"Фантастика 2023-175". Компиляция. Книги 1-21 (СИ)

  
Глава 2
 
Входная апертура п –в –туннеля медленно наплывала на меня, и я отсчитывал секунды, остававшиеся до прыжка, вместе с главным компьютером корабля. Три-два… один… ноль, и мир вокруг расцвел феерией цветов, чтобы через мгновение вновь закутаться во мрак космоса, разрываемый лишь блестками звезд и слабо светящимся диском большой планеты, висевшей в пространстве чуть выше и левее нашего курса. Справочник по астронавигации указывал, что эта планета и туннель, который мы только что прошли, являются наиболее близкой по расстоянию между собой парой объектов соответствующего класса во всей изученной части Галактики. Правда, на этот раз всевозможные туристические обстоятельства и даже красоты прыжка меня волновали очень мало – просто рубка была, с моей точки зрения, самым удобным местом для времяпрепровождения на небольшой космической яхте под названием “Элейн” (разумеется, так по-идиотски назвал ее не я), и к тому же я находился в постоянном ожидании очередных неприятностей и хотел бы по крайней мере увидеть, откуда они появятся.
Ничего страшного, однако, не случилось. Мы благополучно вышли из зоны действия орудий станции, прикрывавшей п-в-портал – нас даже никто и не окликнул, – после чего Уилкинс, сидевший справа от меня в кресле штурмана (сам я занимал место пилота, и именно что занимал – непосредственное управление осуществлял, естественно, компьютер), взялся за коррекцию курса, в результате которой острый нос нашего корабля, напоминавшего допотопную ракету из тех, что некогда первыми побеждали земное притяжение, нацелился точно в середину планетарного диска. Полюбовавшись немного своей работой, майор удовлетворенно хмыкнул, сверился с показаниями многочисленных приборов, хотя в этом вроде бы не было ни малейшей необходимости, и наконец повернулся ко мне:
– Мы скоро прилетим, герцог. Придется нам все-таки выяснить несколько моментов. Извините, но я не могу действовать вслепую.
И на этот раз я не собирался с ним спорить. В конце концов, нельзя было не отдать должное проявленной им выдержке: с момента нашей встречи в пещерах Денеба IV прошло уже почти трое суток, во время которых он не допекал меня ни расспросами, ни вообще какими-либо разговорами, а лишь пунктуально выполнял распоряжения. Вообще, эти дни прошли достаточно необычно – в том смысле, что я перестал наконец заниматься болтологией, зато действовал достаточно споро и продуктивно. Но пожалуй, лучше будет рассказать обо всем по порядку.
Итак, еще не докурив ту сигарету, в начале которой пообещал Уилкинсу убить нашего неизвестного врага, я принял важное решение: отложить на потом эмоциональные оценки и преодолевать проблемы не в комплексе, а по отдельности – шаг за шагом, как небезуспешно делал это в космопорте Новой Калифорнии. И следовательно, первым пунктом было: вернуться в Сван-Сити. При этом можно было пользоваться флаером, угнанным Уилкинсом, а можно было совершить обратный переход под хребтом и улететь на флаере Гаэли. Поборов первый импульс, – к чертовой матери эти горы! – я поразмыслил и все равно склонился к полицейскому экипажу. Конечно, его наверняка уже искали, со всеми вытекающими последствиями, но про другую машину знали враги… Как выяснилось впоследствии (на следующее утро), это было мудро: в новостях передали, что вечером в районе взлетевшей на воздух лаборатории CIL был зафиксирован еще один взрыв, меньшей, правда, мощности. Но, догадываясь, что именно там взорвалось, я не сомневался и в том, что на высоте пяти-шести тысяч миль – как обычно летали на Денебе – нам бы с Уилкинсом хватило и совсем небольшой мощности. А так мы долетели до столицы и под покровом темноты незаметно приземлились на одной из малопопулярных площадок к северу от города… По дороге мне тем не менее пришлось призадуматься – необходимо было выработать хотя бы общее направление дальнейшего движения. Собственно, самым идеальным было бы снова встретиться с дядей или по крайней мере с Принцем – теперь-то я уж вытряс бы из них все. Но, разумеется, всерьез рассчитывать на такую удачу не приходилось. Далее возникали два варианта: вернуться домой, попытаться вместе с графом Деором распутать тамошние следы и выйти таким образом на убийцу Вольфара, ставшего по совместительству еще и похитителем, или отправиться на Рэнд и тряхнуть хорошенько Президента, раз уж его причастность к делу казалась почти стопроцентной. Практически весь перелет до Сван-Сити я крутил эти варианты и так и сяк, и нравились они мне все меньше. Во-первых, мне надоели хождения вокруг да около, не приводившие ни к чему путному; во-вторых, раз уж эти возможности были очевидны мне, то моему противнику – и подавно. Недвусмысленно давая понять, что отклонил любезно сделанное предложение, я теперь рисковал двумя жизнями – на этот счет обольщаться не следовало. Неожиданные, нестандартные ходы были моим единственным спасением, и, проникшись этим соображением, я в итоге – уже перед сном в мотеле, к услугам которого однажды прибег, – удумал-таки единственный ход, в котором можно было сыскать хоть толику смысла, – рвануть на Антарес II, к герцогу Лану!
 
В самом деле, он по-прежнему возглавлял мой личный список, и последние мои провалы ничуть не говорили в его пользу. Я смог лишний раз убедиться, что имею дело с поистине вездесущим противником, умеющим строить очень далеко рассчитанные планы (об этом наглядно свидетельствовала западня, расставленная в лаборатории Пола Виттенберга) и прекрасно разбирающимся в магии (как иначе он мог узнать, что я спасся). Кто, как не умница Лан, мог бы все это сотворить?.. Вновь и вновь задавая себе этот вопрос, я перебирал имена своих сородичей и не находил достойных кандидатов. Мифический четырнадцатый? Нет, после встречи с дядей я был уверен, что это чушь, – тот не был бы так спокоен, всплыви вдруг нечто подобное. А значит, Лан – больше некому! Конечно, в таком случае оставались все прежние возражения, заставившие меня некогда посмеяться над идеей поездки на Антарес: играть со львом в “кто кого съест”, да еще и на его площадке, – это безумство! Однако перспектива сойтись с врагом в открытой, пусть и неравной схватке теперь казалась мне лучшей, чем очередной раунд блуждания в тумане и сражения с собственной тенью (во всяком случае, в тот момент я искренне так думал). Стало быть, как любит говорить Его Высочество, следующая проблема была такова: как мне добраться до Антареса? Но об этом я решил поразмыслить на свежую голову…
Однако наутро, поглощая второпях завтрак в первом попавшемся кафе, мы ознакомились с тем самым выпуском последних известий, где сообщалось о таинственных взрывах у хребта на северо-западе континента и о мерах, предпринимаемых по этому поводу полицией. После чего вопрос: “Как добраться до Антареса?” – сменился у меня в голове более актуальным: “Как убраться с Денеба?..” Старая история: улетая с планеты с добычей, наша пташка, видимо, успела насвистеть кому надо или сделала это заранее. Но так или иначе, а полиция искала двух мужчин:
Рене Гальего, он же Роджер Грейвз, и Джека Уилкинса – посмотрите, пожалуйста, на снимки! – и теперь уже не для того, чтобы брать свидетельские показания. Речь прямо шла о подозреваемых; донесшему – вознаграждение… Спасибо превосходной реакции Уилкинса: пока я тупо пялился на собственную рожу в экране с недожеванными спагетти во рту, он сгреб меня в охапку и выволок наружу. И очень вовремя: если судить по донесшимся вскоре позади сиренам, мы опередили полицию минут на пять.
После краткой и энергичной речи, посвященной тому, как мне надоело жить в атмосфере травли и террора – она вызвала у Уилкинса известное сочувствие, – я всерьез подумал о том, чтобы сдаться властям и попытаться доказать им свою невиновность. Бредовая мысль, конечно, но прийти самому все же лучше, чем дождаться, пока тебя изловят, а такой исход в практически незнакомом мире, где у меня не было ни друзей, ни связей, казался неизбежным. Причем в самое ближайшее время… Однако сама идея сдачи глубоко противоречила всей моей натуре, и, продолжая движение по улицам Сван-Сити – теперь даже на перекур было останавливаться небезопасно, – я упрямо искал какой-нибудь выход, пока наконец не обратился к опыту своих действий на Новой Калифорнии. И это навело меня на воспоминание об одной возможности, которую я вскользь заметил тогда, но отринул, дабы не подвергать престарелого Адриана Форбса опасности неожиданного инфаркта.