"Фантастика 2023-175". Компиляция. Книги 1-21 (СИ)

Пообедав, мы с Инной помыли руки и вытерли их салфеткой.
— Суальда, — спросил я, — здесь, случайно, не найдётся для нас какой-нибудь одежды?
— Сколько угодно, мой господин, и какой угодно. Для госпожи — в её гардеробной, это соседняя комната; а для вас — на вашей половине.
— На моей половине?
— Конечно, господин. Его величество не знал, кто будет его наследником… а может, и знал, что вас будет двое, поэтому разделил верхний этаж на три части — покои для хозяина, для хозяйки и для гостей. Если вы не возражаете, сейчас Шако проведёт вас на вашу половину. А я тем временем помогу госпоже одеться.
— Хорошо, — кивнул я и мысленно сказал Инне: „Пойду взгляну на свои апартаменты. Заодно посмотрю, не висят ли в моей спальне такие же рога.“
„Если нет, могу подарить свои.“
Начисто проигнорировав шутливый выпад жены, я обратился к Шако:
— Пойдём, парень.
Мы вышли из спальни Инны, миновали переднюю с двумя небольшими прямоугольными дверьми справа и слева и оказались просторной, роскошно обставленной гостиной.
— Какая красота! — невольно вырвалось у меня.
— Вам нравится? — спросил Шако.
— Да, — ответил я. — Мне здесь всё нравится. Правда, твоя бабка… ну, немного странная.
— Совершенно верно, господин граф. Она знает гораздо больше, чем говорит.
— Это я понял. Сразу видно, что она не из болтливых.
Шако захихикал:
— Какое там «не из болтливых»! Да она кого хотите заговорит… то есть, могла раньше заговорить, но теперь… — Он понизил голос до шёпота и с таинственным видом сообщил: — Дело в том, что в прошлом году Мэтр укоротил ей язык.
— Что?!
— Ну, конечно, не в прямом смысле, а… как бы это сказать?… Словом, он что-то наколдовал, и после этого бабушка Суальда стала держать язык за зубами.
— Но зачем?!
— Она слишком много знает.
— А разве это преступление — много знать?
Парень почесал затылок.
— Вообще-то нет, господин граф. Я так не думаю. Однако на месте Мэтра я, наверное, поступил бы точно так же.
— Почему?
— Потому что Суальда давно служила у Мэтра, много знает, но мало из этого понимает. Бывало, такую ахинею несла, что… Поверьте, господин: её нынешняя молчаливость раздражает гораздом меньше, чем прежняя болтливость.
Я тихонько хмыкнул.
Мы миновали анфиладу из нескольких комнат и остановились перед большой дубовой дверью.
— Это вход в библиотеку Мэтра, — благоговейно произнёс Шако. — Она соединяет ваши апартаменты с покоями хозяйки… Там столько разных книг! — Глаза его на мгновение вспыхнули, затем погасли. — Но в большинстве они написаны по-латыни, — с сожалением добавил он.
— Нет, постой! — сказал я, моментально сообразив, что как только попаду в библиотеку, то вряд ли выберусь оттуда до самого вечера. — А другой путь есть?
— Через коридор. Но через библиотеку ближе.
— Всё равно. Пошли через коридор.
Мы пошли.
„Инна!“ — мысленно позвал я. — „Ты слышишь меня?“
„Слышу. Где ты?“
„Путешествую по нашим хоромам. А ты?“
„В гардеробной. Суальда показывает мне платья — это сказка!“
„Такие красивые?“
„Не то слово. Глаза разбегаются! Никак не могу выбрать что-то одно.“
„Сочувствую.“
„Не издевайся, это и впрямь нелегко. Кстати, Суальда настаивает, чтобы под платье я надела ещё несколько юбок. Они, конечно, замечательные, но я не понимаю…“
„Так положено. Делай, что говорит Суальда, и получится очень красиво. Обрати внимание на покрой платьев: ниже талии они просторные, ниспадают складками, у большинства подол неровный и поднимается по бокам почти до колен, а то и выше. Поэтому можешь не беспокоится — юбки будут заметны.“
Я отчётливо почувствовал её удивление.
„Откуда ты знаешь?! Неужели я передаю картинки?“
„Нет, не передаёшь. Да и не до картинок мне сейчас — я иду и не хочу споткнутся. Просто догадался…“
„Минутку, дорогой!“
Минутку я шёл молча.
„Влад!“
„Да?“
„Твоя правда. Я расстелила на полу нижнюю часть одного из платьев — получился овальный кусок ткани.“
„И вырез для талии сделан не по центру, а немного ближе к переднему краю. Сзади подол платья будет волочиться по полу.“
 
„Но как ты догадался?“
„Элементарно, Ватсон. Чистейшая дедукция. Твоя одежда должна органически вписываться в окружающую обстановку. Коротенькая юбочка и чёрные колготки, так же, к слову, как и кринолины времён Елизаветы Первой, здесь будут смотреться неуместно.“
„Понятно. Значит, ты у меня знаток здешней моды?“
„Ну, не совсем. Некоторых мелочей я не знаю.“
„Например?“
„Например, какие у тебя трусики, и есть ли они вообще. Если хочешь знать моё мнение, то с такой одеждой в них нет необходимости. Ну, за исключением разве что нескольких дней в месяц. А в остальное время они только будут причинять тебе лишние неудобства. Да и мне тоже — если мы вздумаем по быстренькому, где-нибудь в укромном местечке…“
„Заткнись,“ — ласково сказала Инна.
„А что тут такого? Разве мы никогда…“
Наконец я получил долгожданную картинку: мне в лицо полетел ворох женского белья. Смутившись, я поспешно заблокировал своё сознание.
— Вы только что разговаривали с госпожой? — полувопросительно, полуутвердительно произнёс Шако.
Я удивлённо посмотрел на него:
— А как ты догадался?
Паренёк хитро усмехнулся:
— Я уже давно догадался, господин граф. За обедом вы не обменялись с госпожой графиней ни единым словом, но по вашим взглядам было ясно, что вы мысленно разговариваете… А только что у вас было отсутствующее выражение лица — словно вы находились не здесь, а в каком-то другом месте. Вот я и решил, что вы разговаривали с госпожой.
Между тем, мы прошли весь коридор и оказались на моей половине.
— А ты очень сообразительный парень, — произнёс я. — И умный.
Шако покраснел от моей похвалы.
— Только знаю мало, — сказал он со вздохом.
— Не беда, — утешил я его. — Это поправимо. Ты ещё молод, у тебя всё впереди. Мы с Инной тоже мало знаем. Однако не отчаиваемся.
— Но ведь вы с госпожой графиней чародеи, правда же?
Я задумчиво потёр лоб.
— Что мы не обычные люди, это уж точно. А вот чародеи ли мы?… Трудно сказать. В некоторой степени, да. Но ещё не совсем — мы только учимся.
Шако с пониманием кивнул.
Наконец мы оказались в такой же передней, как и та, которая соединяла спальню Инны с её гостиной, точнее, с будуаром — название «гостиная» больше подходило для просторной, больше похожей на зал, комнаты, примыкавшей к библиотеке.
— Прямо — ваша спальня, господин граф, — объяснил Шако. — Слева — гардеробная, а справа — мыльня.
Преодолев искушение заглянуть в спальню и проверить, не висят ли над камином рога, я открыл дверь гардеробной и в нерешительности остановился на пороге. Было темно, хоть глаз выколи.
В следующий момент комнату залил яркий свет. Я озадаченно поднял глаза и увидел под потолком белый матовый шар, похожий на плафон для бытовых ламп.
— Замечательная вещь, эти эльм-светильники, — сказал Шако, проходя вслед за мной в гардеробную. — Не надо никаких заговоров, чтобы заставить их зажечься или погаснуть — достаточно одного лишь пожелания. А с лампами, которые мастерят наши ведуны, столько хлопот, что лучше пользоваться свечками.
Я хотел было спросить, питаются ли эльм-светильники электрическим током, однако не смог сформулировать свою мысль — в коруальском языке отсутствовало такое понятие, а слово «electro» означало просто «янтарь». Поскольку коруальский язык был одним из основных языков Империи, то сам собой напрашивался вывод, что на Гранях не знали о существовании электричества. Внезапно возникшее подозрение заставило меня сосредоточится и сделать ещё два открытия: во-первых, подавляющее большинство научно-технических терминов нашего мира не имели в коруальском языке эквивалентов; зато (и это во-вторых) я обнаружил в своей памяти множество слов, значения которых не понимал, — но, вне всяких сомнений, они имели отношение к оккультным наукам. Это свидетельствовало о том, что цивилизация Граней была нетехнологической, хотя, в определённом смысле, высокоразвитой.