"Фантастика 2023-175". Компиляция. Книги 1-21 (СИ)

Карсидар, всё ниже пригибался к шее скакуна, всё крепче сжимал её. Неудивительно, что он совсем растерялся и не сумел совладать с конём, когда перед ним, будто из-под земли, возник рослый воин в кольчуге и островерхом шлеме, перегородил дорогу копьём и велел остановиться. Ристо шарахнулся в сторону, встал на дыбы, и Карсидар, вылетев из седла, кубарем покатился по земле.
  
Глава XIII
 
СИТУАЦИЯ ПРОЯСНЯЕТСЯ
 
Карсидара трясли за плечи, голова его моталась из стороны в сторону. Каждое движение отдавалось пульсирующей болью в обожжённом подбородке, что и привело его в чувство. Он с трудом разлепил веки. В предрассветной мгле вырисовывались склонённые над ним бородатые лица.
— Эй, ты живой? Ты откуда такой взялся?
Карсидар отшатнулся, невольно стукнувшись затылком о мягкую землю, охнул и с затравленным видом посмотрел на трёх бородачей. Русоволосый гигант, похожий на них, пресмыкался перед изувером Менке. Значит, опять враги! Надо сейчас же…
— Потише, потише. Успокойся. Вот, попей немного, и тебе полегчает. Небось, умираешь от жажды.
Карсидар ощутил на потрескавшихся губах приятную прохладу воды. Несмотря на боль в подбородке, он осторожно глотнул, потом ещё и ещё. По-клопиному жадно присосался к горлышку сосуда. Да, именно влаги ему как раз не хватало.
А бородатые, видать, настроены дружелюбно или, по крайней мере, участливо, раз заботятся о нём. Не то, что плосколицые, которых он…
Карсидар икнул. При воспоминании о погроме, учинённом в лагере узкоглазых дикарей, ему сделалось дурно. Однако он успел освежиться и прополоскать рот, смыв горечь жёлчи, поэтому всё обошлось более или менее благополучно.
— Где я? Что со мной… — проговорил тихо и добавил не очень уверенно:
— Я цел?
— Что ты сказал? — спросил один из бородачей, который находился прямо перед ним.
У Карсидара закружилась голова, а перед его глазами всё поплыло. Внезапно он сообразил, что с ним происходит нечто в высшей степени странное: слова, которые произносили эти люди, были ему совершенно незнакомы, но он, тем не менее, понимал их! И не только отдельные слова — он до тонкостей улавливал смысл их речей. С бородачами же ничего подобного не происходило, и то, что говорил им Карсидар, оставалось для них полнейшей загадкой.
Чёрт побери, что же делать? Каким-то непостижимым чудом он стал понимать чужой язык, и это, конечно, хорошо. Однако беда в том, что он не имеет ни малейшего понятия, как говорить на этом языке. Разумеется, мелькнуло в голове Карсидара, слушая разговоры, он быстро запомнит нужные слова и целые фразы, научится правильно их произносить и тогда сможет сносно объясняться… Но бородачи ждут немедленного ответа, напряжённо вглядываясь в его глаза. А отвечать-то нечего!..
Карсидару помог всё тот же человек. Он наморщил лоб, прищурился и, сопровождая слова порывистыми движениями рук, раздельно, почти по слогам повторил:
— Ска-жи-что-ты-го-во-ришь?
Вероятно, он хотел в более доступной форме растолковать ему, чего хочет. И тут Карсидара осенило: жесты! Так просто. И главное, понятно без слов.
Карсидар медленно, стараясь не делать резких движений, поднялся с земли и принял сидячее положение. Затем с осторожным любопытством осмотрелся. Оказалось, что кругом ровная гладкая степь, поросшая кое-где чахлыми лозами. Горизонт скрывали клочья довольно густого предутреннего тумана, но каких-либо признаков изменения ландшафта за видимыми пределами не было. Правда, туман… Возможно, поблизости есть озеро или река. Вот, значит, каков он, загадочный Ральярг, колдовская страна! Обыкновеннейшая земля. Хотя, с другой стороны, чего же ещё можно было ожидать?
Кроме трёх бородачей, сидевших перед ним на корточках, немного в стороне стоял четвёртый воин, без бороды, но с длинными усами, который присматривал за лошадьми. Пятый же, безусый и безбородый, держал под уздцы Ристо. Вот кому Карсидар искренне обрадовался!
— Ристо, Ристо, — позвал он слабым голосом.
Конь переступил с ноги на ногу и радостно фыркнул.
 
— Ристо? — переспросил безусый. — Хорош у тебя конёк, нечего сказать. Только вот кличка у него странная, не нашенская.
— Да и сам ты на наших не очень похож, — вмешался усач, который стерёг остальных коней. — И говоришь непонятно.
Карсидар тем временем осторожно ощупал себя. К подбородку не прикасался, лишь провёл около него рукой, сузил глаза и многозначно покачал головой: больно!
— Ты ехал оттуда? — сидевший прямо перед ним показал куда-то за спину Карсидара. Понял! Молодец, догадливый.
Карсидар молча кивнул.
— От татар удрал? — спросил тот, кто был справа.
Карсидар решил, что так, скорее всего, называют узкоглазых воинов, и на всякий случай снова утвердительно кивнул.
— Так ты один ехал? — продолжал допытываться первый. — Ты, случаем, не знаешь, кто у них пожар устроил?
Значит, татары — в самом деле название плосколицых. Хорошо. Но как быть с ответом? Поверят ли?.. Впрочем, что же ещё отвечать! И Карсидар несильно ударил себя кулаком в грудь. Бородачи обменялись удивлёнными взглядами.
— Это ты их поджёг? — недоверчиво произнёс тот, что был слева. — Ты сам?
Карсидар кивнул.
— Почему ты не говоришь? — подозрительно спросил первый. — Язык-то у тебя есть.
— Все равно ты не поймёшь меня, — сказал ему Карсидар.
— Что-что? — тут же переспросил бородач.
Карсидар осторожно, чтобы не задеть обожжённую кожу, тронул себя за губы и отрицательно повертел головой.
— Гм… Странно. Но нас-то ты понимаешь, ведь так?
Карсидар пожал плечами и развёл руками: дескать, хоть это и странно, но дела обстоят именно так.
Глядя на подбородок Карсидара, второй бородач показал в то же время на его правый висок:
— Это тебе татары сделали?
Карсидар понял, что он имеет в виду обрубленное ухо и ожог, и кивнул.
— Так ты один у них был?
Карсидар сжал кулак и оттопырил указательный палец: да, один.
— Ладно, — первый бородач встал, крякнул, потёр шею и сказал. — В общем, перевяжите его, ребятушки, да поедем поглядеть, что от татарвы проклятой осталось.
Судя по его поведению, первый бородач был среди них главным. И пока он шептался со сторожившими лошадей воинами, два других занялись Карсидаром. Наполовину отрезанное ухо осторожно омыли водой из сосуда. Один из бородачей сорвал пару широченных листьев какой-то травы. Другой, подкрепляя слова энергичными жестами, объяснил Карсидару, чтобы тот снял рубаху, потому что её надо порвать на тряпки. Однако Карсидар, ещё не вполне доверявший этим людям, решил не показывать им рукавный арбалет, поэтому снять куртку наотрез отказался. Тогда бородач пожал плечами и, не долго думая, оторвал узорчатый подол от своей длинной рубахи, выглядывавшей из-под кольчуги. Этого на повязку хватило.
— Надеюсь, не забудешь рубаху мою, а? То-то же, — приговаривал бородач, приложив к голове Карсидара широкие листья и приматывая их покрепче разодранным на полосы подолом.
Ожог перевязывать не стали.
— Придётся потерпеть, пока в город не приедем, — объяснил затем бородач. — Сам рубаху рвать не хочешь, так небось желаешь, чтобы я свою до конца изодрал? Хитрый какой! Мне её Звенислава, ладушка моя, сколько ночей кряду вышивала, не выйдет.
— Полно тебе болтать, Ипатий, — оборвал его первый бородач. — Всё готово?
— Известно, — Ипатий привстал, критически осмотрел дело рук своих и констатировал:
— Держаться будет.
— Тогда тронулись.
Ипатий с товарищем взяли Карсидара под мышки, осторожно подняли с земли, поставили на ноги, подвели к Ристо и помогли забраться в седло. Затем и остальные вскочили на лошадей и, пустив их мелкой рысцой, направились к месту, где ночью располагался лагерь плосколицых воинов-татар.
Хотя Карсидару оставили меч, по-видимому, предводитель не очень доверял встреченному просто посреди степи незнакомцу, иначе не наказывал бы младшим стеречь его. Те двое, что во время остановки присматривали за лошадьми, теперь следили за Карсидаром, держась чуть позади него, и он постоянно ощущал на затылке их настороженные взгляды. Впрочем, опасаться за свою жизнь пока не приходилось. Эти люди могли перерезать ему горло, пока он был в обмороке после падения с коня… или, по крайней мере, могли попытаться сделать это.