"Фантастика 2023-175". Компиляция. Книги 1-21 (СИ)

– Я никогда не беру заложников. Поэтому, если вы, мистер Абрахамс, желаете покинуть мой замок живым, извольте вести себя прилично!
Министр отшатнулся, как от удара, и неуверенным движением потянулся к кобуре у пояса. Проигнорировав это, я вернулся в кресло, снова взял сигару и улыбнулся:
– Итак, начнем сначала. Ну?
Теперь уже настала его очередь молчать, затравленно озираясь по сторонам. Когда мне это надоело, я сообщил:
– Если вам нечего сказать, господин министр, то я вас не задерживаю.
Судорожно глотнув и покраснев до стадии спелого помидора, Абрахамс все же взял себя в руки и попытался говорить нормально, то есть сухим прокурорским тоном:
– Мистер Гальего, против вас возбуждено уголовное дело. Вы обвиняетесь в подкупе полицейского, сокрытии вещественных доказательств по другому делу, незаконном хранении запрещенного оружия и, наконец, подозреваетесь в убийстве полицейского!
– Бывшего, – уточнил я. – Которого до этого я же и подкупил.
– Да, – согласился министр, – последнее обвинение вам, возможно, удастся опровергнуть. Но остального вполне достаточно для ареста. Тем не менее… – он сделал эффектную паузу, – мы могли бы забыть пока об аресте, если вы подпишете обязательство не покидать пределов Новой Калифорнии, дадите нам показания и разрешите провести обыск в вашем д… простите, замке.
Признаться, после известия о попытке ночного штурма и его результате я никак не ожидал подобной мягкости и некоторое время всерьез раздумывал над этим предложением, – в конце концов, в борьбе за местную полицию я еще мог потягаться с кем угодно. Но все же импровизация всегда шла у меня со скрипом, поэтому я решил придерживаться прежнего плана, составленного во время утренних процедур, и покачал головой:
– Придется разочаровать вас, господин министр. В данный момент я не намерен ничего давать, подписывать или разрешать. Вообще, какие-либо дальнейшие переговоры между нами возможны лишь в присутствии моего адвоката. Это отвечает принятым у нас законам, не так ли?
– Не совсем, – поморщился Абрахамс.
– Внесу ясность: дальнейшие попытки ареста при помощи силы могут привести к непредсказуемым результатам. На удар я буду отвечать ударом. – Угроза явно не возымела должного действия, и, снова сымитировав Принца, я с улыбкой добавил: – И помните, господин министр, я сделал эту планету такой, какая она есть, могу сделать и совсем другой. Кладбищем.
Не знаю уж, в чем соль таких приемов, но действуют они и впрямь безотказно. Наблюдалось явное преувеличение, но, насколько я мог судить, мне поверили не только министр и его адъютант, но и Тэд с Уилкинсом, несколько лучше знакомые с моими подлинными возможностями…
– Ну хорошо, мистер Гальего. Вы действительно почетный гражданин и все такое… Но тогда я не понимаю, – рожа Абрахамса была подтверждающе тупа, – зачем вам эта петрушка с адвокатом? Тогда от официального шума вам уже не отделаться!
Я не счел нужным отвечать, и он продолжил с вновь выплеснувшимся раздражением:
– Будь по-вашему! Адвоката устроить нетрудно! Скажите только, кого именно из братии, работающей на ваш концерн, вы предпочитаете, и мы мигом его сюда доставим.
– Мой адвокат – Валлен Деор!
Граф по каким-то соображениям не пользовался псевдонимом…
Ну, тут я произвел впечатление – даже Тэд разинул рот, а министр только и пролепетал:
– Деор… Но он же никогда не работал на вашу компанию.
– Верно, – кивнул я. – Но это дело вообще не имеет отношения к “Новому Голливуду”. Валлен Деор – мой личный адвокат.
– Личный?! – Абрахамс не смог скрыть недоверия, хотя и пытался. – Да полно вам шутить. Деор никогда не был чьим-то личным адвокатом – это даже младенцу известно.
– Младенцам обычно еще не требуются услуги квалифицированного адвоката. Но я не понимаю, о чем мы препираемся. Я уже сказал: меня будет защищать Валлен Деор! Если желаете, справьтесь у него самого.
Тем временем сквозь ошарашенность в облике министра стала проглядывать некая довольная хитринка, и, когда я умолк, он вкрадчиво заметил:
 
– Мне кажется, мистер Гальего, вы кое-чего не учли. Господин Деор не является подданным Новой Калифорнии, и мы можем попросту запретить его участие в наших внутренних делах!
Я откровенно рассмеялся и пошел со своего главного козыря:
– Нет, мистер Абрахамс, это вы кое-чего не учли. Вам должно быть известно, что я, простите, имел паспорт, еще когда республики Новая Калифорния попросту не существовало. Тогда я был гражданином Рэнда. И моего гражданства никто не отменял!
Абрахамс скуксился – в его голове проносились мысли, содержание которых мне было настолько ясно, как будто я был телепатом. Неприятное, но все же вполне улаживаемое дело о сходе с катушек известного богача неожиданно грозило вылиться в международный скандал, где противостоять правительству будет светило адвокатского корпуса, не проигравший доселе ни единого процесса, и это еще при том, что у самой-то полиции, по недавнему выражению Уилкинса, рыльце наверняка в пуху. Вероятно, господин министр мыслил образами попроще и погрубее, но выводы сделал аналогичные моим. Набрав побольше воздуха в свою впечатляющую пивную мозоль, он придал лицу новое, откровенно просительное выражение и… И я его упредил:
– Напрасная надежда, мистер Абрахамс. Мы ничего не будем заминать. Ни на каких условиях!
Толстяк явно вознамерился плюнуть, но под моим взглядом плевок пришлось проглотить. Оставалась последняя соломинка, за которую можно было ухватиться.
– Но, мистер Гальего, берегитесь. Если Рэнд не подтвердит ваше гражданство…
– Подтвердит.
– Почему это? Налоги-то вы им не платите!
– Это точно – налоги я плачу вам. Поинтересуйтесь, кстати, какую часть от всех доходов бюджета они составляют… – (По непроизвольно скривившимся губам министра было ясно, что он осведомлен об этом куда больше моего). – А Рэнд подтвердит мое гражданство по той простой причине, что мы с их нынешним президентом – старые товарищи. И он не захочет меня обижать.
Окончательно удостоверившись, что тонет, министр госбезопасности прекратил борьбу. Разом утратив напыщенность, он превратился в пожилого усталого мужчину и сказал:
– Поговаривают, знаете, что вы, мистер Гальего, – человек… э-э… недалекого ума, и я вот всегда удивлялся: как так, недалекого ума – и такой богатый! Чушь, конечно. Они просто никогда с вами не сталкивались. Но, черт возьми, на хрена вам это надо? Неужто нельзя попросту забыть обо всех недоразумениях?
– К сожалению, это невозможно. Не я это затеял. Впрочем, и не вы. – Я чуть подумал, а потом все же продолжил:
– Разберитесь, что в действительности происходит, выясните, кто и для чего подкупает полицейских, нанимает убийц… Ни я, ни мой адвокат не станем вам мешать. И если вы это сделаете, то, думаю, у нас не будет дальнейших оснований для конфликта. Если, конечно, вы сами уже не куплены моим… врагом!
Абрахамс аж затрясся, но я не дал ему выразить накопившееся негодование:
– Впрочем, это не так уж трудно проверить. Господин министр, кто отдал ночью приказ о штурме замка? Вы?
– Нет, – с неожиданным спокойствием ответил он. – Вышла накладка…
– О! Вот с нее-то и рекомендую начать, – посоветовал я. – А теперь, господин министр, я вас и вправду дольше не задерживаю!
Покачав головой, он развернулся и двинулся к двери, но в шаге от нее остановился и, не поворачиваясь, бросил:
– Это, стало быть, ваши телохранители, мистер Гальего. А вы знаете, что…
Практически не разжимая губ, Тэд тихо, но отчетливо произнес:
– Еще одно слово, старый пердун, и я сам тебя упокою!
На шее Абрахамса вздулись жилы, он обернулся, но я лишь холодно усмехнулся:
– Я не стану останавливать своего дворецкого. Хорошие слуги мне нужнее, чем скверные министры.
Они ушли, причем адъютант настолько утратил представления о реальности, что вынесся в дверь вперед своего шефа. Я не без иронии подумал о его незавидной участи, когда на обратном пути министр начнет вымещать накопившиеся чувства.