"Фантастика 2023-175". Компиляция. Книги 1-21 (СИ)
Наверное, я мог бы подойти и спокойно убить его, как частенько поступал с непримиримыми врагами, и совесть не мучила бы меня за убийство подлеца, но я почему-то стоял, подставив лицо дождю, и ждал, пока Альфред, пошатываясь, встанет и поднимет щит.
– Ну как? – поинтересовался я. – Все выглядит не столь радужно, не правда ли? Я убью вас! Убью за все те подлости, что вы учинили с цивилизациями Эгриса и Яфета, за принца Гэлдора, Кнута, Диану и многих других. О, это – сладкая месть, хороший подарок ко дню рождения.
До того как наши мечи скрестились, Альфред успел ответить мне:
– Вы – безумец, Рагнар. – Его голос звучал словно из могилы. – Вы не ведаете, что творите. Если бы вы остались живы, то до конца своих дней жалели бы о содеянном, но я убью вас. Без Шпаги вам не победить!
Мы сошлись, и звон моих ударов о его щит разносился, наверное, далеко от места боя… Пламя ненависти и ярости жгло мне грудь, но гроза прошла, остался лишь холодный дождь, заливающий любой огонь, и я чувствовал, как неотвратимо накатывается усталость…
Альфред защищался, только защищался, но делал это мастерски – хладнокровно и точно. Я применил все тактики атаки, которые знал, использовал все финты, которыми владел, но мой меч из раза в раз встречал либо черный щит, либо воздух.
Прошел, наверное, час, я очень устал и, главное, отчаялся победить. Теперь я надеялся только на то, что за это время Александр успел завершить свой труд и исчезновение моей Фигуры уже ничего не изменит. Я не мог знать, что все Грезы были словно перемешаны внезапным шквалом энергии, и даже Оракул не смог быстро вернуть контроль над ними.
Наконец Альфред почувствовал по моим слабеющим ударам, что его час настал. Внезапно он резко и мощно нанес серию ударов, заставивших меня применить все свое искусство. Теперь ситуация зеркально переменилась, и уже я отбивался, не помышляя об атаке. Но у меня получалось хуже. Несколько раз я спасался просто чудом, но все же продолжал обороняться и сдерживать натиск врага, вспоминая смех Кнута и бокал в руках Дианы…
Время шло неумолимо, и я выдохся совсем, но и Альфред стал сдавать. Вместо прежних каскадов ударов он прямолинейна рубил мои серебряный щит, но честь и хвала Александру – его оружие не подвело.
Тем не менее в какой-то момент я отчетливо ощутил, что дальнейшее продолжение боя в таком ключе неизбежно приведет к гибели. Левая рука окаменела под тяжестью щита, а правая налилась свинцом и отказывалась повиноваться. Необходимо было что-то предпринять, но что я мог сделать? У меня не было более мощного оружия, я не знал эффективных ходов, и оставался только жест отчаяния.
Выждав момент, когда Альфред далеко отвел для удара меча, я бросил в него тяжелый щит и рванулся вперед. К сожалению, мой враг, в очередной раз показав блистательную реакцию, успел выставить клинок, но, как я и предполагал, мечи сломались, не выдержав страшного удара. Так начался рукопашный бой.
Уже через минуту я понял, что погорячился по двум причинам: Альфред был сильнее, и у него был кинжал. Еще через минуту я поскользнулся и не смог отбить прямой удар левой – кинжал моего врага вонзился в правый бок, туда же, куда незадолго перед этим меня ударил Кнут. Рана не была смертельной, но унесла остатки сил, и я рухнул на траву, как подкошенный.
Альфред милосердия не проявил и, припав на колено, замахнулся для последнего удара, но все же у меня хватило сил остановить его руку в нескольких сантиметрах от горла. Первый раз за все время мы сошлись взглядами, и, смотря в его горящие чудовищным светом, ничего не выражающие глаза, я чувствовал, что мне нельзя умирать сейчас… Настал решающий день, решающий час и решающий миг.
В отчаянии я закрыл глаза и, продолжая невероятным усилием сдерживать руку врага, воззвал к единственному, что могло спасти меня, – к Шпаге Гроссмейстера. Я понимал, что это глупость, но это была последняя надежда…
И вдруг я почувствовал, что давление врага на миг ослабло, а в левой руке появилась рукоять моей Шпаги! В то же мгновение, даже не успев открыть глаза, я нанес удар. И он был точен. Пройдя над железным нагрудником, отсвечивающий синевой клинок вонзился в горло Альфреда… Последнее, что я увидел, прежде чем потерял сознание, – потухающие глаза черно-красного и безмерное удивление в них.
Я очнулся, услышав, что меня упорно зовет чей-то голос. Открыв глаза, я увидел Джарэта, на лице которого играла мягкая улыбка.
– О, вот вы и пришли в себя, мой друг. Теперь все будет хорошо. Вы совершили великий подвиг и исполнили свою Судьбу.. Но дело не окончено и Александр ждет… Ждет вашу Шпагу.
Джарэт замолк, а я присел на траве, удивляясь, насколько хорошо я себя чувствую. Рана не кровоточила и даже не болела. Голова была свежей и отдохнувшей, и лишь горящие глаза моего врага остались где-то в подсознании навязчивым кошмаром… Джарэт и Александр ждали, и задерживать их не имело смысла. Протянув руку, я поднял из травы свой клинок и протянул его великому магу. Так же молча он принял Шпагу и, встав, прошептал:
– Спасибо, Рагнар! Я преклоняюсь перед вами.
Он исчез, а я устроился поудобнее на мокром лугу и раскрыл Доску. Все стояли на своих местах и все, судя по пульсации в висках, беспрерывно вызывали меня. Я не отвечал, мне было тяжело разговаривать. Я ждал… "
Прошло, пожалуй, с полчаса, как вдруг, без всяких предупреждений, на 12-м поле возникла Фигура Гроссмейстера!
Не знаю почему, но я ответил на первый же вызов. Это был Юлиан.
– Мы победили, Рагнар! Вы победили! Я улыбнулся, я стал умнее…
Александр ДИХНОВ
БИТВА ЗА ЭГРИС
ЧАСТЬ I
АЛМАЗНЫЙ МИР
Глава 1
Я всегда любил смотреть на закат со стен Сириона. Эта крепость стояла в глубине узкой, окруженной скалами бухты, и осеннее солнце, медленно и неотвратимо поглощаемое пучиной, бросало свои последние красноватые лучи на черные, испещренные трещинами утесы. Последнее время я часто позволял себе наблюдать подобные красочные зрелища, путешествуя по приморским городам и отдыхая от летних передряг…
Однако на этот раз вечер оказался испорчен. Несмотря на меланхоличное настроение, я быстро отреагировал па резкий шорох за спиной и, обернувшись, увидел руку с кинжалом, нацеленным мне в горло. Успев заблокировать удар, я отскочил назад и выхватил из-за пояса меч. Мой несостоявшийся убийца тем не менее не стушевался и, мгновенно выхватив оружие, бросился в атаку. Фехтовал он, прямо скажем, неплохо, но все же убить его не составляло бы большого труда, если бы я куда-нибудь спешил. Но я не торопился, пытаясь выяснить что-либо о причинах этого довольно-таки странного нападения. Я пятился, аккуратно парируя прямолинейные, по мощные атаки по центру, и старался получше разглядеть противника – это был невысокого роста и чрезвычайно непропорционально сложенный воин, с очень мощными руками и грудью. Он явно не принадлежал к бессмертным и в то же время не был похож ни на одну из рас этой планеты.
Выполняя очередной отвод, я случайно заглянул в глаза врага и решил прервать свои абстрактные раздумья. Его взгляд выдавал едва ли не торжество, что меня несколько озадачило. Я провел комбинацию быстрых финтов, закончив их диагонально рубящим ударом, который принес бы врагу верную смерть, если бы в последний момент я не остановил руку. Он не мог не понять этого предупреждения, но лишь с удвоенной энергией бросился вперед, вновь заставив меня отступить. И тут, заметив подобие улыбки на его лице, я понял, что играю со смертью…
Бой в сгущающейся темноте шел уже довольно долго, а я все время отступал по узкой западной стене крепости, дойдя почти до угловой башни. Еще пара шагов – и я оказался бы у самого выхода на лестницу… Мне почему-то расхотелось делать эти шаги, и тут я выяснил, что сильно недооценивал своего противника. Его атаки стали настолько сильны и быстры, что я едва успевал вертеть клинком, даже не помышляя о контратаках. Бешеный темп и неожиданная смена направлений – его стиль напомнил мне манеру Илайджа, причем в лучших своих проявлениях…