"Фантастика 2023-175". Компиляция. Книги 1-21 (СИ)

– Мне страшно, Рагнар.
Обычно в таких случаях следует сказать нечто утешительное и ободряющее, однако я предпочел правду.
– Мне тоже.
Затуманенные глаза девушки приобрели более осмысленное выражение,
– Да ну? Не думала, что тебе знакомо это чувство.
– Представь себе, – я слегка улыбнулся. – Знаешь, толика здорового страха прилично укрепляет позицию головы на плечах.
Она улыбнулась мне в ответ:
– Но, может быть, ты хотя бы предполагаешь, что нам делать дальше?
– Для начала, – я приобнял ее за плечи и выразительно покосился в сторону кровати, – убраться отсюда подальше. А потом… нам придется это обсудить.
– Так, погоди. Дай-ка я угадаю. – Она наградила меня еще одной улыбочкой. – Здесь опять замешаны… гм, твои многочисленные друзья?
– Боюсь, что да, – подтвердил я.
– Понятно. – Марция совсем не по-женски хлопнула меня по плечу и скомандовала: – Ладно, пошли!
Я почти на ощупь восстановил саван на голове ее несчастного брата, а затем, покинув спальню, мы направились в комнату, где испокон веков вершились судьбы Империи – в кабинет малой библиотеки. Во дворце по-прежнему было спокойно: никакой суеты, все занимаются своим делом. И все, встреченные нами по пути, от слуг до министров, отдавали Марции знаки внимания, приличествующие Императору. Из чего я сделал вывод, что люди, выдвинутые Генрихом и окружавшие его в последние годы, отнюдь не расстроены неожиданным разворотом ситуации. Это сильно обнадеживало, потому как именно в руках этих незаметных личностей и была сосредоточена реальная государственная власть. К тому же по собственному опыту я знал, что справиться с военными бунтами в принципе легко, а вот с гражданским неповиновением – практически невозможно…
Тем временем мы пришли в кабинет, ничуть не переменившийся с того момента, как Генрих и я были тут в последний раз. Рабочий стол Императора был все так же завален разнообразными бумагами, а в камине кто-то заботливо разжег огонь… В некотором смысле я, наверное, тоже был частью этого интерьера, поэтому привычным движением уселся в гостевое кресло рядом со столом. Принцесса тонко почувствовала момент и с секундным, но не ускользнувшим от меня колебанием заняла-таки кресло своего отца. Несколько минут она просто перекладывала какие-то предметы, выполняла другие, столь же незамысловатые, действия, словно вживаясь в свою роль на уровне ощущений…
Согласно традиции, Император начинает разговор первым, поэтому я упорно молчал, но и ей еще явно не хватало уверенности. На выручку к Марции пришел старый камердинер Генриха, со своей всегдашней невозмутимостью возникший на пороге.
– Какие будут распоряжения, Ваше Величество? – спросил он с гениальной ноткой формальности.
Совершенно по-отцовски Марция откинулась в огромном старом кресле и сделала жест рукой, будто прикрывая дверь.
– В ближайшие два часа я занята для всех.
Флегматично кивнув, старик развернулся, но, выходя, все же не удержался и пробормотал:
– Вот уж не думал, что когда-нибудь эта фраза сможет доставить мне удовольствие.
Когда за ним закрылась дверь, Марция заговорила. Совершенно четко и отстраненно она сказала:
– Для начала, Рагнар, тебе придется многое мне рассказать. Пока я не могу принимать никаких решений. Я должна знать, что же все-таки происходит.
«Да, девочка, это уж ты заслужила как минимум», – подумал я про себя и коротко кивнул, словно отдавая честь.
– Разумеется. Итак…
А дальше я рассказал ей все с самого начала и без купюр. В конце концов, если во всей Галактике и был кто-то, кому я полностью доверял, так это она… Конечно, многие события и факты, изложенные мною, и без того были ей известны, но на тот момент более важным мне казалось создание и осознание целостной картины происходящего. Причем не только для Марции, но и для себя самого.
Мой продолжительный рассказ совершенно заворожил принцессу, остававшуюся в глубине души, несмотря на творящийся вокруг кошмар, просто молодой впечатлительной девушкой. Однако она слушала очень внимательно и даже несколько раз перебивала меня вопросами, дабы уяснить отдельные детали. К сожалению, я сам порядком увлекся собственной историей и в очередной раз прошел мимо некоторых моментов, стоивших быть замеченными.
 
Что ж, и в самом деле задним умом мы все крепки… Закончил я своим ночным посещением спальни Императора, подробности которого Марция стоически перенесла. Затем, подавшись вперед и опершись локтями о стол, она положила голову на ладони и, пристально глядя мне в глаза, спросила:
– Так кто же убил моего брата?
– А как ты полагаешь?
– Пока не знаю. – Она слегка улыбнулась. – Но мне кажется, я знаю, что думаешь ты!
– Да? И что же я думаю?
– Ты уверен, что это дело рук Альфреда, – спокойно констатировала она.
Я невольно поежился. И от этого спокойствия, и от той легкости, с которой она проникла в мои мысли.
– Тогда, может быть, ты знаешь и почему я так в этом уверен?
– Признаться, нет. Не вижу смысла. Зачем? Неужто Альфред записался в наши друзья и решил помочь мне стать Императрицей? В конце концов, это слишком театрально.
Да, суть она, конечно, схватывала на лету, только вот мне было что на это ответить.
– В том-то и дело. Вспомни все появления сканков в последнее время. Разве ты не замечаешь определенной предрасположенности к чисто игровым эффектам?
– Н-ну, пожалуй, – кивнула она. – А как быть с остальными?
– Это стратегия. – Я немного помолчал, собираясь с мыслями. – Они не выбирают какой-то единственный путь, приводящий к победе, а пытаются создать условия, в которых любое решение противника будет приемлемым для них. Именно поэтому один из любимых их приемчиков – предательство. Я думаю, летом Альфреду было глубоко наплевать, будет ли раскрыт его заговор с Дианой и Эрсином, ведь в любом случае он ослаблял силы противника. Улавливаешь?
На лице Марции ничего не отразилось, но одним взмахом ресниц она подтвердила свое внимание.
– Далее. Они не любят действовать сами. Больше всего им нравится стравливать своих врагов друг с другом, а на сцене появляться лишь в самом финале. Похоже, такая манера доставляет им чисто эстетическое удовольствие… И еще. Иногда мне кажется, что они запросто могли бы уничтожить всех нас, по отдельности и вместе взятых. Но это испортит спектакль. Поэтому они не стремятся до поры разменивать сильные фигуры, но в то же время с легкостью избавляются от второстепенных. Ну, как тебе?
– Поясни, – коротко попросила она.
Я на мгновение задумался. В принципе все, что я знал о сканках, хорошо укладывалось в рамки такой стратегии, однако один пример был наиболее показателен.
– А ты вспомни эти странные покушения – на тебя, меня и Джарэта. С одной стороны, это точно сканки, больше просто некому. С другой – что, они не могли обставить дело ненадежнее? – Вопрос в свете увиденного нами недавно был чисто риторическим, поэтому я продолжил. – Нет, они специально не напрягались. Убьют нас, значит, мы – отработанный материал, туда ему и дорога. Не убьют, тогда мы будем настороже и встретим нападение Гроссмейстера во всеоружии. Тоже хорошо.
– Я понимаю, – прошептала она, но все же сомнения у нее оставались. – Но чем их не устраивал Гарет? Судя по тому, что он тут вчера городил, в его намерения входило завоевание всего мира. Среди их врагов стало бы одной дракой больше. Разве плохо?
– Неважно, – прокомментировал я за Альфреда. – Во-первых, они могли и не знать планов Гарета, во-вторых, это уж точно, твой брат ими всерьез не воспринимался. Говорить он мог, конечно, что угодно, но кто б ему дал все это исполнить?..
В глазах девушки сверкнула молния, но я предпочел ее не заметить.
– А так получалось, что кризис в Дагэрте замедляет главный для них конфликт – между Гроссмейстером и Клубом. Помимо этого, и ты, и твоя страна занимают, видимо, немалое место в их планах, так что связать их воедино – тоже хороший ход. И еще, как мне кажется, это просто напоминание о себе. Демонстрация мощи. Испуганный враг уже наполовину побежден…