"Фантастика 2023-175". Компиляция. Книги 1-21 (СИ)

Хотя купол и защищал нас от всевозможных ночных посетителей, мы решили для вящего спокойствия оставлять на посту одного человека, сменяя его через три часа. А поскольку в нашем отряде было девять мужчин, то такие дежурства не должны были сильно обременять нас. Я говорю только о мужчинах, так как подавляющим большинством голосов — восемь против двух при одном воздержавшемся (в этом вопросе Сиддх предпочёл нейтралитет) — мы исключили Инну и Сандру из графика ночных дежурств. Девушки страшно возмущались, особенно негодовала моя жена, но мы оставались непреклонными и не отменили своего дискриминационного решения. На обеденном привале, когда и был рассмотрен и проголосован данный вопрос, Инна пообещала, что ещё припомнит мне это свинство, однако вечером, умирая от усталости, она ни единым словом не упомянула о нашей дневной перебранке. Наверное, всё-таки поняла, что я заботился о её здоровье, а не стремился подчеркнуть своё мужское превосходство.
Я добровольно вызвался нести вахту в первый же день и первым на очереди, чтобы в дальнейшем мои дежурства всегда попадали на первую треть ночи. Для меня это было самое удобное время: я не любил бодрствовать на рассвете, а ещё больше не любил прерывать свой сон на середине. Против моего выбора никто не возражал — и не только из уважения ко мне. Как оказалось, все загоряне были «жаворонками», поэтому им пришлось определять жребием, кому из них посчастливится дежурить на рассвете. А самые старшие из нас и самые выносливые — Сиддх, Штепан и Борислав — сами выбрали для себя середину ночи.
Штепан, который должен был заступить на дежурство сразу после меня, перед самым уходом дал мне понять, что я могу в любой момент разбудить его, как только почувствую, что меня одолевает сон. Я вежливо поблагодарил его за заботу о моём самочувствии, но для себя решил ни в коем случае не поддаваться слабости и честно продержаться положенные мне три часа.
Первый час моего дежурства тянулся с невероятной медлительностью. Сидя у костра, я прислушивался к звукам ночного леса, время от времени обшаривал внимательным взглядом окрестности и не забывал регулярно подбрасывать в огонь дрова. От усталости меня клонило ко сну, но не так чтобы очень сильно, и пока мне без труда удавалось преодолевать сонливость.
Самой большой проблемой, с которой я столкнулся, была скука. Маясь от безделья, я принялся изучать строение защитного купола, но уже через четверть часа разобрался во всех наложенных чарах и понял, что при необходимости смогу установить точно такой же. По существу, это был сферический силовой щит, но не сплошной, а как бы сотканный из множества «нитей», наподобие густого сита или марлевой салфетки. Вся тонкость работы заключалась в правильном подборе расстояния между соседними «нитями», чтобы, с одной стороны, обеспечить беспрепятственный доступ воздуха, а с другой — надёжно перекрыть путь даже для самых крохотных паразитов.
Покончив с изучением купола, я переключил своё внимание на звёздное небо, которое здесь, в отличие от Агриса и Ланс-Оэли, было совсем непохожим на земное. Меня с самого детства завораживали звёзды, помнится, подростком я увлекался астрономией и при хорошей погоде подолгу глядел в ночное небо, с восторгом и волнением думая о бесконечности Вселенной и множестве миров, разделённых невообразимыми космическими расстояниями. Каких-нибудь три месяца назад я убедился, что за другими мирами далеко в космос ходить не надо, что они находятся совсем рядом — ведь фактически каждая Грань была аналогом Земли в другом измерении, — но звёздное небо по-прежнему манило меня. Как я уже знал из прочитанных в Кэр-Магни книг, ещё ни одному из земных колдунов не удавалось достичь хотя бы ближайшей звезды, а вчера Сиддх подтвердил это и заметил, что Космос как был, так и остаётся для нас terra incognita, и никому из людей не известно, существует ли за пределами Земли или её аналогов на Гранях разумная жизнь. Возможно, это знали Великие, но они не были людьми…
 
В небе безымянной Грани звёзды сплетались в незнакомые созвездия, и от нечего делать я начал придумывать для них названия. После историй Леопольда мне в голову лезли всякие гномы, эльфы, орки и прочие сказочные персонажи. Вершиной моей изобретательности стала группа из трёх созвездий — Ступы, Метлы и Бабы Яги. Не исключено, что в дальнейшем я поместил бы на небосвод и Красную Шапочку с Серым Волком, Соловья-разбойника и Змея Горыныча, но неудержимому полёту моей фантазии помешал шум, раздавшийся у меня за спиной.
Я быстро обернулся и увидел Сандру, которая как раз выбиралась из фургона. Улыбнувшись, она соскочила на землю и подошла ко мне. На ней был синий шерстяной костюм, типа спортивного, который плотно облегал её изящную фигуру, всклокоченные ото сна волосы приятно смягчали её красоту, а в её больших карих глазах плясали красноватые отблески костра.
— Можно я посижу с тобой? — спросила она. — Мне что-то не спится.
— Пожалуйста, — ответил я, даже не пытаясь скрыть своей эгоистической радости. Бессонница Сандры стала для меня настоящим подарком: само её появление мигом развеяло мою скуку и значительно улучшило настроение. Дальнейшее дежурство уже не казалось мне таким невыносимым.
Я убрал со второй раскладной табуретки пачку сигарет, зажигалку и чашку с остывшим чаем. Девушка кивком поблагодарила меня и присела рядом со мной, едва не прикасаясь коленом к моей ноге.
Наверное, большинство мужчин на моём месте испытывали бы волнение от близости такой прелестной девушки. Мне же было просто приятно. Я чувствовал к Сандре искреннюю симпатию, которая со временем обещала перерасти в глубокую привязанность. Я даже мог полюбить её — но не той любовью, какой мужчина обычно любит женщину, для такой любви у меня была Инна, — я мог полюбить Сандру как человека, как друга, как сестру. И прежде всего — как сестру.
Сколько себя помню, я всегда хотел иметь сестёр, это было мечтой всего моего детства. К сожалению, моя мечта не сбылась, и где-то годам к четырнадцати, убедившись, что родной сестры у меня не будет, и из-за этого чувствуя себя каким-то неполноценным, я принялся искать для неё замену. Несколько раз я вроде бы находил девушек, которые соответствовали моим представлениям о сестре, но впоследствии убеждался, что по той или иной причине они не годятся на эту роль. Даже Инна не годилась — она оказалась моей принцессой, а не потерянной сестрой. Я не мог и не хотел видеть в ней сестру, я полюбил её как женщину, и она стала моей женой. А место сестры по-прежнему оставалось вакантным — и его вполне могла занять Сандра…
— Я думала, ты спросишь, от чего у меня бессонница, — сказала Сандра, удобнее устроившись на табуретке. — Но не спросил.
— Не хотел быть навязчивым, — объяснил я. — Может, это что-то личное.
— Ишь, какой деликатный, — произнесла она с неприкрытой иронией. — Тогда сама скажу: я не смогла заснуть, потому что зла на вас из-за решения устранить меня от дежурств. Но я всё равно буду дежурить. Как и все вы, через каждые две ночи. Сегодня пробуду с тобой до конца твоей вахты, потом ещё час — с бароном Симичем. Это дело принципа. Вы очень обидели меня тем голосованием.
— Извини, — сказал я, — но так было нужно. Ты же видишь, как сильно утомляет Инну дорога. Мы просто не могли допустить, чтобы она ещё и дежурила по ночам.
— Это я понимаю. Инну действительно нельзя допускать к дежурствам, пока она не пересядет в нормальное седло. А я-то здесь при чём?
— Как говорят у нас на Основе, ты просто попала под раздачу, — объяснил я. — Мы не могли поступить иначе. Если бы отстранили от дежурств одну Инну, это бы не только обидело её, но ещё и унизило. Наверное, тогда бы она быстренько пересела в мужское седло, однако я не хочу добиться этого такой ценой.
Сандра покачала головой.
— Инна странная девушка. Такая умная — и в то же время ведёт себя, как малое дитя, которому в руки попала новая красивая игрушка. Сама я терпеть не могу все эти пышные длинные платья с теми дурацкими нижними юбками.