"Фантастика 2023-175". Компиляция. Книги 1-21 (СИ)

Но жалеть себя любимую ситуация не позволяла — Акси было намного хуже, так что, отшвырнув в сторону сослужившую свою службу простыню и оставшись в насквозь промокшем халате, я бросилась к неподвижно лежащей на плетеном кресле девушке. Коснувшись рукой ее шеи, я ощутила под пальцами легкое биение и что было сил рявкнула на замершего у перил Антея:
— Что ты стоишь как истукан? Марш за доктором, живо.
Молодой мсье Фау так испугался, что чуть было не сиганул с балкона прямо в канал, но, слава бору, вовремя одумался и исчез в дверях.
Оставшись одна, я огляделась в легкой растерянности, не слишком понимая, что мне теперь делать. Затем в голове немного прояснилось, я сходила в практически проветрившуюся гостиную, отыскала на кушетке плед и тщательно укутала им Акси — так и не исправившаяся погода совершенно не располагала к нахождению на свежем воздухе в одной легкой кружевной сорочке. Убедившись, что при всем желании я не в состоянии оказать сколь бы то ни было существенную помощь, я приступила к единственному возможному сейчас толковому занятию, а именно — установке причин ночного происшествия.
Было совершенно очевидно, что беда случилась по вине не до конца потухшего камина, и проведенный мною осмотр это подтвердил. Даже сейчас часть углей еще поблескивала красным, а что творилось здесь еще час назад, когда сонная Акси задвинула заслонку, перекрыв дымоход, вообще страшно представить. Еще чудо, что мы с Фарькой остались целы. Кстати, а почему оцелот так поздно обнаружил опасность? При его-то нюхе Фарь был просто обязан предотвратить беду. Выяснить этот вопрос я не успела, поскольку как раз вернулся Антей в сопровождении проснувшейся экономки и доктора, и мы принялись бестолково суетиться. Сначала никак не могли решить, в какой именно комнате стоит устроить Акси. Споры вполне могли продолжаться до утра, но я, поняв, что без оперативного вмешательства тут не обойтись, велела:
— Антей, отнеси сестру в комнату отца, Мари, постели там свежее белье.
Экономка, донельзя напуганная происходящим, проявила чудеса расторопности, и к тому моменту, как мы спустились на второй этаж, нас ждала практически готовая постель. Доктор безапелляционно выставил всех за дверь, заявив, что истеричные женщины будут ему только мешать, а от мужчин вообще отродясь никакого толку не было. Возражать, понятное дело, никто не стал, и мы спустились вниз, в столовую, где я попросила Мари сделать нам троим по чашке чая с крепкой травяной настойкой.
— А где Рейчел? — поинтересовалась я у псевдоплемянника, угрюмо застывшего в соседнем кресле.
Антей неохотно поднял голову.
— С момента смерти дяди мама очень плохо засыпает, и семейный врач прописал ей снотворное. Так что ночью ее никаким шумом не разбудишь. — Криво усмехнувшись, не вполне почтительный сын добавил: — Да оно и к лучшему. Мама непременно устроила бы сцену, а и без нее тошно.
— И как Акси могла оказаться столь неосторожной? — укоризненно покачала я головой. — Видимо, смерть отца и на нее очень повлияла.
Реплика моя осталась без ответа, поскольку в этот момент вернулась экономка с нагруженным различной снедью подносом. За ней семенил донельзя испуганный домовой, что-то бормотавший себе под нос.
В полном молчании мы приступили к внеочередной трапезе, лишь изредка Мари или я нарушали тишину односложными репликами, полными тоскливого ожидания. Наконец на лестнице послышались шаги, и мы дружно высыпали в холл.
— Что ж... — мрачно сообщил доктор. — Ситуация напряженная, но не критическая. Уже к утру мадемуазель придет в себя.
Из моей груди вырвался более чем натуральный вздох облегчения. За здоровье лжеплемянницы я переживала значительно больше, чем реальная мадам Габриэлла, поскольку в случае смерти Акси я теряла не только три тысячи марок, но и практически купленный дом моей мечты. А это, согласитесь, несколько ценнее, чем дальняя родственница.
— Но жизненно необходимо, — продолжал врач, — чтобы с моей пациенткой кто-то побыл до утра.
— Конечно, — излишне экзальтированно воскликнула я. — Я посижу с бедняжкой Акси. Мари, принеси, пожалуйста, в комнату мсье... я хотела сказать Надаля чашку чая с настойкой и остатки пирога. Спасибо, доктор, вы нам очень помогли, — закончила я и, кивнув на прощание, пошла вверх по лестнице.
 
В ногах мирно спящей Акси угрожающим клубком возлежал мой оцелот. При взгляде на его отчаянно слипающиеся глаза я испытала угрызения совести. Все-таки в охранники нанимали меня, а я совершенно бессовестно свалила все на несчастного самоотверженного Фарьку. Погладив мягкую шубку, я ласково шепнула:
— Спи, я посторожу до утра, — и тихо добавила: — Благо недолго осталось.
Затем обнаружила неподалеку огромное кресло и с ногами забралась в него.
Как только моему телу представилась возможность расслабиться, как меня тут же ощутимо затрясло. До такой степени, что я слышала стук своих зубов. И дрожала я до тех пор, пока мне в голову не пришла гениальная мысль растопить камин, несколько отрезвившая меня и вернувшая в реальность. Вновь обретя способность думать, я сграбастала с кровати лишнее одеяло и завернулась в него, а вскоре и чай подоспел. К тому моменту, как я дожевала пирог, жизнь обрела вполне приемлемые очертания, и вскоре я мирно задремала, не забывая чутко прислушиваться к малейшему шороху.
Разбудил меня стон, донесшийся со стороны кровати. Подняв голову, я разлепила заспанные глаза и обнаружила, что Акси сидит, закутавшись в одеяло, и растерянно озирается вокруг.
— Как я сюда попала? — с изумлением поинтересовалась она и, поморщившись, схватилась за голову.
— Ты не помнишь?
— Что я должна помнить? — хлопнула девушка длинными ресницами.
Тут я, непонятно с чего, несколько рассердилась. Главной причиной тому, должно быть, послужили крайне неудобная постель и, как следствие, затекшие и теперь ноющие мышцы. Довольно резко я ответила:
— Ничего особенного. За исключением того, что вчера вечером одной дурочке было лень ждать, пока догорит камин, и она закрыла трубу, надеясь, что страшного ничего не случится. Не повезло.
— Но я... — Подавившись глотком воздуха, Акси на миг замолчала, потом сосредоточилась и очень серьезно и вместе с тем испуганно произнесла: — Айлия, я никогда не закрываю трубу сама. Даже зимой, когда мы топим камин каждый день, это всегда делает Мари.
Переварив услышанное, я вскочила с кресла и, крикнув Фарьке: «Ты за старшего», — бросилась вниз, срочно отправить сообщение Генри. Из только что сказанного Акси ясно следовало, что покушение на ее жизнь, в которое я так упорно не верила, состоялось и его организатор был мне практически наверняка известен. По крайней мере, я заслонку точно не закрывала, мадам Фау значительно раньше приняла снотворное, а вот дверь комнаты Антея подозрительно скрипела, когда я глубоко за полночь бродила по дому.
Как всегда в последнее время, попав в сложную ситуацию, я испытала непреодолимое желание немедленно посоветоваться с драконом, но, увы, в настоящий момент такой возможности не было — мне следовало дождаться прихода Генри, описать тому ситуацию и, оставив жениха сторожить чудом уцелевшую невесту, отправиться на назначенную встречу с детективом. Велев Мари принести завтрак во временные апартаменты моей подопечной, я поспешила наверх. Вряд ли за мое кратковременное отсутствие могло случиться что-либо серьезное, да и Фарька поднял бы крик до небес. Но после ночных событий я ощущала насущную необходимость своими глазами лицезреть целую и невредимую наследницу имущества мсье Энниля.
Ближе к полудню я начала дергаться, поскольку категорически не могла разорваться между охраной Акси и разговором с детективом, а тащить едва избежавшую смерти девушку с собой было как минимум глупо. К счастью, принимать сложное решение не пришлось — Генри успел вовремя, с каменным лицом выслушал мой рассказ и уселся у кровати невесты с таким видом, что будь я злоумышленником, то немедленно хлопнулась бы в обморок.
С одной проблемой временно разобрались, но не успела я с облегчением вздохнуть, как на горизонте тут же появилась новая дилемма — кому именно идти на встречу с мсье Руаппи. Точнее, кому — было вполне понятно, естественно мне, но вот в чьем обличье? Вариант исконной мадемуазель Нуар казался мне очень привлекательным, да и на скурре перемещаться по городу значительно проще, но с другой стороны, основная моя задача в настоящее время — привлекать к себе как можно меньше внимания, а неспешно бредущая по рынку пожилая дама совсем не вызывает желания задержать на ней взгляд. Да и Зенедин совершенно определенно велел не смущать столичную публику моими приметными зелеными глазами. Вздохнув, я наконец соизволила подняться в свою комнату, стащить с себя все еще влажный и изрядно испачканный халат и переодеться в чистое и сухое, пусть даже абсолютно не модное платье. После появления Генри я чуть расслабилась, и у меня появились простые человеческие желания, наподобие принятия ванны, но время поджимало, и, закрутив волосы в изрядно надоевший пучок, я отправилась по делам.