"Фантастика 2023-175". Компиляция. Книги 1-21 (СИ)

Ларссон закрыл блокнот, сунул его во внутренний карман и достал оттуда же сложенные вчетверо страницы из записей МакГрегора. У него остались две главы — о Небхет Аштой и Визельде ван Гирен, а главу о Риве Шолем он отдал её брату Бену. Костёр, на котором они готовили себе обед, уже почти погас, но Ларссон с помощью простых чар заставил его вспыхнуть снова и решительно бросил страницы в огонь.
«Герти не должна узнать, — думал он, глядя, как быстро чернеют листы желтоватой бумаги. — И никогда не узнает…»
  
Глава 13
 
Марк и королева Инга сидели на дубовой скамье перед фасадом большого двухэтажного дома с широким мраморным крыльцом. От подножия ступеней до ворот усадьбы тянулась усыпанная мелким гравием аллея, вдоль которой росли аккуратно подстриженные декоративные кусты. Возле ворот спокойно сидел серый кот Нильс, а вокруг него ходил кругами Леопольд. Он подозрительно поглядывал на своего обидчика и время от времени сердито шипел, но Нильс на это никак не реагировал — Инга больше не заставляла его прогонять Леопольда.
За углом дома начинался сад. Только что туда ушла Андреа (то есть, конечно, Сандра) вместе с шестилетним Феликсом. Мальчик называл её тётей, хотя на самом деле был её сыном. А также сыном Владислава. Марк слышал эту историю, а шесть лет назад, будучи с Ингой на Основе, видел там Сандру и её подругу Кристину, которую теперь звали Гвен. В то время они выглядели совсем иначе, но даже в своём новом облике Андреа и Гвен показались Марку знакомыми при их первой встрече в школе. Правда, тогда он решил, что это чувство «дежа-вю» возникло у него из-за того, что Гвен напоминала Ильмарссона, а Андреа — Ингу…
— Сегодня особенный день, — наконец отозвалась Инга, глядя в безоблачное летнее небо. — Сегодня исполняется ровно восемь лет с тех пор, как мы с Владиславом очутились здесь, на Ланс-Оэли. Отсюда и начался наш путь к вершинам власти и могущества. Прошло только восемь лет — а сколько всего изменилось!.. Оглядываясь назад, я понимаю, что тогда мы были намного счастливее.
Марк не знал, что и сказать. Восемь лет назад он тоже чувствовал себя более счастливым, чем сейчас. Наверное, счастье — это такая штука, которой с возрастом становится всё меньше. А дети почти всегда счастливы и беззаботны. Вот, например, Феликс — он счастлив просто потому, что к нему в гости пришла «тётя Андреа»…
— Я не заметил у Феликса колдовского дара, — наконец произнёс Марк.
— И не мог заметить, — ответила Инга. — Никто не замечает, даже Владислав. Я крепко связала всю силу Феликса, чтобы его принимали за обычного мальчика. Пусть он немного повзрослеет, тогда и посмотрим. Всё равно обучение колдовству обычно начинают не раньше девяти — десяти лет.
— А дар Андреа… вернее, Сандры? Ведь над ней провели экзорцизм.
— То был не совсем экзорцизм… хотя не имеет значения. Так или иначе, её колдовской дар был разрушен. Но мне удалось частично его восстановить.
— Вы умеете наделять людей магией?
Инга отрицательно покачала головой:
— Наделять — нет. Я могу лишь возвращать утраченное, да и то не до конца. От рождения у Сандры был инквизиторский дар, а я сумела восстановить его только до промежуточного.
— И давно вы это сделали?
— Примерно через год после всех тех событий. Сандра сама связалась со мной через Кристину. Она попросила освободить её от опеки несториан.
— Но почему? Кажется, они хорошо заботились о ней.
— Даже чересчур. Почитали её, как святую, а Сандру это сильно раздражало. Впрочем, она беспокоилась не за себя, а за Феликса — тогда его ещё звали Марио. Сандра боялась, что в атмосфере поклонения и обоготворения мальчик будет воспитан… ну, не совсем правильно. Ты ведь понимаешь?
— Конечно, понимаю, — ответил Марк. — В школе я каждый день имею дело с разбалованными королевскими отпрысками. А это было бы во сто крат хуже.
— Вот именно. Поэтому Сандра, убедившись, что несториане неисправимы, обратилась ко мне. Мы перебрали много разных вариантов и в конце концов остановились на Ланс-Оэли, что я и предлагала с самого начала. Это изолированная Грань без трактовых путей, а ближайшая Вуаль находится в семидесяти милях от Кэр-Магни. Здесь нет ни одного колдуна, есть только слабенькие сельские ведуны, а чужаков почти не бывает. Ланс-Оэли издавна считалась вотчиной Мэтра, потом её унаследовали мы — так сказать, новые Великие, — Инга иронично ухмыльнулась. — Эту Грань по-прежнему обходят стороной и чёрные маги, и обычные. Ещё со времён Мэтра на территории в радиусе тысячи миль вокруг Кэр-Магни были установлены чары, извещавшие его о появлении любого постороннего человека. Шесть лет назад я переключила их на себя, и представь себе: если не считать тех, кого приводили мы с Владиславом, за все эти годы сюда без спросу сунулся только один посторонний — просто любопытный путник, который хотел посмотреть на резиденцию Великих. Когда я появилась перед ним, он здорово струхнул и сразу убежал. Так что для Феликса это хорошее место — до тех пор, разумеется, пока никто не подозревает, что он здесь.
 
— Ага! — сообразил Марк. — Значит поэтому Сандра не поселилась вместе с ним?
— Среди прочего, и по этой причине, — подтвердила Инга. — Всё-таки в Кэр-Магни бывают люди со стороны — в основном, мои фрейлины, которых я иногда привожу с собой. Если бы я перестала это делать, обязательно начались бы нежелательные разговоры, лишние вопросы, разные догадки. Я не могла так рисковать. И в то же время, скрыть присутствие Сандры, пусть и от редких визитёров, было невозможно — слишком велика вероятность, что кто-нибудь заметит, что в доме живёт ещё один человек. Да и Феликс, научившись говорить, рано или поздно проболтался бы о своей маме. И опять же — пошли бы толки, и наша тайна оказалась бы под угрозой. А на самого мальчика никто особого внимания не обратил. Ну, захотелось Суальде воспитать ещё одного внука — нормальное желание, тут нет ничего странного, а тем более подозрительного. Конечно, для Сандры это было трудное решение, но ради сына она согласилась. Почти год не видела его вообще, а потом, когда он уже забыл её, мы рассудили, что редкие встречи не повредят. Теперь Феликс не скажет, что видел свою маму, а о тёте Андреа и тёте Гвен он может говорить сколько угодно — мои гости считают, что речь идёт о каких-то местных женщинах. Ну, а местные наоборот — уверены, что Андреа и Гвен из компании моих фрейлин. Правду знает только Суальда, но она крепко держит язык за зубами. Это ещё Мэтр постарался — из неё ничего не вытянешь.
— А Нильс вам понадобился, чтобы изгнать отсюда Леопольда, — Марк не спрашивал, а утверждал. — И ещё как дополнительный гарант безопасности.
— Совершенно верно. К тому же он отличный товарищ для ребёнка. — Инга повернула голову и посмотрела в сторону ворот: Леопольд всё ещё держался от Нильса на расстоянии, но они уже о чём-то переговаривались. — Это вовсе не значит, — продолжала она, — что я не доверяла Леопольду. Просто не хотелось ставить его в неловкое положение перед Владиславом, когда он будет вынужден утаивать от него информацию о Сандре. А что он её узнает, я не сомневалась — и, как видишь, была права. Вообще-то я думала, что Леопольд узнает и Феликса — но, похоже, он видел его слишком недолго, чтобы запомнить.
— А если бы запомнил?
— Тогда ему пришлось бы хранить эту тайну от Владислава. Как придётся теперь. Сандра сама не хочет, чтобы Владислав знал о ней. Она понимает, что это поставит всех нас — а её в первую очередь — в неловкое положение.
— Но ведь Владислав здесь иногда бывает, — заметил Марк. — Он же видит мальчика и… ну, разве сердце не подсказывает ему, что Феликс его сын?
— Выходит, что не подсказывает. Но даже если у него возникала подобная мысль, он сразу отметал её, поскольку она противоречила известным ему фактам. Дело в том, что в первый год, когда Феликс жил здесь, Сандра и Кристина по-прежнему оставались на Основе. И время от времени с моей помощью устраивали так, чтобы Инквизиция выходила на их след. Об этом вскоре узнавали чёрные маги и несториане, что направляло их поиски по ложному пути. А чтоб уж ни у кого не оставалось никаких сомнений, однажды Сандра, как бы по чистой случайности, попала в выпуск новостей крупной телекомпании.