"Фантастика 2023-175". Компиляция. Книги 1-21 (СИ)
Инга собиралась что-то сказать, но Ильмарссон быстрым жестом дал ей знак молчать и мягко заговорил:
— Теперь послушай меня, Герти. Я не стану спорить с тем, что Нижний Мир причиняет людям много зла. Ведь он и есть само Зло — такова его природа. Также я не отрицаю твоего права отомстить Велиалу за себя, за свою мать, за всех своих сестёр и их матерей. Только прежде подумай хорошенько о том, какую цену придётся заплатить за твою месть. Не тебе лично — но всему человечеству. Уничтожив Хозяев, ты ни на каплю не ослабишь Нижний Мир. К нашему великому сожалению, Зло неуничтожимо — таков закон бытия. Я говорю не об обычном земном зле, а о вселенском, которое является неотъемлемой частью нашего мироздания. С ним можно бороться, ему можно противостоять; но исчезнет оно только вместе со всей нашей Вселенной. Ты слушала мои лекции, ты очень умная девушка и должна это понимать. На смену прежним Хозяевам Преисподней обязательно придут новые — и нет никакой гарантии, что они окажутся лучше своих предшественников. Но мало того, тотальная борьба за власть в Нижнем Мире неизбежно выплеснется на Грани, претенденты на роль новых Хозяев будут стремиться продемонстрировать свою силу, чёрные маги станут выслуживаться перед ними, соревнуясь друг с другом в необузданной, беспредельной жестокости. Это повлечёт за собой столько смертей и разрушений, сколько не знала ещё ни одна Столетняя Война.
Решимость Герти несколько ослабела, и Сущность вновь отступила от неё. Правда совсем чуть-чуть, самую малость…
— Да, Герти, всё именно так и будет, — взяла слово Инга. — Скажу тебе даже больше — уничтожить Хозяев Преисподней никогда не было проблемой. Это мог сделать любой из Великих, могли сделать предыдущие Посланцы — и, наконец, это можем сделать мы с мужем. Признаться, у нас был такой соблазн, но мы одолели его. Поняли, к чему это приведёт. Нам достаточно было представить, что на месте Велиала окажется Женес де Фарамон — ты наверняка слышала о нём. А мы с ним имели дело и знаем, что по своей жестокости и подлости он переплюнет всех нынешних Хозяев.
— Но ведь и его можно уничтожить, — не совсем уверенно произнесла Герти.
— Можно, — подтвердила Инга. — Но всегда найдётся другой Женес де Фарамон. А на всех таких женесов силы не напасёшься. Кроме того, уважаемый Вышний забыл сообщить тебе — наверное, по чистой случайности, — одну весьма важную деталь. Такую атаку на Нижний Мир можно произвести лишь единовременно, после чего он приобретёт иммунитет от подобных вторжений на целую тысячу лет. Это тоже закон бытия — закон сдерживания и противовесов, который не позволяет ни одной из сторон получить существенный выигрыш в извечной борьбе Добра и Зла. — Она посмотрела на де Каэрдена: — Я вообще не понимаю вас, Ривал. Как вы можете такое предлагать? Ведь вы много лет служили Мэтру.
— Да, служил. И до сих пор испытываю от этого стыд. Мне приходилось выполнять такие его приказы, которые тяжким бременем лежат на моей совести. Ты знаешь, о чём я говорю, Инга. Мне было заранее известно о готовящемся Прорыве на Истре, но я не смел поднять тревогу и вызвать помощь. Когда нечисть убивала всех жителей в замке князя Верховинского, я оставался безучастным к этому и спас лишь одного младенца — твоего будущего мужа, хотя мог спасти и многих других. Также я догадывался, что твои братья, Сигурд и Гийом, были обречены Мэтром на заклание, чтобы отвлечь внимание Велиала от тебя. Я догадывался, но не решился нарушить его приказ и доставить мальчиков в безопасное место. Были и другие эпизоды, о которых я не хочу сейчас вспоминать. Однако скажу Герти ещё кое-что, о чём мы, Вышние, поначалу собирались умолчать, но теперь приняли решение предать это огласке. Когда я говорил, что Велиал каким-то образом прознал о наших Дочерях, это была не вся правда. На самом деле ему сообщил обо всём Мэтр. Последний из Великих не побрезговал вступить в сговор с Нижним Миром, лишь бы воспрепятствовать новому Пришествию. Так что не слушай королеву, Герти, она наследница того бездушного существа, которое хладнокровно обрекло твою мать и других женщин на смерть и надругательство. А что касается почтенного мастера Ильмарссона, то и он сказал тебе далеко не всё. Да, верно, после уничтожения Хозяев в Нижнем Мире начнётся борьба за власть, которая действительно выплеснется на Грани. Но вместе с тем и мы, Вышние, получим возможность больше участвовать в земных делах. У нас появятся адепты нашей силы — белые маги, которые будут защищать человечество от Зла, нести миру Правду и Добро!
— А что будет с теми, кто не захочет вашего Добра? — внезапно раздался из глубины коридора голос.
Со стороны центральной лестницы к ним быстрым шагом приближалось трое человек — Абигаль Ньердстрём, её дядя Беньямин и ещё какой-то незнакомый Марку юноша, смуглый и темноволосый. Именно ему принадлежали последние слова.
— Эйнар! — воскликнула Герти радостно и немного растерянно. — Эйнар… это ты?… что с тобой?…
— А, совсем забыл! — Он на ходу взмахнул рукой, воздействовав на себя чарами. — Просто маскировка.
Смуглость с его лица исчезла, оно стало светлым, даже бледным, а волосы из тёмных превратились в белокурые. В таком виде он показался Марку знакомым. И это естественно — Эйнар Ларссон был очень похож на своего отца, чёрного мага Свена Ларссона.
Мастер Аль-Нури и госпожа Корелли бросились было останавливать эту троицу — но затем, видимо, получив от Ильмарссона мысленный приказ, не стали чинить им препятствий.
— Значит, белые маги, рыцари Правды и Добра, — вновь заговорил Эйнар Ларссон, обращаясь к де Каэрдену, который, похоже, был застигнут врасплох появлением новых действующих лиц. — Вот к чему стремится Вышний Мир! И, небось, ваши белые маги будут точно так же привязаны к вам, как чёрные привязаны к Преисподней. Будет Белое Причастие, будут жертвоприношения на алтарях Света, потом появятся белые одержимые и белокнижники… Это то будущее, о котором они мечтают, милая Герти. То будущее, которое страшит меня ещё больше, чем настоящее. — Эйнар подступил почти вплотную к окружавшему Герти облаку Сущности. — Извини, я не успел вовремя и многое пропустил. Я не знаю точно, что это за сила, которая хочет войти в тебя, вряд ли она злая изначально — иначе великий и мудрый мастер Ильмарссон не стал бы держать её в школе. Но всё равно я не советую её принимать. Она тебе ни к чему — ты хороша такая, как есть. Оставайся собой; оставайся той Герти, которую я люблю.
— Ах, Эйнар! — произнесла Герти со слезами в голосе. — Я уже не могу… Это моя судьба…
— Судьбы нет! — твёрдо возразил он. — Есть только свободная воля, данная каждому из нас.
— Не слушай мальчишку, Герти, — вмешался де Каэрден. — Он ничего не понимает. Исполни своё предназначение. Исполни то, для чего ты рождена.
— Предназначение, говорите? — Ларссон взглянул на Вышнего со злой насмешкой. — А где же было это предназначение на Зелунде? Ты должна знать, Герти, что твоя мать погибла не случайно, её убийство было подстроено Велиалом…
— Я знаю, Эйнар.
— Ну да, об этом тебе могли рассказать. Но я очень сомневаюсь, что тебе рассказали и о другом. О том, что пастор, требовавший твоей казни, действовал не по собственной инициативе — ему был сон от Вышних. Они хотели твоей смерти, но потом передумали и решили, что ты ещё окажешься им полезной. В этом вся их суть, они такие же безжалостные, как их антиподы, только рядятся в белые одежды Добра. Не связывайся с ними, умоляю тебя.
Казалось, Герти вот-вот разрыдается.
— Но я… я принадлежу им…
— Ты никому не принадлежишь, только себе! — заверил её Ларссон и ласково улыбнулся. — Ну, может, ещё и мне — потому что я люблю тебя. И в той же самой мере я принадлежу тебе. — Он протянул ей руку. — Сбрось эту пелену, родная, иди ко мне.
Герти послушалась и сделала шаг к нему. Но Сущность двинулась вместе с ней, и кончики пальцев Ларссона погрузились в голубую с золотыми искорками дымку…
Что-то ослепительно сверкнуло, громыхнул гром, и Ларссона отбросило на добрый десяток метров вдоль коридора. Он ударился о стену, рухнул на пол и замер неподвижно. Ильмарссон, с неожиданной для своего возраста прытью, побежал к нему, опередив и Абигаль, и Беньямина, и госпожу Корелли.