"Фантастика 2023-175". Компиляция. Книги 1-21 (СИ)

Но прошел еще час, резиденция Таллисто по-прежнему молчала, словно происходящее никого там ни в малейшей степени не затрагивало, и это уже стало вызывать удивление не только у меня, но, без преувеличения, и у всей планеты. Вслед же за удивлением поползли слухи – знаете, «из надежных источников в президентском окружении» – о том, что Президент бежал: то ли в одно из своих тайных убежищ, то ли вообще с планеты…
Не могу сказать, чтоб я сразу в это поверил, но одного червячка сомнения хватило для того, чтобы повергнуть меня в волнение, бившее вчерашние рекорды. Неужели я в очередной раз жестоко просчитался? Неужели Таллисто, напуганный, исчезнет, не приняв боя?.. Это было бы совсем не по-керториански, но ведь граф никогда и не славился силой духа…
Более того, своей тревогой мне удалось заразить и на редкость уравновешенного майора. Пытавшийся вначале усидеть в одном из кресел, он затем тоже вскочил, и на протяжении почти трех часов мы, наверное, являли собой исключительно идиотское зрелище, болтаясь каждый в своем углу номера (Уилкинс к тому же занял лучшую половину – с окном) и изредка встречаясь посредине, дабы обменяться парочкой замечаний не слишком цензурного характера.
Но когда-то же должно было у меня что-нибудь получиться благодаря не одному чистому везению, не правда ли? Вот и я думаю, что должно. Во всяком случае, я не отчаивался, и когда пятичасовые новости сообщили, что заседание парламента только что открылось, а Президент в сопровождении усиленной охраны вылетел в столицу, воспринял это как должное. Я даже хотел немедленно броситься во дворец, но все же поддался уговорам Уилкинса и дождался следующего сообщения, еще через час. Что ж, все сошлось: мы пронаблюдали на экране, как президентский кортеж, подлетев ко дворцу, садится во внутренний двор, и хотя самого Таллисто никто не видел, сомнений у меня больше не было, да и Уилкинс не думал спорить…
Так что уже через полчаса, собравшись, расплатившись и поспешно покинув гостиницу, мы находились у точки, откуда должен был начаться наш путь во дворец. И точкой этой оказался весьма непритязательный канализационный люк, расположенный в укромном проулке между двумя глухими стенами небоскребов, рядом с большой стоянкой наемных флаеров и где-то в миле к югу от самого дворца, на который за эти дни я так и не удосужился взглянуть. Впрочем, это было и ни к чему: помня о последнем предостережении дяди, я заранее решил, что никаких экспериментов с порталом не будет.
Ну, разумеется, люк был закрыт и, судя по общему виду, не открывался чуть ли не с самого сотворения планеты. Однако прежде, чем я успел поинтересоваться, как мы собираемся преодолеть препятствие, Уилкинс опустился на колени, деловито покопался в сумке, извлек оттуда угрожающих размеров приспособление и несколькими уверенными движениями развинтил крышку.
– Сантехником тоже подрабатывали? – любезно поинтересовался я, но Уилкинс, не удостоив меня ответом, осмотрелся по сторонам, не обнаружил, видимо, ничего настораживающего, спустил ноги в раскрытый люк и через мгновение скрылся из виду.
Нагнувшись, я определил место металлической лесенки, уводившей во тьму, и последовал за своим компаньоном. Однако, спустившись ступенек на пять, услышал снизу гневный окрик:
– Крышку будем хоть для вида закрывать? А, комментатор?..
Это обращение, конечно, и не пахло учтивостью, но я сам напросился, поэтому молча слазил обратно, приладил одной рукой крышку и возобновил прерванный спуск. Более того, я даже примиряюще заметил:
– А вы хорошо подготовились к походу, майор!
– Достать универсальный ключ – невелика проблема! – донеслось до меня из глубины колодца: Уилкинс двигался раза в два быстрее…
– Будут проблемы серьезнее?
– Будут! И скоро.
Ободренный таким образом, я продолжал механически перебирать руками и ногами в кромешной тьме и подумывал о том, какой скандал устрою, если обещание майора базировалось на забытом фонаре…
Но таких ляпсусов он, естественно, не допускал, о чем вскоре наглядно сообщил блеснувший снизу луч. Не слишком расстроенный, я чуть увеличил скорость и, добравшись наконец до дна шахты (ее глубина была ярдов сто как минимум), застал майора напряженно разглядывающим туннель, уходящий в правую от нас сторону. Ничего особо интересного я там, правда, не увидел: гладкие металлические стены, вдоль одной из которых тянулась огороженная перилами дорожка, внизу – переплетение труб, чуть поодаль – развилка…
 
– А мы тут не заблудимся? Или .есть карта? – Я впервые почувствовал известное сожаление, что, целиком полагаясь на своего спутника, так и не ознакомился с планом кампании, составленным дядей.
Впрочем, пока что Уилкинс не давал повода в себе усомниться. Бросив: “Не должны”, – он уверенно зашагал вперед по дорожке, миновал мостик у развилки, прошел еще ярдов пятьдесят и неожиданно остановился, проводя лучом по стенам и потолку.
– Да, все как написано. Похоже, это здесь.
– Что это?
– Потайной ход, конечно… – Подойдя к стене, Уилкинс приложил большой палец к какой-то метке – на вид, случайному мазку красной краской, – а затем стал отмерять ладонью расстояние влево и заметил: – Уж не думаете ли вы, герцог, что какой-то Президент собирался всю дорогу от дворца бежать по канализации, хотя она у них и чистенькая?.. Нет, разумеется, он построил себе отдельный туннель, и вход в него должен открываться вот тут!
С этими словами Уилкинс сжал кулак и что есть мочи хватил по металлической стене. Раздался звон, сдавленное ругательство, и я даже улыбнулся – не промазал ли, часом? Но через мгновение прямо передо мной послышался скрип, который я назвал бы застарелым. Он сменился натужным гудением, целая секция вздрогнула и чуть сдвинулась назад, как будто оконтуривая проем довольно широкой двери, а затем левая кромка стала поворачиваться внутрь – медленными, неуверенными толчками, вскоре прекратившимися. Смолкло и гудение. Между тем в образовавшийся проем шириной в несколько дюймов могла бы, наверное, просочиться Гаэль, но никак не мы с Уилкинсом…
– Заклинило, – вздохнул майор. – Полтораста лет не смазывали, а древняя механика этого не любит.
С обреченным видом он еще раз заехал кулаком по стене, но на той стороне что-то единожды звякнуло, и все…
– Да, толково сделано. – Потирая разбитые пальцы, он приблизился ко мне. – Под металл они ставят высокочувствительный гидравлический датчик, а привод у двери – как в каменном веке… Ну, чего-то подобного я ожидал.
Он явно не прикидывался, поэтому я не без любопытства спросил:
– Почему вы всегда так пессимистичны, майор? Готовитесь только к худшему?
– Потому что, если худшее вдруг не случается, испытываешь радость от одного этого, – серьезно ответил он, внимательно разглядывая застрявшую дверь. – И наоборот: наткнуться на неожиданную неприятность скверно вдвойне.
– Своеобразная философия, – промямлил я.
– Может быть. Зато, в отличие от других, ее можно применять на практике. Правда, на этот раз не помогло: на Рэнде невозможно купить оружие, и у меня осталась всего одна запасная батарея. А у вас бластера, конечно, нет?
– Нет.
– Тогда ваш выход, герцог! – отступив в сторону, он широким жестом указал на дверь. – Ломайте!
Я на мгновение задумался: если Уилкинс бережет заряды, значит, они действительно еще понадобятся. Можно было в принципе воспользоваться моим перстнем, так же как и у лаборатории Виттенберга на Денебе. Однако, чуть поразмыслив, я оставил эту идею – мне тоже тратить энергию было нежелательно, ведь вскоре предстояло открывать портал. Без лишних слов я подошел к двери, уперся руками в приоткрытый край и принялся давить…
Но дело не ладилось. Как я ни напрягался, толстый кусок металла и не думал шевелиться. Это меня задело за живое, прямо-таки разозлило, поэтому я взял маленькую паузу, чуть изменил позу, перераспределив массу тела и подыскав упор хотя бы для одного плеча, и совершил по-настоящему большое усилие. Впервые за многие годы я использовал всю свою физическую силу, как бы собирая ее по крупицам по всему организму и затем выталкивая через руки вперед. Металл врезался мне в ладони и становился, казалось, чуть теплее, мягче, податливее. Почувствовав некоторое продвижение, я закрыл глаза и мобилизовал последние остатки сил, – рубашка уже трещала по всем швам, спину и руки начала пронизывать резкая, как при судорогах, боль, но дверь определенно подавалась. Еще чуть-чуть, и механизм не выдержит…