьмака, и искренне уверены, что именно благодаря этому их страна является самой богатой на Абраде. Думаю, что и в Ферманахе, хотя на Юге совсем другая ситуация, многие люди связывают бывшее величие своей бывшей империи с семидесятилетним правлением императора-ведьмака.