"Фантастика 2023-175". Компиляция. Книги 1-21 (СИ)

– Нет, – покачала головой собеседница. – Когда гости ушли, мы собрали еду и по традиции устроили себе маленький импровизированный банкет. Почти все заказчики «Белого кота» предпочитают давать официанткам чаевые таким образом. И не успела Джинни съесть даже пару устриц, являвшихся гвоздем вечера, ей принесли записку, и она сразу убежала.
– Что еще за записку? – переспросила я, ощущая сильное желание поднять вверх несуществующий хвост, как это обычно делал Зенедин, когда я сообщала ему что-то сверхинтересное. – И кто ее принес?
– Дворецкий мсье Роддьери. Он сказал, что в дверь позвонил какой-то юноша и попросил передать. Еще он добавил, что не собирается носить прислуге письма от любовников, такое поведение обслуживающего персонала совершенно возмутительно и ни в какие ворота не лезет. Джинни, пунцовая от смущения, заявила, что у нее нет никаких любовников и она понятия не имеет, от кого эта записка. В подтверждение своих слов она распечатала конверт и зачитала вслух его содержимое.
Чувствуя, что сейчас начну рычать и плеваться огнем, я из последних сил взяла себя в руки и почти спокойно спросила:
– И что же было в письме?
– Какая-то чушь, – отмахнулась Софи. – Я точно не помню, что-то вроде – если хочешь заработать, то на углу тебя ждет женщина в темном плаще.
– И все? – удивленно уточнила я.
Девушка пожала плечами.
– Все. Мы с Ольей даже внимания на это особого не обратили, настолько смешным нам показалось письмо. Но Джинни, хоть и не поняла, о чем речь, восприняла его всерьез и засобиралась. Она вообще никогда не упускала возможности заработать.
– И вы, узнав, что Джинни погибла, не обсудили ситуацию? Не рассказали о ней начальству?
– А что обсуждать? Она же устрицами отравилась, и вообще я в темные делишки лезть не собираюсь.
Ох… Мысленно вздохнув, я уточнила:
– А почему вы так уверены, что делишки именно темные?
Но, увы, узнать ответ на этот вопрос мне было не суждено – в кухню вплыла мадам Цейлин и недовольным тоном сообщила, что время позднее, так что мне пора и честь знать. Пообщаться можно и завтра, а сейчас время спать ложиться. Признав справедливость данного утверждения, я попрощалась и ретировалась, благо все интересное уже выяснила, а сил на дальнейший разговор с Софи у меня оставалось весьма немного.
Добравшись до дома, я ощутила себя выжатой до капли, даже на препирательства с мсье Генри, поджидавшим меня в холле, запала не осталось. Отмахнувшись от призрака, я кое-как вскарабкалась по лестнице и завалилась спать.
Следующий день тянулся, как постоявший пару дней в холодильнике цветочный мед. Точнее, утром кое-что все же произошло: я получила послание от матери мсье Эндрю, содержащее уведомление о том, что она ожидает меня завтра утром на чашку чая. Таким образом, в моем распоряжении оказались долгие двадцать часов, которые было совершенно нечем занять. То есть совершенно нечем. Я привела в порядок все рабочие бумаги, затем пересортировала их по другому, показавшемуся мне более удобным принципу. Послонявшись по дому с дюжину минут, вооружилась метелкой и усовершенствовала свои способности в левитации, стерев пыль со всего, что попалось на глаза. Признаюсь без ложной скромности, скорость, с которой метелка летала по полкам, приятно удивила меня саму. Закончив уборку, я наконец выбралась на свежий воздух, сиречь в магазин. Проблема с провизией в моем вместительном холодильнике грозила встать в полный рост в самое ближайшее время, и, дабы ее предотвратить, необходимо было принять меры. Чем я и занялась, вернувшись через час домой, нагруженная, как тележка самого ретивого работника столичного порта. Свалив гору покупок на кухонный стол, я занялась их разбором и приготовлением еды под присмотром объявившегося блудного призрака. С появлением мсье Генри атмосфера в доме изменилась: получив в свое распоряжение вечного оппонента, я воспрянула, и остаток дня прошел весьма живенько. К моему искреннему удивлению, до отхода ко сну мы с соседом умудрились не поругаться, и его «спокойной ночи» прозвучало дружелюбно и на редкость искренне.
 
Вскочив практически с первыми лучами солнца, я позавтракала, привела себя в порядок и полетела в гости к мадам Салливари. Дабы появиться на ее вилле в приемлемое время, пришлось сделать несколько кругов по периметру столицы, что, не стану скрывать, доставило мне удовольствие, и главное, импровизированная прогулка на свежем воздухе поспособствовала появлению аппетита, а это было весьма кстати – меня же на чай звали, а не просто о делах поговорить.
Разговор тем не менее долгим не оказался. Подав блюдо с вкуснейшими свежими пирожными, хозяйка любезно осведомилась о моем здоровье и остальном, получила ответ, что, дескать, спасибо, все в порядке, и сразу же перешла к делу. Умело ставя вопросы, мадам Салливари быстро выяснила, что мне нужен не просто абы какой прием, а тот, на который придут члены партии магов, а лучше, вообще вся политическая верхушка. Не утаила я также и тот факт, что собираюсь появиться на вечере в чужом облике. И под чужим именем. К счастью, мою собеседницу, явно обладающую сыщицкой жилкой, это ничуть не удивило. Она заговорщически улыбнулась, сообщила: «Нет проблем», и перешла к очередному пункту. Когда ее вопросы, а одновременно с ними и пирожные подошли к концу, хозяйка подмигнула мне и с довольным видом сообщила:
– Вам очень повезло. Как раз сегодня вечером в столице состоится грандиозный праздник по случаю юбилея супруги нашего мэра, и я уверена, что сумею раздобыть для вас приглашение. Будьте готовы к восьми вечера, я пришлю посыльного.
Все мои расспросы – куда идти, нужен ли подарок и тому подобное – мадам Салливари отмела взмахом руки и снизошла лишь до уточнения, что не стоит так волноваться, все будет в полном порядке, и она тоже имеет право на маленькие тайны. Довольно быстро придя к выводу, что ничего добиться не удастся, я сдалась и покинула гостеприимный сад. Если вдуматься, до восьми вечера оставалось не так много времени, а еще надо было платье на вечер найти. Вздохнув при одной мысли о предстоящих сборах, я взяла курс на бутик, в котором работала знакомая мне продавщица, время от времени дававшая одежду в аренду на один вечер. Единственным условием, кроме устраивающей обе стороны суммы денег, было возвращать платья в целости и сохранности, и, пока мне это удавалось, в моем распоряжении был практически неисчерпаемый гардероб. На полпути я очень пожалела, что не расспросила матушку мсье Эндрю о принятой на подобных мероприятиях форме одежды, но разворачиваться было глуповато, и справляться с поставленной задачей явно придется самостоятельно.
Около половины восьмого вечера я вертелась перед зеркалом, изучая результат многочасовых усилий. Зенедин был бы мной доволен – заклинание, меняющее облик, я освоила с блеском. Еще бы, после стольких тренировок. К сожалению, полученное в бутике золотое струящееся платье, очень открытое сверху и доходящее почти до лодыжек, не накладывало никаких ограничений на образ, и я перепробовала около десятка привлекательных молодых особей, прежде чем меня удовлетворила полученная картина. Теперь же я не без удовольствия взирала на пышногрудую, немного полноватую блондинку с гривой чуть вьющихся волос, спускающихся до пояса, с надутыми пухлыми губками и сиреневыми глазами в обрамлении загнутых длинных ресниц. С одной стороны, ничего особенно выдающегося в созданной мною девушке не было, с другой же – быстро обнаруживалось, что от нее весьма сложно оторвать взгляд.
От самолюбования меня отвлек раздавшийся звонок в дверь. Оглядев себя в последний раз и задержав глаза на безупречной формы ногтях, в тон платья сияющих золотом, я быстро сбежала вниз по лестнице и распахнула створку. Любопытство разыгралось вовсю, и я спешила узнать, что за сюрприз мне подготовила мадам Салливари.
Да уж, сюрприз оказался что надо – на пороге стоял ее сын, глава столичного наркобизнеса, мсье Эндрю Салливари собственной персоной. Да еще и разряженный в пух и прах. Нельзя не признать, смокинг цвета самого мрачного неба над Кохинором сидел на нем идеально, а цвет рубашки так гармонировал с моим платьем, что я заподозрила в этом совпадении отсутствие случайности. В сущности, что стоит для мсье Эндрю узнать, в каком платье я собираюсь пойти? Так, одним пальцем пошевелить, и ему в кратчайшие сроки сообщат даже цвет моего нижнего белья.