"Фантастика 2023-175". Компиляция. Книги 1-21 (СИ)

– Он может уничтожить нас в любой момент!
– Не паникуйте, капитан.
Я лихорадочно думал; отложив на время рассмотрение своих отношений с герцогом Венелоа, я никак не рассчитывал, что вернуться к этому вопросу придется под дулами его пушек. С другой стороны, совсем недавно герцог клятвенно пообещал не покушаться на жизнь остальных, да и по отношению ко мне вел себя вроде как дружелюбно…
– Погодите, а что вообще ему надо? – спросил я у капитана.
– Вас!
– В смысле?
– Ну, едва показавшись в зоне видимости, Вен вышел с нами на связь. Лично. Он заявил, что ему известно о наличии у нас на борту некоего Роджера Грейвза, и потребовал, чтобы ему предоставили возможность переговорить с вышеозначенным…
– И все? Никаких угроз?
– Все. Я послал за вами. Но…
– Так какого черта вы тянете?! – воскликнул я. – Ждете, пока он разозлится? Если гер… то есть мистер Век хочет со мной поговорить, то пожалуйста. Отчего бы и нет?
Капитан сделал знак старпому, давая добро на связь, но с негодованием бросил:
– Да вы как будто и не особо удивлены! И не боитесь… Вы что, с ним знакомы?
Его голос сорвался на визг, и, проходя мимо, я поморщился:
– Ох, капитан, не задавайте идиотских вопросов! Он заткнулся, и я подошел вплотную к стене, желая получше рассмотреть этот корабль, целыми десятилетиями наводивший ужас на просторах Галактики. Казалось, от самих его очертаний – раскинутых крыльев, гордо вздернутой головы – веяло свободой, мощью, слепой стихией…
– Красивый у него корабль, – подытожил я свои наблюдения.
– Красивый, вы говорите?! – взорвался за моей спиной Бергер. – Да мертвецами, оставшимися после встречи с ним, можно было бы заселить целую планету!
Я, не оборачиваясь, пожал плечами:
– Что с того? Он же объективно красивый! И это никак не связано с моральными качествами его хозяина.
По-видимому, он еще обдумывал ответ, когда в спор вмешался тихий голос старпома, – похоже, что в отличие от своего начальника он сохранял спокойствие:
– Вен на связи.
Развернувшись, я направился к освобожденному старпомом креслу, и тут капитан высказался:
– Значит, не зря меня предупреждали власти Новой Калифорнии! Вы на самом деле бандит! А я-то – дурак! – поверил вашему корешу…
Остановившись, я круто развернулся на каблуках, и он умолк. Однако я постарался держать себя в руках.
– Отвечаю по пунктам: власти Калифорнии и впрямь кругом оболгались, я не бандит, а Джек Уилкинс мне не кореш. Вы же, капитан, дурак круглый – с этим я согласен! – Он проглотил оскорбление молча, дав мне возможность закончить свою мысль. – Хорошенько посмотрите по сторонам: вы летите по своему маршруту, вас никто не трогает. Пока. Ведите себя спокойно, и имеете хороший шанс продолжать в том же духе.
– Хороший шанс!
От страха до него явно с трудом доходило, и я, бросив попытки его утихомирить, продолжил путь к креслу Уже садясь, я заметил, что и капитан, и его помощник придвигаются поближе.
– Что ж, валяйте, слушайте, – пробормотал я и взглянул на монитор.
Там действительно был герцог Венелоа, лицо которого при виде меня приняло изумленное выражение. Я был склонен приписать это своей одежде (а на мне была все та же черная форма без нашивок, только выстиранная и выглаженная); сам же герцог выглядел точь-в-точь как на памятном Совете: черный плащ, черный мундир… Поставленные рядом, мы являли бы собой забавную парочку, и, возможно, его посетили схожие мысли, ибо герцог обратился ко мне любезно, но не без иронии:
– Приветствую вас, Ранье! Рад видеть, что, несмотря на определенные опасения, вы пребываете в добром здравии. – Все это, разумеется, по-керториански.
– И вас, герцог, вижу, не коснулось крыло перемен, – в тон ответил я. – Чем обязан столь неожиданной встрече?
Отставив вдруг официальность, он просто сказал:
– Да, собственно, я хотел бы с вами побеседовать. Не более.
– На тему Вольфара?
– Да, – спокойно подтвердил он.
Я чуть подумал – и не нашел в подобном желании ничего предосудительного. В конце концов, я охотно мог поверить, что его и вправду интересует, кто и как прикончил его старинного врага.
 
– Что ж, я не против.
– Тогда я приглашаю вас побыть несколько часов гостем на борту “Прометея”.
– Да, спасибо, это было бы удобно. Вот только я опасаюсь осложнений при попытке покинуть корабль – капитан, похоже, подозревает нас в сговоре.
– Боится?
– Жутко.
Губы герцога сложились в презрительную усмешку – первое выражение чувств, которое я заметил с начала разговора.
– Передайте ему, что его колымаге ничто не угрожает, покуда он не предпринимает враждебных действий против нас: вас и меня.
– Ладно.
– Значит, герцог, я высылаю за вами катер?
– Да. До встречи!
Кивнув мне, он сделал вялый жест кому-то в сторону, и связь прервалась. В следующую же секунду на меня набросился капитан Бергер:
– На каком языке вы разговаривали, черт. бы вас побрал!
– Пыток и крови!
Обидно, но шуток капитан не понимал. Правда, он еще больше перепугался, что тоже было неплохо.
Поднявшись, я вытянулся во весь рост и принялся разминать суставы рук.
– Короче, капитан, мистер Вен дает слово, что вы находитесь в безопасности. До тех пор, пока у нас с вами хорошие отношения. Сейчас я отправлюсь погостить на его корабле, а когда вернусь, вы будете избавлены от столь тягостного для вас присутствия “Прометея”.
– И вы хотите, чтобы я в это поверил? – язвительно поинтересовался он.
– Мне наплевать!
Эту мысль он понял, но увереннее себя не почувствовал.
– А вы-то сами ему верите?
– Безусловно.
– Слову грязного пирата?
Во мне поднялась новая волна раздражения: хоть герцог Венелоа и не был никогда моим другом, но все же принадлежал к одному из наиболее древних и славных родов Кертории, несовместимому с понятием “грязный”. Тем не менее я совершил последнюю попытку предотвратить конфронтацию и заметил:
– Вы не дитя, чтоб я вас утешал. Хотите – верьте его слову, хотите – нет!
Капитан колебался. Я понимал: он боится со мной ссориться, но в то же время боится и отпускать меня: раз уж король пиратов проявил во мне определенную заинтересованность, то велико искушение использовать меня в качестве заложника. Время шло, я уже вознамерился напомнить ему, что страх – плохой советчик в вопросах жизни и смерти, но тут неожиданно вмешался старпом. Тронув капитана за локоть, он тихо, но внятно произнес:
– Пусть он едет, Манфред!
Коротышка отдернул руку, словно обжегшись, но в то же время повернулся к лейтенанту, простоявшему все это время в уголке молчаливой галлюцинацией, и приказал:
– Проводите мистера Грейвза к третьему шлюзу! Лейтенант молча отдал честь, и я, с благодарностью взглянув в открытое и спокойное лицо старпома, направился к ведущему вниз трапу у задней стены рубки. Когда я уже ставил ногу на правую ступеньку, до меня донеслось:
– Но помните, мистер Грейвз… Подтолкнув лейтенанта, я добавил шагу и бросил через плечо:
– А вот этого, капитан, мне лучше не слышать! Я и не услышал. Однако предостережение и без того было ясным – капитан хотел напомнить, что моя компаньоны остаются на “Пелиноре” и в случае чего… Впрочем, я мог не очень беспокоиться, потому что и в самом деле ничего дурного не замышлял. Однако я все равно подловил себя на ощущении, что не хотел бы встретиться сейчас ни с Уилкинсом, ни тем паче с Гаэлью…
И разумеется, встретился. Не знаю уж, откуда они проведали, из какого именно шлюза я отбываю (само название “третий” предполагало наличие еще как минимум двух), тем не менее у входа в шлюз они меня поджидали. Уилкинс уже успел переодеться в свою обычную униформу и беседовал о чем-то с журналисткой. Это меня немного удивило – с первого же дня полета между ними установилась взаимная антипатия, достаточно стойкая, но в то же время не принимающая открытых форм. Теперь же они были как будто заодно.